Японская война 1905. Книга восьмая (СИ)
Радио стучало, передавая детали с мест, но Брюммер и сам видел, откуда именно бьет враг и как начинают шевелиться его части, прикрытые старыми дамбами. Второй день, и вот Макартур уже решил проверить их на крепость. Провел подготовку и место выбрал для этого хорошее, но… очевидное. И пусть они хоть все свои позиции зальют дымом — дело ведь не в пехоте, а в пушках, что их поддерживают.
— Вывести 2-й и 3-й бронепоезда к пятому милевому столбу. Наводка с воздуха. Железнодорожные батальоны пусть заранее выдвигаются вперед, скоро у них будет много работы.
Бронепоезда давали артиллерии так необходимую ей мобильность, но их рельсы были уж слишком лакомой целью. Враг, стоило ему приметить дорогу, сразу начинал поливать ее снарядами, и нужно было готовиться как можно быстрее восстановить даже самые серьезные повреждения.
— Может, на поездах? Все равно же ремонтные составы будем запускать, — молодой офицер из добровольцев, прибывших в Америку своим ходом, не удержался от вопроса. Впрочем, пока было время, Карл Оттович не стеснялся делиться опытом. Как Макаров…
— Поезда будут загружены рельсами и паровиками для ремонта. Поверьте, его будет много, и ни одного свободного килограмма у нас в запасе не останется. Так что, пока есть возможность идти ногами, пусть ходят.
Следующие два часа Брюммер провел с биноклем у глаз, лишь иногда отвлекаясь на карту, куда по сообщениям от офицеров на местах вносилась информация о передвижениях противника. И пока они справлялись… Связка воздух-бронепоезд отработала быстрее, чем у врага, и даже с учетом того, что американцы подтянули к месту первого удара почти шестьдесят орудий, они отбились. Почти без жертв, а то, что придется восстанавливать разрушенные укрепления, постоянные и временные железнодорожные пути — так ради этого у них и набрано почти 70 тысяч нестроевых.
Враг решил, что они не успеют обучить солдат, сколько бы добровольцев к ним ни пришли — так они поступили проще. Начали обучать прежде всего тех, кто помогает парням с винтовками, и в этом была главная сила их линии обороны. Техника и люди, что будут помогать ей выжать из себя максимум возможного.
— Новая атака! — голос Чернова иногда походил на крик ворона. Такой же противный и не несущий ничего хорошего. — Начинают засыпать переправу со стороны порта Аллен!
Брюммер поморщился. Конечно, сохранить активную переправу хотелось, но иллюзий никто не испытывал. А вот то, что вражеская артиллерия утюжит правый берег Миссисипи — нехорошо. С той стороны реки сплошная равнина на десятки километров во все стороны. Если американцы уничтожат укрепления, а потом перекинут достаточно солдат, то могут ведь и добиться успеха.
— 3-й бронепоезд на доукомплектование, — Карл Оттович оценил список пересланных повреждений. — 2-й перевести на пути к реке. И добавьте 1-й бронепоезд для усиления.
Не хотелось так много и так часто использовать резервы, но… Ситуация того требовала. Впрочем, как и всегда в начале боя. Враг давит, враг ищет слабые места, но рано или поздно темп начинает спадать. Главное, продержаться до этого момента.
— Мосты через Доусон-крик и байю Дапленьер взорвали.
— Кто?
— Диверсанты. Огинский сообщает, что они собрали почти две сотни помощников из местных — ему не хватило людей перехватить их вовремя.
Проклятье. Американские пушки продолжали утюжить укрепления порта Аллен, и если так пойдет, то пока мосты восстановят — они там все перекопают.
— Приказать батереям с той стороны ответить? — Чернов почувствовал, что пауза затягивается.
— Нет, — отмахнулся Брюммер.
С той стороны действительно спрятано несколько пушек, но их задача встретить корабли или пехоту врага, если до нее дойдет. Раскрыть готовые позиции сейчас значит лишить себя весомейшего козыря в будущем. Как и стационарные батареи с этой стороны… Даже пара часов обстрела того не стоила.
— Броневики? — вот теперь и молодые офицеры начали нервничать. — Враг подтянул свои батареи довольно близко, а там рядом возвышенности. Если действовать быстро и решительно — займем и накроем!
— Броневики нужны там, где есть, — Брюммер видел перестроения врага и возле болот, поэтому не собирался лишать армию флангов.
— Тогда что?
— Вызовите мне генерала Акияму, — принял решение артиллерист.
Силы японцев были самыми опытными на этом направлении, а учитывая, что это были конные силы, с ними можно было попробовать воспользоваться тем самым планом про скорость и решительность. Для них ведь на самом деле не нужны ни пушки, ни броня.
— Генерал Санэюки Акияма на связи, — Чернов справился меньше чем за минуту.
— Нужно вывести два дивизиона минометов в 13-й квадрат и накрыть американские пушки. Поезда смогут вас прикрыть только через два часа, — отдал приказ Брюммер.
— Есть, — голос с той стороны телефонной трубки был немногословен.
Никаких уточняющих вопросов, никаких сомнений — в этом японцы чем-то походили на русских. Внутри Брюммера колыхнулись сомнения. Может, все-таки раскрыть пару батарей? Не рисковать людьми? Но нет… Жалость хороша в мирной жизни. На войне она может привести только к еще большим жертвам. Они ведь стоят тут не просто так — они прикрывают сотни тысяч мирных луизианцев, поверивших Конфедерации и собравшихся в Новом Орлеане. Они прикрывают и Калифорнию, оттягивая на себя силы врага. И главное, они прикрывают свою Родину — перенеся войну как можно дальше от нее и давая ей так необходимые мирные годы.
Со своей позиции Брюммер прекрасно видел, как Акияма двинул вперед свои конные колонны. Все четко — под прикрытием рельефа. Перед открытым местом все спешились и дальше потащили минометы уже на себе. Тяжело, долго, утопая в грязи — чертова погода — но они шли вперед. Пятнадцать минут сорок четыре секунды — Брюммер засек время на часах. От приказа до первого снаряда, выпущенного в сторону самой дерзкой американской батареи.
Новые улучшенные минометы Гобято могли бить уже на два километра, и Акияма использовал это на полную. Его солдаты рассыпались широким фронтом, заваливая американские батареи минами, и пусть те летели не очень точно, но и укрытий у янки было не так много. Огонь по порту Аллен начал стихать, и враг не выдержал… Попытался дожать момент, кинув вперед целый полк. Дерзко, смело и впервые с начала боя — неразумно. Увы, к их несчастью, поспешность и эмоции редко приводят к успеху.
Макартур решил откинуть наглых японцев, сохранить позицию батарей и довести план до конца. Но вот ради живой силы врага одной стационарной батареей Брюммер был готов и пожертвовать.
— Капитану Сомову, шрапнелью, огонь по готовности, — приказ улетел вперед.
И буквально через мгновение американские ряды накрыли разрывы. Сомов — хороший офицер, он заранее все понял, начал готовиться и только ждал приказа. А вообще, удачно вышло. Враг на открытом пространстве — и даже по малым группам шрапнель собрала немалый урожай. В Маньчжурии с ее сопками такого никогда не получалось. А тут словно метла смерти прошлась по вражеским рядам, за считанные минуты слизнув целый полк. Ради такого не жалко позиции и того, что на время отвода в тыл сразу несколько орудий будут выключены из игры.
— Отходят, — Чернов успокоился и снова, словно машина, сортировал и передавал сообщения. — Новое наступление, между болотами и байю Манчак.
— Бронепоезда с 3-го по 5-й — вперед, — Брюмер оценил, сколько пушек начало работать на новом направлении, и не стал экономить силы. Даже выдернул состав с ремонта, потерпят. Потому что если не потерпят, они проиграют.
У них ведь работа простая. Отвечать ударом на удар. Раз за разом. Пока враг кровью не умоется. Главное, чтобы план генерала сработал и чтобы фланги выстояли.
* * *Семен ругался, когда их пробные атаки не принесли результатов. Семен матерился, когда враг начал давить по фронту, когда взрывы загремели в тылу, а бой докатился аж до окопов, а они продолжали стоять в резерве. Но настоящий гнев его накрыл, когда враг двинул сразу целую дивизию вдоль дороги на Ливингстон и Спрингфилд. Та самая кавалерия, которая смогла остановить его собственный прорыв, теперь попыталась обойти фланги русской армии и ударить им в тыл. Много кавалерии и еще больше идущей сразу за ней пехоты.