Экспедиция в преисподнюю (СИ)
— А как же скафандры?.. Нам же не хватит ресурса?..
На последней фразе голос наставницы сорвался на писк, выдавая с головой все ее чувства и ощущения. Впрочем, не мне ее обвинять. У меня вообще от одной мысли о предстоящем становилось холодно за грудиной и хотелось срочно присесть. Хотя бы прямо на пол. Потому что ноги начинали подкашиваться от испытываемого мной животного страха. Вот так. Никогда не считала себя трусихой. Но жизнь все расставила по своим местам. И оказалось, что я совсем не герой, а обыкновенная мокрая курица…
Голова Райдена в шлеме наклонилась вперед. Будто командор хотел посмотреть, что там, у него под ногами. На самом деле, как я понимаю, старпом избегал наших взглядов.
— Не хватит. Но наш путь все равно будет пролегать через сердце станции. Так что…
— Вы хотите запустить реактор? — тихо-тихо, на грани слышимости прошептала Альдана. И я не смогла распознать, какие эмоции она вкладывает в эти слова.
— Не хочу, — тяжело вздохнул в ответ мужчина, не глядя на нас. — У нас просто выбора нет. И мне начинает казаться, что эти твари не так уж безмозглы, как могло бы показаться на первый взгляд, — со злостью добавил он. — Что они именно этого и добиваются. Если у нас будет возможность, если нам ее дадут, нужно будет хотя бы попробовать найти дневники ученых и бортовой журнал. Последний могли здесь и не вести. Но я не верю, что начальник станции, кто бы здесь не исполнял эту роль, не додумался оставить подсказки для тех, кто придет. Так что… — Райден поднял голову и остро посмотрел по очереди на каждую из нас. — Исследования пока придется отложить.
— А сбор материала? — мгновенно уточнила Альдана. Я позавидовала ее способности мгновенно собраться и быть готовой к работе. У меня так не получалось. Может быть, пока.
— Только то, что можно сделать на ходу! — жестко отрезал Райден. — Остановки запрещаю!
Райден обошел всех. Говорил не только с нами. Наверное, подбадривал кого нужно. А может, кого-то и успокаивал. Со всеми он разговаривал на приватных частотах, так что догадаться, что и кому командор говорил, было совершенно невозможно. Зато, когда он завершил обход и на общем канале скомандовал собраться в строй и выдвигаться, все без возражений собрались цепочкой по центру коридора и потопали в нужном направлении.
Это было жуткое шествие. Наши ряды сильно поредели. Альдана лишилась своего охранника-фарна. И я не нашла фигуры Больдена. Его заменил Кью. Так что сейчас мы с Альданой шли рядышком. А впереди и позади топали другие десантники. Я без особой охоты, но воспользовалась подсказкой наставницы и приняла успокоительное. Лекарство заглушило самые сильные страхи. Но и притупило ощущения. Я шла механически, как робот. Стараясь не думать, что ждет нас впереди. И концентрируясь на шкале, отображающей звуки. Надеюсь, если твари решат снова нас атаковать, я успею предупредить группу, не допущу других смертей.
— Согласно внутреннему счетчику, — зазвучал в наушниках уверенный и сухой голос Райдена, — резерва скафандров остается примерно на два часа работы. А на дорогу нам требуется примерно час. Как вы понимаете, времени на запуск реактора для подзарядки остается впритык. Рекомендую поступить таком образом: я, наши дамы и десант наблюдаем за обстановкой и безопасностью. Мы обязаны не пропустить очередное появление тварей. Техники и программисты… выжившие… думайте, как нам побыстрее получить энергию. Тип реактора можно узнать в спецификации станции.
Возражать никто и не подумал. И никто не сбился с шага. Как я понимаю, группа, получив конкретную задачу, собралась и мобилизовалась для ее выполнения. Я же… На душе было так гадко, так сумрачно, что я с трудом заставляла себя следить за шкалой шумового уровня.
— Жалеешь уже, что оказалась здесь? — негромко поинтересовалась у меня через какое-то время Альдана.
Я не смогла сказать «да», не смогла признаться в том, что струсила. Открыла рот, чтобы произнести «нет», но поняла, что не сумею соврать убедительно. В итоге уныло выдохнула:
— Не знаю… — Альдана на ходу повернула в мою сторону голову, и я физически ощутила ее пронзительный, пронизывающий до костей взгляд. Но наставница промолчала. И я рискнула признаться: — Я очень хочу работать в Арганадале. Не на время, не по обмену, а всю свою жизнь. А для этого нужны особые заслуги. Вот я и решила… Выбрала самый сложный вариант из всех заявок на практику в надежде, что удастся заработать дополнительные баллы и получить приглашение в правительственные лаборатории…
— Дурочка… — сухо выдохнула в ответ килла.
И я печально согласилась:
— Наверное… Но я не могу физически положиться на авось. У меня в крови это — я сделаю все, чтобы приблизить свою мечту. И даже больше.
— В принципе, — после непродолжительного молчания поделилась размышлениями Альдана, — если ты выживешь в этом аду, для тебя любые двери будут открыты. Но сначала нужно выжить.
— Ты так говоришь, будто уверена в том, что никто из нас не сумеет выбраться с «Медеи», — нервно хохотнула я в ответ. За что и удостоилась нового острого взгляда киллы.
— Я — реалист, — сухо отозвалась наставница. — И немного фаталист. Предпочитаю смотреть реальности в глаза: если ты еще не поняла, то скажу я. Должно случиться настоящее чудо, чтобы все живые на этот момент выбрались наружу в полном составе. А я в чудеса уже давно не верю. Так что… Рекомендую сделать необходимые распоряжения и отослать их на крейсер. И все свои наблюдения тоже отсылать туда. Ничего не оставляй в единичном экземпляре только на своем комме или планшетнике. Есть много шансов на то, что информация исчезнет вместе с тобой.
Альдану сложно было упрекнуть в преднамеренной и неоправданной жестокости. Я и сама понимала, что опасность очень высока. Но все равно задохнулась от услышанного. От старшей подруги хотелось услышать, что мы со всем справимся, что у нас все будет хорошо. А не жизненные, но жутковатые советы, от которых все волоски на теле становились дыбом. Неудивительно, что после такого разговор оборвался, и дальше мы топали молча.
Коридоры постепенно менялись, приобретая чуть более жилой вид. Через некоторое время я заметила, что нас уже окружает не сплошной металл, а какое-то подобие отделки под камень — серый булыжник под ногами и кирпич на стенах по бокам. Кажется, у кого-то из создателей «Медеи» было своеобразное чувство юмора. Периодически начали встречаться ведущие в какие-то помещения двери: некоторые абсолютно похожие на те, что обычно ставили в жилых домах и учреждениях, некоторые напоминали то ли грузовые ворота, то ли дверь подсобные помещения. Возле одной, похожей на полуоткрытые горизонтальные жалюзи из серого металла мы и остановились.
— Так, если схема не лжет, за этой дверь находится комната дежурного техника, — озабоченно сообщил всем старпом. — Попробуем вскрыть и посмотреть, что там. Запустить реактор отсюда не выйдет, но вот понять, что же произошло, почему станция оказалась полностью обесточенной, вполне реально.
Повинуясь жесту Райдена, кто-то из техников опустился на пол перед дверью и начал ее изучать.
Долго ковыряться не пришлось. Я мало что поняла из переговоров техника, занимавшегося дверью, Райдена и спецов, оставшихся на крейсере, но вроде бы на двери стоял самый простой электронный запор, и он отрубился, когда станцию обесточили. Техник предположил, что либо в помещении не хранилось ничего ценного, либо упор был на то, что чужих на «Медее» не было. А ученым было по фигу, что прячут у себя технари. Лишь бы их собственная аппаратура работала без нареканий.
Отчасти простота запора стала понятной, когда мы смогли по очереди заглянуть в небольшое помещение, открывшееся нашим глазам. Там точно не было ничего важного: три стены занимали стеллажи от пола и до потолка. На полках валялась всякая всячина: мотки и бухты кабелей, какие-то неизвестные мне запчасти разных размеров, какие-то инструменты, среди которых я с уверенностью могла опознать лишь отвертку, сиротливо валявшуюся на полу посреди помещения. Но даже я, совершенно не разбиравшаяся во всем этом, могла с уверенностью утверждать, что здесь находится только хлам.