Как приручить холостяка (СИ)

Проснувшись от звонка телефона, подскакиваю, увидев номер Кирилла Сергеевича.
– Да, – выдыхаю с какой-то щенячьей радостью, отчего сама на себя глаза закатываю.
– Елена Александровна, здравствуй, – раздается такой до невозможности родной бас Добрынского из динамика, что я аж начинаю улыбаться непроизвольно. – Машину починили. Сейчас тебе позвонят и подгонят, куда скажешь. Я на смене – не смогу подъехать, поэтому посмотри там сама, все ли тебя устраивает. Если будут какие претензии – звони.
  
– А, – растерянно прекращаю улыбаться и усмехаюсь грустно. – Да какие претензии? Спасибо.
– У тебя все нормально? – видимо, уловив мою интонацию, уточняет Кирилл Сергеевич.
– Все отлично просто. – заверяю мужчину.
– … Ну смотри. – вздыхает он, немного помедлив, а потом прощается, потому что его кто-то зовет, и, не дожидаясь моего ответа, сбрасывает вызов.
Почти сразу мне перезванивает мастер. Договариваемся с ним встретиться через полчаса возле моего дома. Успеваю сделать себе кофе, выпить его не торопясь, а потом спускаюсь вниз.
Мастер подгоняет мне машину минут пять спустя. Подхожу и забираю у него ключи.
– Большое спасибо, – улыбаюсь. – Сколько я вам должна?
– Это мы с Кириллом сами разберемся, – категорично отмахивается он и уходит.
“Сколько я вам должна?” – пишу Добрынскому сообщение и сажусь в машину, забивая в навигатор адрес клиники.
“ Натурой отдашь.” – приходит лаконичный ответ, а я закатываю глаза.
Я уже, кажется, скоро соглашусь и на натуру, хотя всегда предпочитала более плавное развитие отношений.
“Приходите на кофе.” – пишу в ответ, но тут же стираю.
Зачем намекать на продолжение? Я же все равно всегда рассматривала только серьезные отношения, а Кирилл Сергеевич точно не про это. Похоже, он вообще просто отшутился, а я тут голову ломаю. Да и вообще, у меня уже совершенно другие планы на жизнь.
Еду в клинику, то и дело бросая взгляд на экран, куда так и не пришло больше ни одного сообщения. Злюсь. Столько не нужных мыслей теперь в голову лезет! И надо было так влипнуть?
В клинике меня встречает врач, мы разговариваем про ЭКО. Мне дают список анализов, которые нужно пройти, и каталог доноров спермы.
Это так непривычно – разглядывать фотографии мужчин и выбирать того, кто будет отцом твоего ребенка. Не по любви, а вот так, с холодной головой.
– Ну как вам? – улыбается женщина, когда я со вздохом возвращаюсь к началу.
– Даже не знаю, – с сомнением смотрю на нее, а потом снова перевожу взгляд на фотографии и анкеты. – Что-то мне никто не приглянулся.
У всех мужчин я вижу недостатки. У одного лоб слишком высокий, у другого – рост низкий. Слишком большие губы. Узкое лицо. Лопоухий. Слишком худой. А этот вообще на Пашу похож, бррр!
– Вот этот мужчина – наш фаворит, – показывает мне врач на фотографию. Разглядываю с сомнением.
Стройный, симпатичный, среднего роста. Смазливенький, подкачанный. И все равно ни грамма не похож на Кирилла Сергеевича.
Шокированная этим открытием, осознаю, что во всех мужчинах ищу его черты.
– Даже не знаю. – вздыхаю и встаю. – Я, наверное, еще где-нибудь посмотрю.
Не каждый день детей рожаешь, в конце концов. Нужно ответственно подойти к этому вопросу.
– Может, у вас есть кто-то на примете? – будто прочитав мои мысли, уточняет врач.
– В смысле? – замираю.
– Вы можете выбрать донора среди своих знакомых. Мы составим с ним договор, полностью проверим, заберем материал и дальше проведем стандартную процедуру ЭКО.
– Интересно, я подумаю. – соглашаюсь и выхожу.
Немного посидев в машине и взвесив все “за” и “против”, еду в приемный покой к Кириллу Сергеевичу.
29. Была не была! 
Если честно, меня даже трясёт от волнения.
Когда первый порыв прошёл, то я уже не чувствую столько уверенности в себе, сколько у меня было еще пять минут назад. Сейчас мне кажется, что пошлёт меня Кирилл Сергеевич в пешее эротическое путешествие, едва услышит о чём я его хочу попросить. С другой стороны — попытка не пытка.
Заезжаю в магазин за бутылкой дорогого коньяка и тортиком. Оставив машину возле въезда, потому что мой пропуск уже истёк и теперь я не имею никакого права въезжать на территорию больницы, иду к уже хорошо знакомому зданию, ведь Кирилл Сергеевич сказал что он сегодня на смене.
Заглядываю в кабинет первой помощи и гляжу на медсестру за стойкой.
— Ой, — увидев меня, выдыхает она испуганно, будто я с пистолетом напротив неё стою. — Вы опять?
— Да нет, — улыбаюсь смущённо. — Я хотела Кирилла Сергеевича поблагодарить за… эм… приятное сотрудничество.
— Он сейчас на операции, — расплывается в улыбке медсестра, — но вы можете подождать его в кабинете. Не думаю, что он рассердится. Проводить?
— Спасибо, — улыбаюсь ей в ответ, — я сама дойду.
Добираюсь до кабинета Кирилла Сергеевича и беспрепятственно захожу внутрь. Прикрыв за собой дверь, ставлю пакет с тортом и коньяком на пол за диван, чтобы не было видно для посторонних глаз. Тихонечко сижу в уголке на диване и просматриваю в телефоне другие клиники на случай, если моя идея сделать Добрынского донором не увенчается успехом.
— Ой, мне бы такого зятя, — слышится звонкий голос за дверью. — А давайте я вас со своей дочерью познакомлю?
Слышу тихий бас Кирилла Сергеевича и со вздохом откладываю телефон.
— “Мы вольные птицы; пора, брат, пора!” — цитирует он с усмешкой Пушкина, заходя внутрь кабинета, и резко останавливается на входе, пристально глядя на меня.
В первые секунды в его глазах мелькает какое-то подобие радости, но в следующее мгновение лицо заведующего принимает равнодушное выражение, будто я… чужая, совсем незнакомая женщина, посягнувшая на его территорию.
Встаю и нервно сжимаю руки в замок.
— Здравствуйте, — робко улыбаюсь ему и мысли в миг разбегаются.
Кирилл Сергеевич отмирает и закрывает дверь, а затем вздыхает, запихнув руки в карманы халата.
— Привет. С машиной что-то не то? — хмурится.
— Да нет, всё в порядке. Большое спасибо. — усмехнувшись, качаю головой.
Такое ощущение, что я прихожу только в том случае, если что-то плохое произошло или вот-вот должно произойти.
— А что случилось тогда? — подозрительно уточняет Кирилл Сергеевич.
— Да ничего не случилось, — вздыхаю и достаю из-за дивана коньяк и торт. — Просто хотела вас поблагодарить. Мы вчера так сумбурно расстались… Я даже не сказала, что мне очень понравился вечер.
— Валенки где? — с усмешкой кивает Добрынский на мои ноги в сапогах с небольшим каблуком.
— Ну, на работу в валенках как-то не солидно, — пожимаю плечами и тяну Кириллу Сергеевичу пакет с коньяком.
— Ого, — усмехается он. — За что?
— Я же сказала: просто поблагодарить. — вздыхаю.
— Ну, ты знаешь, за свидания мне ещё никто коньяк с тортом не дарил, — переводит он на меня взгляд и щурится.
Проницательный гад, вот ей богу!
— Кирилл Сергеевич, — подбираю слова, — я сдала акт, но начальник как-то так обтекаемо выразился, что он подозрительно хороший.
— Ты хочешь акт переделать? — хмурится Добрынский.
— Да нет, нет, — успокаиваю его. — Просто, если вдруг они решат сделать повторную проверку, то её уже буду проводить не я, и я бы рекомендовала вам всё же привести документы в порядок.
  
— Ой, Лен, сколько на моём веку этих проверок было — все как-то пережил. Но спасибо за предупреждение. — кивает Кирилл Сергеевич, ставит торт с коньяком на стол. — Тебе то самой за это ничего не будет?