Серебряная колдунья (ЛП)

— Я также надела эту одежду в тот день, когда заработал мой первый энергетический щит.
— Так это из-за щита? — взгляд, которым он меня одарил, сказал мне, что он на это не купится. Нет, вовсе нет.
Всё, что я могла сделать — это промолчать.
— Я так и думал. Дело не в энергетическом щите, Арина. Дело в нас.
— Какое это имеет значение? — я медленно и протяжно выдохнула. — Наряд пропал.
  
— Мы можем купить тебе новый наряд, — он взял мои руки в свои. — Мы можем создать новые воспоминания, Арина.
Я покачала головой.
— Какой в этом смысл? Мы уже знаем, чем всё закончится: в точности как в прошлый раз.
— Нет, этого не будет. На этот раз всё пойдёт по-другому.
Мои глаза щипало, а душа болела.
— Как ты можешь быть уверен?
— Потому что мы больше не дети, Арина. Последние десять лет я сожалел о том, что произошло. Десять лет скучал по тебе. Десять лет гадал, где ты была. Десять лет мечтал, чтобы ты была здесь, чтобы я мог…
Я цеплялась за его слова, цепляясь за край пропасти — слишком напуганная, чтобы остаться, слишком напуганная, чтобы упасть.
— Чтобы ты мог? — подтолкнула я его.
Доминик печально улыбнулся, убирая прядь волос с моего лица. Кончики его пальцев задержались на моей щеке.
— Мог снова увидеть тебя. Мог поговорить с тобой.
— Если бы ты нашёл меня, что бы ты сказал?
Он положил другую руку мне на щёку.
— Всё, — его глаза встретились с моими. — И даже больше.
— Ты говоришь загадками, — ответила я, затаив дыхание.
— Я сказал тебе, что я чувствую к тебе, Арина.
Я накрыла его руки своими. Я ничего не могла с собой поделать. Мне нравилось это слышать. Поэтому я прошептала:
— Скажи мне ещё раз.
— Я люблю тебя.
Моё сердце пропустило удар.
— Я всегда буду любить тебя.
У меня перехватило дыхание.
— Когда ты ушла, у меня было такое чувство, будто моё сердце вырвали из груди.
Слёзы хлынули из моих глаз.
— Пока тебя не было, все эти годы без тебя я чувствовал, что часть меня пропала. Как будто часть меня умерла. А потом ты вернулась, — счастье осветило всё его лицо. — И всё изменилось.
Его рука легла мне на спину, и Доминик притянул меня ближе.
— Я хочу, чтобы ты была моей, — сказал он, и эти слова падали на мои губы, как поцелуи. — Я хочу быть твоим. И я хочу, чтобы все знали, что мы принадлежим друг другу.
Момент был слишком идеальным. Но я должна была спросить:
— Твои родители?
— Я хочу, чтобы все знали, — горячо сказал он. — Я люблю тебя, Арина, и не стыжусь этого.
— А если не все одобрят?
— Они одобрят, — вкрадчиво произнёс он. — Я могу быть очень убедительным.
Я усмехнулась, прокручивая в голове все те безумные вещи, на которые он меня уговаривал.
— А если их не удастся убедить? — продолжила я, покраснев.
— Удастся. В конце концов.
— Ты говоришь так уверенно.
— Компетентность порождает уверенность, Арина.
— Ты полон этой уверенности, Доминик, — рассмеялась я.
— А ты полна мной. Я в твоих мыслях, твоём сердце, твоей душе. Ты и дня не можешь прожить, не думая обо мне. Когда мы в разлуке, это пытка. Ты жаждешь, чтобы мы были вместе. И когда мы вместе, это тоже пытка. Потому что мы не вместе.
— Ты не знаешь, что я чувствую.
— Знаю, Арина. Я знаю, потому что именно то же я чувствую сам. И я знаю, потому что был внутри твоего тела и в твоём разуме. Я слышал каждую мысль. Я чувствовал каждую эмоцию: печаль, гнев, вожделение, разочарование, страсть, счастье, страх, любовь, — его голос дрогнул от волнения. — Так что даже не пытайся притворяться, что это не взаимно, потому что я точно знаю, что ты чувствуешь. И я точно знаю, чего ты хочешь.
Доминик наклонился ко мне. Я затаила дыхание в предвкушении того, чего так и не произошло. Поэтому я начала действовать. Я скользнула руками по его спине, положила их ему на бёдра, притягивая его ближе. Я предельно остро осознавала всё. Дерзкая, непоколебимая страсть в его глазах. Учащённый стук его сердца, отдающийся у меня в ушах. Мягкое, дразнящее прикосновение его пальцев к моим волосам. Его твёрдая грудь, прижимающая к моей. Лихорадочная, головокружительная вспышка жара, которая полностью овладела мной, завладев каждой мыслью, каждым чувством, каждой эмоцией — всё это сплелось воедино, всё указывало на одно направление, одну цель, одно желание: Доминик.
— Я люблю тебя, — выдохнула я.
— Я знаю, — ответил он, и его губы были так близко, что я ощущала их вкус.
Он опустил голову ниже и легонько поцеловал меня в щёку. Затем отстранился.
— Спокойной ночи, Арина, — он поклонился мне, затем повернулся и ушёл.
Моё сердце бешено колотилось, голова кружилась от сотни противоречивых эмоций. Мои глаза настолько переполнились слезами, что всё было как в тумане. Я услышала, как он садится в грузовик Оливера. Я чувствовала магию, которая связывала нас. Она растянулась, как пластилин, когда грузовик выехал с моей заросшей травой подъездной дорожки. Я цеплялась за эту связь, укрепляя её.
Слова эхом отдавались в моих ушах, как телефонный звонок.
— Тебе не следует так дразнить её, Доминик, — сказал Оливер. — Не думаю, что ей это нравится.
Доминик усмехнулся, мягко и бархатисто.
— Вообще-то, я думаю, ей это очень нравится.
— Самодовольный ублюдок, — проворчал я.
Я бы швырнула мусорное ведро в грузовик, но они были уже слишком далеко.
— Это правда, что ты сказал? Ты влюблён в Арину?
— Да.
— Это глубокие чувства.
— Да, — согласился Доминик. — Так и есть.
— И всё остальное, что ты ей сказал…
— Почему ты подслушивал, Оливер?
— Это моя работа.
— Ты собираешься сообщить моему отцу обо всём, что услышал?
— Нет. Лорд Дракон приказал мне защищать тебя, Доминик. Он не приказывал мне шпионить за тобой.
— Так что же это было за подслушивание?
— Я проверял, нет ли угроз. Никогда нельзя быть слишком бдительным. Нас всех сегодня чуть не взорвали, — Оливер вздохнул. — Опять.
— Этим вздохом ты никого не обманешь, Оливер. Тебе было весело сегодня.
— Конечно, мне было весело. Я такой же сумасшедший, как и вы двое.
— Нет. Арина в два раза безумнее нас двоих, вместе взятых. Не так ли, Арина?
Чёрт, попалась. Я отпустила связь, и смешки Доминика медленно затихли, отдаваясь эхом в моих ушах, словно океанская волна, отступающая от берега. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоить дыхание. Как только мне это удалось, я повернулась и пошла обратно в дом.
— Кто хочет десерт на ужин?
— Я! — взвизгнули хором Кассиан и Калани.
Я подошла к морозилке и достала мороженое с двойным шоколадным брауни и сливочной помадкой. Сегодня определённо был день такой день, который требует десерта с двойным шоколадным брауни и сливочной помадкой.
  
Эпизод 6. Запах Колдовства
   
Глава 1. Лорды Авалона
 
Этот день настал. Я наконец-то собрала всё, что мне было нужно для камеры омоложения. И каким-то чудесным образом я нашла время, чтобы построить её. Она закончена. Готов. Дело в шляпе. Очень скоро я смогу отнести её Лорду Кицунэ. В моём будущем больше не будет никаких не возвращённых долгов.
Мне уже не терпелось.
— Как ты это делаешь, Серелла? — из столовой донеслось хихиканье Калани.
Я выключила плиту, взяла тарелки с блинчиками и отнесла их на стол. Калани сидела напротив пуки — вот только Серелла выглядела не как маленькое, очаровательное существо, похожее на лису, с шелковистым мехом и пушистым хвостом. Она была похожа на долговязую девочку-подростка.
В человеческом облике Сереллы было что-то капельку неестественное. Её пропорции были неправильными. Её руки и ноги были чуточку слишком длинными и тонкими, а голова слишком большой. Она выглядела как живой, дышащий персонаж мультфильма. Её роскошные волосы были ярко-розового цвета и собраны в высокий хвост. Её глаза были похожи на два больших сверкающих сапфировых шара. Её чёрные ресницы были невероятно длинными. И в довершение всего, она была одета в школьную форму Академии Авалона.