Хозяин Пустоши. Книга 3 (СИ)

Вася всхлипнул. Трижды попытался вдохнуть. Не смог и осел на утрамбованный снег дороги. Я знал куда бить. И попал — в печень. Так что умер он довольно быстро.
— Жаль, — вздохнул я.
И тут же на меня налетела Лена. Прижалась всем телом, обняла, заглянула в глаза. Хотела что-то сказать, но прищурилась и сказала явно не то:
— Зачем было так рисковать? Ты ведь специально это сделал, да?
  
— Прости. Не могу убить безоружного, — признался я.
— А если бы он магией⁈
— Если бы магией, Дракула бы предупредил.
— Ты псих, — пробормотала она и уткнулась мне в плечо.
— Прости. Но я не мог не дать ему шанс.
— Да, ты такой. Идем.
Остальных пленных пришлось казнить.
Больше нас останавливать не пытались. И через три дня мы подошли к Орлу. Мы знали, что нас ждут. Мы знали, что их разведка уже доложила о наших передвижениях.
Потому мы бросились в бой прямо с марша. Надеюсь, хотя бы этого они не ожидали.
  
Глава 22
 
Разумеется я понимал, что наши три сотни бойцов и четыре десятка магов ничего не смогут противопоставить полутора тысячам защитникам города, если пойдут на штурм. Тут же стены высотой десять метров и сколько-то шириной. Тут нужна артиллерия и штурмовые лестницы. У нас же самое тяжелое — гранатометы и минометы. Даже таран не сделали, только снаряды напитали магией.
Впрочем, какой смысл говорить об артиллерии, если она тут не развита, а увидеть пушки можно разве что времен первой мировой войны, в музеях. Сначала я удивлялся: как так, тут же есть больше монстры, по ним удобно бить из пушек, гаубиц и прочего. Но потом понял, что физическое оружие почти бесполезно против большинства тварей. А того же дракона проще завалить молниями, проклятиями и прочим. Вернее, скорее отпугнуть — эта крылатая рептилия считалась почти неубиваемой. Потому Голицын еще год назад так возмущался пропаже контрабандных реагентов, среди которых была чешуйка дракона.
Так что сейчас ни о каком штурме речь не шла. Десяток наших бойцов вооружились гранатометами, маги создали иллюзию, что их втрое больше. Вся эта толпа приблизилась к стенам города на расстояние выстрела и начали по двое стрелять по воротам. Разумеется, ворота это едва ли поцарапало. Зато отвлекло внимание от основных сил, которые в это время просачивались в Орел через «секретные» ходы. Именно в скобках, потому что не знал о них только ленивый.
Конечно, некоторые из них, самые удобные, успели закрыть. Сначала я даже удивился, что не все. Потом понял, что остальные оставили именно для нас — чтобы встретить и тут уничтожить в ловушках и засадах. Или же чтобы выйти самим и ударить нам в спину. Другие проходы вновь открыли Румянцевы. И нигде мы не встретили ни одного бездомного. Оставалось надеяться, что они переселились в другие части катакомб, а не были истреблены людьми Голицына. Конечно, наши отряды входили предупрежденные и готовые. И конечно, там их ждали защитники города. Только здесь, в туннелях, как и тогда в бункере, их численное преимущество разбилось об узкие проходы.
И конечно, магам с монстрами пришлось остаться снаружи и ждать падения купола. Увы, они не могли пройти сквозь него даже под землей. В будущем надо будет поменять компоненты купола, но пока надо торопиться, чтобы его снять.
Солдаты Орла мешали друг другу. Я приказал не столько убивать, сколько ранить противников. Их крики и стоны давили на психику и демотивировали товарищей, а наших наоборот вдохновляли. Надеялся я и еще и на разнородность защитников. Это в моем мире армия служила государству, а всякие богатые люди содержали лишь маленькие отряды. Здесь же у каждого рода была своя большая дружина, которая подчинялась исключительно своему господину. А каждый граф и барон имел свои взгляды на то, как лучше отбиваться. Так что теперь все зависело от того, договорится совет города о едином командовании и единой схеме обороны или нет.
Пока мы вполне успешно проходили по туннелям под городом и не спешили выходить на улицы. Наверху мы снова станем горсткой вооруженных бойцов, так что лучше как можно больше ослабить защитников города здесь, в туннелях.
В какой-то момент я отдал командование Илье и вместе с Леной, Ирой, Володей и Артемом свернул в неприметный туннель, как мы и договаривались накануне. На нем стоял знак Румянцевых, о нем Кирилл предупредил в письме — что нужно идти именно по этому туннелю и свернуть в проход, отмеченный их знаком.
Всю дорогу я и мои спутники почти не использовали магию, только огнестрельное оружие. Потому что у нас отдельная миссия, где и потребуются силы.
Я первым свернул в туннель, готовый к нападению. Но его не случилось. Нет, бойцы во главе с магом тут сидели, но только до некоторого времени — их всех уложили до нас. А на ближайшем перекрестке мы встретили Кирилла и его людей. Это они уничтожили отряд засады.
Мы обменялись рукопожатиями в полутемном туннеле. Солдаты Румянцевых, молчаливые и мрачные, убирали с дороги тела.
— Привет. С куполом проблемы, да? — уточнил я.
— Да. Голицын знает про монстров и поставил серьезную охрану возле каждого якоря. Наши люди разбили два, но к еще двум пока не могут пробиться, — недовольно ответил Кирилл. — Тем более там люди не князя, а графа Денисова, они оказались неожиданно хорошо обучены.
— Ты о чем? — удивился Артем.
— О том, что они словно всю жизнь готовились к уличным боям. Там такая баррикада, что я не знаю, как к ней подобраться.
Как интересно. Но я-то как раз знаю, как себя вести в уличных схватках. Только сказать об этом не могу. Снова придется говорить, что на ходу придумал.
— Его люди оба якоря охраняют? — уточнил я.
— Только один. Второй под контролем людей графа Суворова.
— Тогда веди к тому, кто ближе, — сказал я и уже в пути удивился одному моменту. — Так ты говорил, что якорей десять и снять надо четыре. С двумя вы справились. Если тут такие проблемы, почему вы в них уперлись, а не пошли к другим шести?
— А вокруг них уже магическая защита в довесок к солдатам.
— Пробить еще сложнее, понятно. На чьей стороне Суворов? — уточнил я. — И Денисов.
— Денисов на своей собственной стороне. Вообще он стал странным, — заметил Кирилл. — Словно другим человеком.
Опаньки! Это звучит знакомо, насторожился я.
— Давно?
— Чуть больше года назад. В какой-то момент он даже попытался сместить Голицына. Так отряд Михаила и оказался в Пустоши — это Денисов его подставил. Но ничего не получилось и он затаился. Только в лес стал ходить чаще. И очень быстро с рубина разгорелся до оникса. Но сейчас его люди яростно защищают четыре якоря из оставшихся восьми.
— Интересно. Так а что Суворов? — напомнил я.
— А вот он как был нейтральным вместе с Ланской и Зотовой, так и остался.
Точно! Я совсем забыл про женщин. В тот единственный раз, когда я видел весь совет в сборе во время собственного изгнания, было пятеро мужчин и две женщины, восьмым с ними рядом стоял секретарь. И до сих пор графини никак не проявляли себя.
— И что значит нейтралитет этих троих? — уточнил я. А сам сожалел, что не расспросил Ирину до того, да хотя бы на марше. Слишком сосредоточился на Голицыне.
— Что они усиленно ни во что не вмешиваются. Занимаются своими делами, возят караваны, в союзы не вступают, — ответила вместо Кирилла Ирина.
— Точно ничего на троих не замышляют? — уточнил я.
Остальные шли молча и мотали на ус.
— Что отец им не нравится, они не скрывают. Но так же все знают, что сил скинуть его, у них нет. Потому что часть их баронов кормится с рук отца.
  
— Верность прям цветет и пахнет в нашем родимом городе, — пробормотал я озадаченно. — Так всегда было?
— Нет, только в последние годы, — ответил Кирилл.
— Да, с тех пор, как отец узнал о неверности матери, — добавила Ирина. — Он тогда почему-то решил, что твой отец метит на его место, потому и залез в ее постель. Но там все совсем не так было — я знаю маму.