Хозяин Пустоши. Книга 3 (СИ)

— Давай я, — поднялся дядя Миша. Я кивнул. — Я знаю князя, наверное, дольше вас всех. Даже дольше Ирины. Я знаю, что он много интересовался историей, особенно войнами древности, изучал стратегии и тактики. Могу предположить, что Павел Сергеевич натравит на Корсунь кого-то. Например, карателей из Мценска — они дружны с их князем. Не настолько, чтобы пойти защищать Орел, но поживиться на нас они согласятся. А потому часть бойцов нам надо оставить здесь.
  
Ирина и Илья согласно закивали.
— Только все горят желанием пойти воевать, — заметил Стас.
— Не все, — неожиданно заявила Людмила. — Не забывайте, что я из Москвы. И лично Голицын мне ничего не сделал. Так что я готова остаться защищать Корсунь.
— Я тоже останусь, — сказала Вероника. — Врачей у вас там будет достаточно, а тут никого не останется. Я буду нужна здесь, если вы правы.
— Хорошо. Никита и Антон тоже никуда не пойдут, — сказал я. — Никита еще мал, а на Антона там будут охотиться люди Голицына. Из монстров тут точно останется еж. Он, кажется, привязался к Антону, к тому же медленный и не поспеет за всеми. Джад тоже остается, если ты не идешь, Ника. И еще, если у Игниса все получится, к вам на помощь придет стая его матери.
— Вот это отлично! — напомнил о себе Красавчик. После последнего нашего с ним похода я все же попросил дядю Мишу сделать его сержантом. — Я тоже останусь. Капитану и Олегу нужно идти — они знают город. А тут кто-то должен командовать обороной.
У Иры от удивления рот открылся. Она прищурилась, глядя на него, но ничего не сказала — сложила руки на груди и откинулась глубже в кресле. Кажется, с ними все ясно — прошла любовь, завяли помидоры.
— Хорошо. Пусть будет так, — согласился я.
— Нужно еще решить, кто останется тут главным, когда вы с Леной переберетесь в Орел, — заметил Стас.
У меня засосало под ложечкой. Конечно, он прав. Но я прикипел ко всем, кто сейчас находился в комнате. Кроме Красавчика, все же. Даже Ира органично влилась в коллектив. Сама или из-за Володи — не знаю. Все это время я надеялся, что появится кто-то, кто не слишком впишется, но окажется хорошим администратором. Увы, чудес не бывает.
— Этот вопрос мы будем решать после победы, Стас. Не люблю делить шкуру неубитого медведя. Плохая примета, — только и ответил я.
— Ладно. Так что мы делаем конкретно? — не стал спорить он.
И мы перешли к конструктивной беседе. Она затянулась до ночи. Мы даже ужинали здесь же.
Конечно, утром Никита с Антоном не обрадовались тому, что остаются в деревне. Они-то рассчитывали погеройствовать, а тут такое. И все увещевания, что на Корсунь могут напасть и все еще будет, не подействовали. Пришлось менять тактику.
— Вы, конечно, можете сбежать и пойти за основной колонной на расстоянии, — сказал я и по тому, как они оба вздрогнули, понял, что не ошибся. — Но на деревню нападут, а тут минус два мага. Вы же знаете, что любой маг, даже изумрудный, стоит десятка простых солдат. Именно поэтому мы оставляем здесь всего пятьдесят бойцов. На вас рассчитывают все, кто намерен после сражения вернуться сюда жить. Если вы уйдете, а оставшиеся проиграют, деревни не станет.
— И все защитники погибнут, — добавил от себя Красавчик равнодушно. — Но если вам так хочется, бегите. Мы постараемся справиться.
— Что? Ты остаешься? — удивился Никита. — Ох… но я думал… На деревню точно могут напасть?
— Основные силы уходят. Это делает Корсунь легкой добычей, — серьезно сказал я.
Парни переглянулись и тяжело вздохнули.
— Тогда мы остаемся, — серьезно заявил Антон. — Пусть это и не мой дом, но я не позволю его уничтожить.
На том и решили.
Чуть позже вернулся Игнис и просто кивнул.
«Стая придет вечером,» — передал его сообщение нетопырь.
— Спасибо, друг, — сказал я и обнял огневолка. — А теперь пора выдвигаться.
Конечно, мы забрали тогда грузовики, но их не хватило на все три сотни бойцов и магов. Конечно, мы могли бы отвезти всех за несколько этапов, но опасались разделяться. Потому выстроились в колонны и пошли маршем. Так дольше, но надежнее.
И не ошиблись.
От Корсуни до Орла по новой дороге можно было пройти чуть меньше, чем за пять дней. Но это если одному или малой группой. Тут же шла по местным меркам целая армия, потому и продвигались мы медленнее. Разумеется, впереди и по бокам шли разведчики. Конечно, среди них были и маги.
Они и сообщили на третий день, что впереди дорога перекрыта рукотворной стеной, скрытой иллюзией, а за деревьями у обочин ждут солдаты. Разумеется, выяснить количество магов мы сможем только боем. Но иллюзия говорила, что маги там точно есть.
— Ну что, идем здороваться. Не будем заставлять ждать, — с мрачной улыбкой предложил я.
— Да, но не всеми же. Им того и надо, — заметил Илья.
— Разумеется.
Мы взяли три отряда — два по двадцать человек и в одном четверо. В каждый включили магов, от двух до четырех, и по монстру. Большие отряды подошли к засаде из леса. Маленький обогнул ее и вышел на дорогу сзади. Начал веселье Дракула.
Он пролетел над местом засады и выпустил волну ужаса. Иллюзия сразу пропала. Остальные группы увидели на дороге стену из бревен, поваленных тут же. Пеньки спрятали той же иллюзией.
Наверняка подразумевалось, что мы торопимся, потому едем на грузовиках и почему-то без разведки. Потому первый грузовик должен был врезаться в стену, а остальные в него. Но неужели те, кто устраивал эту засаду, думали, что их жалкие полсотни солдат нас разгромят вот так просто⁈
Как только иллюзия пропала, наши большие группы атаковали солдат, что прятались за деревьями и в кустах. За стеной стояли мотоциклы. На них гонцы должны были доставить сообщение о численности нашей армии и успехе операции.
Бой длился минуты три и закончился нашей победой. Уйти никто не смог, тем более уехать на мотоцикле. Мы не стали убивать всех, только самых упорных. И тут нас ждал приятный сюрприз. Одним из пленников оказался Василий Протасов.
— Вася, свет ты мой, — воскликнул я, не скрывая радости. — Как же ты так глупо попался-то?
— Да пошел ты, — процедил он и бросил взгляд на одно из тел.
Я подошел посмотреть. И успел заметить, как из перстня буквально вытекает струйка янтарного дыма. Так вот как это происходит после смерти мага. Присмотрелся к телу. При жизни это был мужчина лет пятидесяти, на благородном лице застыло удивление, смешанное с возмущением, словно он пытался спорить со смертью, что она не имеет права его трогать своими холодными пальцами.
— Так это его «гениальная» идея? — уточнил я. — А что так? Я думал, ты тут главный.
— Я тоже так думал. Но после истории в бункере дядя решил, что я не компетентен, и поставил надо мной этого придурка. Я предупреждал, что это не сработает. А он все твердил, что вы будете спешить, вдавив педаль газа в пол.
— И тебя не отпускал. Понимаю. Что же ты его по темечку-то не тюкнул? — с насмешкой спросил я.
— Потому что это его люди. Они бы не стали меня слушать, — со злостью ответил он.
— А. То есть ты тут в наказание что ли? Бывает. И что же нам с таким тобой красивым делать?
— Я бы тебя убил, — просто сказал он. И в его глазах я прочел готовность к смерти.
— С нами не пойдешь? Тебя же использовали как… не хочешь отомстить? — спросил я, глядя ему в глаза.
— Я не предатель, — процедил Вася.
— Ладно. Тогда оставайся в лесу, — сказал я и дал знак бойцам отпустить его.
Те удивленно выполнили безмолвный приказ. Василий тоже удивился и растер руки. Я знал, что будет дальше. Главное, не упустить момент.
  
— Расчистите дорогу и пойдем дальше, — приказал я нашим бойцам, развернулся и пошел по дороге к Лене.
А про себя считал: десять, девять… И слушал скрип снега под ногами… семь, шесть… В руке зажат кинжал… пять, четыре…
— Саша! — Крик Лены.
Я развернулся и выставил кинжал перед собой ровно в тот момент, когда Василий Протасов уже не успевал остановиться или уйти в сторону. Острое лезвие легко вспороло куртку и другую одежду и вошло в тело.