Развод 50+. Не делай мне нервы

– Ты с ума сошла? Все уже собрались… Я думала, ты вместе с папой со сцены задвинешь речь, но он не стал ждать. Он на праздник Милу Лотос пригласил и вместе с ней приветствовал гостей. Теперь она везде вместе с ним таскается под ручку.
– Прелестно, – улыбаюсь через силу.
– Отвратно! Тебе не двадцать лет, чтобы так беспечно щёлкать клювом. Живо ноги в руки и дуй сюда. – Вика унаследовала от меня прямолинейность, а от Андрея вспыльчивый характер.
  
– Скоро буду, Вик, – скидываю с себя маску безмятежной женщины. – Ярослав уже приехал?
– Приехал. Тоже вьётся возле отца. Или этой курицы.
– В его возрасте это нормально. – Сбрасываю звонок. В груди печёт от боли. Меня предал самый близкий человек. За что? Почему? В голове лишь вопросы и многоточия.
Перехватываю взгляд Алекса.
– Только ничего не говори! – предупреждаю его.
Алекс показывает, что закрывает рот на молнию.
Андрюша-а! Что же ты творишь? Начинаем разбор полётов.
Дети наши выросли. Моей дочери двадцать восемь, она не спешит замуж, живёт в подаренной отцом квартире и увлечённо малюет картины. Совсем недавно они начали пользоваться спросом, и Вика уволилась с подработки. Теперь у неё своя мастерская. Ярославу двадцать два. Сын всё ещё живет с нами и ни в чём не знает отказа. Андрей смотрит на это сквозь пальцы, а меня несколько напрягает сын-мажор. Пока он умеет лишь спускать деньги отца, с трудом тянет последний курс института.
Но неужели нас больше ничто не объединяет с мужем кроме детей? Ведь столько вместе пережили! Несколько раз компания Андрея находилась на грани развала. Два года назад муж пережил инфаркт, и я выхаживала его. Может, я слишком много времени посвящаю работе? Так и он дома не сидит. Дома его всегда ждёт что-нибудь вкусное, если я не на смене. А так у нас есть помощница по хозяйству. Что не так?
В свои пятьдесят я чувствую себя на двадцать восемь. За собой слежу, могу позволить себе открытый купальник и не стесняясь пройти в нём по пляжу.
В постели я, конечно, не ору от восторга, да и не надо это уже. А то хватанёт Андрея второй инфаркт… Вот тут, похоже, ошибочка. Его он как раз и не боится. Даже детей решил завести на старости лет.
– Лера Константиновна, готово, – окликает меня одна из девушек, и тут же подлетает Алекс.
– Бомба! Что я говорил.
Смотрю в зеркало и не узнаю себя. На меня смотрит голливудская дива.
– Девочки, вы волшебницы! – прижимаю руки к груди.
– Ленка! – снова кричит Алекс.
Лена вносит золотое платье с длинными рукавами, его лиф по краю усеян бриллиантами. Алекс с довольным видом смотрит на меня.
– Ну как?
Вспоминаю вычурное платье любовницы Андрея. Но, как ни крути, чёрное проигрывает рядом с золотом.
– Оно великолепно.
– Раздевайтесь, – командует Лена.
– Прямо здесь? – кошусь на Алекса.
– Я выйду, – он исчезает за дверью.
– Размер ноги у вас какой? – Лена оценивающе смотрит на мои кроссовки.
– Тридцать восьмой.
– Есть такие туфли у нас. И что-то нужно наверх. Плащ ваш сюда не годится.
Через десять минут я сажусь в машину Алекса в золотом наряде, скрытом под длинным красным пальто.
– Куда дальше, мэм? – с видом таксиста спрашивает Алекс, заводя мотор.
Называю адрес ресторана, где Андрей собрал гостей.
– Я, конечно, давно вышла из возраста Золушки и еду не к принцу, но ощущение именно такое. Спасибо тебе.
– А я не безмолвный паж. Если что, могу и накидать тому, кто посмеет вас обидеть. И моя машина не превратится в тыкву после полуночи. Я буду неподалёку. А хотите с вами пойду?
– Нет, Алекс, это уже чересчур. Но ещё раз спасибо.
Алекс останавливается у входа в ресторан, выбегает из машины с зонтом и провожает меня в холл.
– Я дальше сама, – цежу Алексу сквозь улыбку, адресованную повернувшимся в мою сторону гостям.
– Звоните, если что.
– Езжай в клинику, пожалуйста.
– Ок.
Меня обступают коллеги мужа, которых я знаю не один год. Отвешивают комплименты. Мне приятны их удивлённые взгляды. Сан Саныч, зам Андрея, помогает мне снять пальто.
– Мы покурить вышли, а Андрей в зале… Был недавно, – поправляется Сан Саныч. Смотрю ему в глаза, и он меняет тему. – Валерия, вы восхитительны сегодня. Сногсшибательны.
– Спасибо.
Вхожу в зал. Столиков тут не сосчитать. Вспоминаю, что ничего не ела, но вряд ли смогу проглотить сейчас даже оливку. На сцене соловьём заливается певец. Французская песня про вечную любовь сейчас самое то. Вика выныривает сбоку и хмуро роняет:
– Он с этой девкой на втором этаже. Там отдельные кабинки. – Дочь трясёт от праведного гнева.
– Вика, не делай мне нервы! – пытаюсь я отшутиться.
– А кто ещё тебе их испортит?
– Похоже, теперь больше некому.
– Я бы устроила скандал!
– А я хочу танцевать.
Иду по залу, не теряя королевской грации. Подхожу к столикам, здороваюсь с гостями. Прохожу мимо танцпола и поднимаюсь на сцену. Закрыв глаза, самозабвенно танцую возле певца, пропуская некогда любимую мелодию через себя. Музыка заканчивается, и зал взрывается аплодисментами. Певец целует мне руку, я кланяюсь публике и поднимаю глаза наверх. Опёршись на перила, муж задумчиво смотрит на меня. Рядом стоит Мира Лотос, тиская у груди маленькую сумочку.
_______________
Дорогие мои читатели! Рада видеть вас на страницах моей новой истории. Надеюсь, мой новый роман придётся вам по душе, и мы вместе будем переживать с вами за умничку Леру. Буду радовать вас частыми продами. Пожалуйста, поставьте звёздочку книге, чтобы я знала сколько нас неравнодушных. Добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять. Приглашаю вас в следующую главу.
 
Глава 4
 
Лера
Небеса! Ноги так и подкашиваются. Устоять бы. Как больно видеть рядом с любимым мужчиной молодую девку и знать, что она его любовница. Беременная от него. Ад! Но, раз я вышла на сцену, надо что-то сказать гостям. Я ж не девочка из подтанцовки.
Забираю у певца микрофон, и в зале даже вилки перестают бряцать.
– Дорогие гости! – К горлу подкатывает ком. Надо срочно вспомнить что-нибудь хорошее. На мгновение закрываю глаза и вижу умильную мордочку Космоса. Вспоминаю, с каким облегчением он положил голову мне на грудь. Его тоже предали, но он выбрался с минимальными потерями. – Я рада приветствовать вас на юбилее моего любимого мужа. – Стараюсь не смотреть наверх, но вижу, как многие смотрят туда. Другие ловят их взгляды и тоже задирают головы. Приходится и мне взглянуть на мужа. Он задвигает Милу за спину, но она вылезает по другую сторону от него. Испанский стыд! До родительского стола я не дошла. Неужели и родители Андрея сейчас стоят в толпе и взирают на своего сына. Моих здесь нет. Сменили дождливый Питер на солнечную Ялту. Они, к счастью, не увидят этого цирка. – Жизнь летит – аж шляпу сносит. Вот мы с Андреем уже и полвека отмотали. Столько всего произошло. И хорошего, и плохого… Куда ж без этого, но любовь всепобеждающа. Или это сказки?
Гости аплодируют, и я продолжаю.
– Но сегодня я хочу вспомнить тот день, когда Андрей сделал мне предложение. Тогда, как и сегодня, шёл дождь. Середина сентября выдалась прохладной. Мне нужно было домой, но мы опоздали на развод мостов. Вышли из такси и с упоением целовались на набережной. Девяностые – лихое время. До нас докопались братки. Подъехали на девятке… Отбивались мы вместе. Андрей кулаками, а я царапалась и визжала, как кошка. Против троих бугаёв сложно выстоять. Мы вырвались и побежали. Преследователи не отставали. Тогда я слетела по ступеням к Неве, Андрей следом. Взялись за руки, прыгнули в воду и поплыли. Парни немного постояли на берегу и убрались восвояси. Мы выбрались на холодный гранит, и Андрей обнял меня. От холода у меня стучали зубы, волосы свисали паклей. У Андрея распухла скула и текла кровь из губы. Но именно в этот момент мы были близки как никогда. «Я люблю тебя», – прошептал он. «И я тебя», – простучала я зубами. «Ты выйдешь за меня?» – спросил он. «Да!» – ответила я. Наш поцелуй был солон от крови, но, когда я вспоминаю его, мурашки до сих пор по коже.