Хозяин Пустоши. Книга 3 (СИ)

Одевался я уже на бегу. Ира едва поспевала за мной. А я, пожалуй впервые с появления в этом мире, чувствовал себя снова собой. Тем, кто точно знает, что нужно сделать для достижения цели. Тем, кто знает, чем ответит противник. Да, за последние полгода я изучил Голицына и его методы и теперь варианты того, чем он ответит, сократились с десятков до двух-трех.
По пути я поймал нескольких парнишек и попросил позвать Лену и остальных моих друзей на площадь. А еще одного отправил к воротам бить в колокол общий сбор. Конечно, по-хорошему сначала надо поговорить с ними, но сейчас не время для собрания совета — мы поговорим потом, пока народ будет готовиться.
  
— Что случилось? — спросила Лена, поравнявшись со мной уже почти у площади.
— Румянцевы прислали сообщение. Завтра выступаем, — сказал я.
— Но ведь еще месяц…
— Уже через неделю будет поздно, милая. Он укрепляется. Если успеет, мы потеряем кучу народа. А то и вовсе будет бессмысленно штурмовать.
Лене понадобилось всего пара секунд, чтобы переварить сказанное мной. Как раз подошли Илья, Стас и другие и тоже услышали.
— Дела, — протянул Артем. — Ну что же, с другой стороны пойдем по твердому снегу, а не по весенней грязи.
— Ну хорошо, нам надо успеть до того, как они приготовятся. А мы-то сами готовы? — с сомнением спросил Илья.
— А сам-то ты как думаешь? — улыбнулся я и хлопнул его по плечу. — Мы собрали всех, кого смогли. Даже куча монстров с нами, почти два десятка. К идеалу можно стремиться всю жизнь, и все равно оставаться на шаг позади.
— Не жди лучшего момента — создавай его сам, — согласился со мной Владимир.
— Так что теперь? — тихо спросила Вероника.
— Теперь я сообщаю людям о походе. А потом мы идем составлять финальный план, — сказал я буднично. — Лена, побудешь рядом?
— Хорошо, — немного смутилась она.
— Мне нужна твоя поддержка. Все же моя первая серьезная речь, — пояснил я, когда мы поднимались на стену. — Вы тоже поднимайтесь. Люди должны видеть, что у нас не единовластие.
Лена кивнула, но смущаться не перестала. А я едва не ляпнул в утешение, насколько не люблю произносить речи. Только здесь у меня никогда не возникало повода для речей, так что это замечание выглядело бы странно. А вот в прежнем мире мне часто приходилось что-то говорить на публику. Как говориться, раз назвался лидером, будь добр.
— Волнуешься? — с пониманием спросил я.
— Ага.
— Я тоже, — ободрил я ее.
— Горят, главное быть искренним.
— Верно.
С этими словами мы поднялись на стену и дождались, когда соберется вся деревня. Площадь перед воротами получилась больше главной, которая перед теремом. Но тут ничего удивительного — место оставили на случай, если неожиданно придется поставить еще пару домов. Или даже не пару. Потому я и выбрал именно ее для собрания.
Ветер все так же задувал, небо хмурилось, люди притопывали и с интересом смотрели на нас. Я сжимал ледяную ладошку Лены.
— Жители Корсуни! — начал я, когда собралась уже внушительная толпа. — Всю зиму мы готовились к походу на Орел. Мы строили, тренировались и делали запасы. Мы одержали несколько побед над карателями и заставили их отступить обратно в города! Теперь же настало время решающей битвы! Князь Голицын укрепляет Орел. Если он сделает это, нам будет сложнее. Знаю, многие из вас жаждут мести за свое изгнание. Не скрою, я тоже зол, как и все, кто стоит рядом со мной. — Я развел руки в стороны, словно хотел обнять своих друзей.
Люди стояли притихшие, некоторые даже забыли о холоде и слушали, замерев. Даже дети словно бы поняли важность момента — не кричали и не бегали.
— Но мы ведем вас на приступ города не только ради мести. Все вы, уверен, понимаете, что Голицын не успокоится, пока Корсунь не будет стерта с лица земли. А потому самый простой способ обезопасить наш общий дом — устранить источник проблемы. Если мы захватим Орел, некому станет нападать на деревню. Когда все закончится, каждый из вас будет решать сам, хочет он вернуться к городской жизни или продолжит жить здесь. Тем более в Корсуни уже очень скоро появится электричество, водопровод и прочие удобства. Но для того, чтобы все это появилось, чтобы мы не опасались, что может кто-то прийти все это разрушить, мы и идем на завоевание Орла! Мы выступаем завтра!
Я хотел сказать кое-что еще, предостеречь, но в небо взметнулся восторженный крик сотен глоток. Нет, не надо ничего больше говорить. Люди сами поймут, когда немного успокоятся, что их ждет, что еще нужно сделать и прочее.
— Неплохо, — заметил Артем. — Теперь в терем?
— Да. Надо решить, кто чем занимается дальше, — согласился я. — Вы идите, а мне нужно переговорить с Игнисом.
Мы спустились со стены. Друзья пошли в терем, а я подозвал огневолка. Он уже вымахал таким большим, что больше не приходилось присаживаться, чтобы быть с ним на одном уровне. Еще немного и ему придется пригибаться, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Друг мой. Ты же все слышал, да? Я про речь на площади.
Он кивнул.
— Я сначала скажу, а потом дай знать, если нам надо будет поговорить, — предупредил я и продолжил после еще одного кивка. — В городе знают о том, что к нам отправили гонца, я практически не сомневаюсь в этом. И о содержании послания знают. Понимают, что мы сейчас сорвемся и пойдем на город. Деревня станет беззащитной. А потому логично, если они отправят на нее отряд карателей. Вряд ли из Орла — скорее из соседнего города. Я к тому, что Корсунь надо защитить. Стая твоей матери сможет помочь нам еще раз?
Игнис думал несколько долгих секунд, склонив голову, потом задрал голову к небу и рыкнул.
— Мне выпить эликсир, чтобы услышать тебя? — уточнил я, так и не поняв его действий.
«Нет. Это он меня звал, — раздался в голове голос Дракулы. Кажется, им овладел азарт. — Не трать свою чудесную водичку, она тебе еще пригодится. Волчонок говорит, что ты и другие отряды несколько раз отогнали охотников от владений их стаи. Может, даже сами не поняли, но они вам благодарны. И в благодарность помогут. Но это не значит, что тут вообще может не остаться людей.»
«Это я понимаю, конечно. Спасибо,» — сказал я и потрепал Игниса по шее.
Он принял ласку, боднул меня в плечо и убежал в лес. А я отправился в терем.
Еще на лестнице я услышал жаркие обсуждения, но они стихли при моем появлении. Друзья молча наблюдали за тем, как я раздеваюсь, наливаю себе чай и усаживаюсь рядом с Леной.
— У нас есть право голоса или ты все уже решил? — уточнил Илья.
Я с удивлением на него посмотрел. Ох, какой же он мнительный. Что успел надумать за эти десять минут?
— Илья, меня как зовут? — с легкой улыбкой спросил я.
— Саша, — удивился он. Мой вопрос явно сбил ему настрой.
— Не Паша, точно? — продолжил я.
Артем хихикнул. Ирина криво усмехнулась.
— Ты о чем? — спросил Илья.
— О том, что я не князь Голицын, который решает все в одно лицо, а потом ставит совет перед фактом, а то и вовсе не ставит, — сказал я уже серьезно. — Я собрал вас тут, чтобы решить, как будем действовать.
— Но план у тебя уже есть, — продолжил гнуть свое Илья.
— Разумеется, у меня есть идеи. Как и у всех тут. Я ведь прав? — уточнил я и обвел собравшихся взглядом.
Как-то их стало много. Чем больше народа, тем дольше будет обсуждение и тем сложнее прийти к общему решению. Ничего, скоро это изменится. Надеюсь. Но с другой стороны мне не хотелось ни с кем из них расставаться — все же друзья.
— Конечно, есть, — откликнулся Стас.
Ирина, Артем, Людмила и даже дядя Миша согласно кивнули. Илья посмотрел на это и смущенно кашлянул.
  
— Ладно. Кажется я немного… не то подумал, — пробормотал он и сел, красный явно не с мороза.
— Проехали. Теперь к делу, — закрыл я неловкий момент, отпил чаю и перешел к главной теме. — Илья прав: у всех нас есть идеи того, как быть дальше. Но не удивлюсь, если они во многом совпадут. Кто выскажется первым?