Я сделала ошибку

Потом идем в кафе пить горячий шоколад. Со стороны мы, вероятно, выглядим как обычная супружеская пара средних лет. Только я знаю правду. И это просто убивает меня.
От стресса – и тепла в помещении после холодного воздуха снаружи – мне становится жарко. Я снимаю джемпер, обнажая кровоподтек на руке, в том месте, где Мэтью схватил меня в отеле, чтобы удержать.
– Ничего себе синячище! – удивляется Стюарт.
  
– Ударилась, когда вылезала из такси, – беспечно отвечаю я. – Ты же меня знаешь. Достаточно только слегка задеть за что-то, и кожа становится черно-синяя.
Мне нужно быстро сменить тему.
– Как продвигаются твои исследования?
– Хорошо, спасибо.
– Та твоя коллега помогла? – осторожно спрашиваю я.
Я не хочу показаться подозрительной, но начинаю чувствовать себя неловко из-за огромного количества времени, которое Стюарт проводит вне дома – теперь даже больше, чем обычно. Правда, люди, которые сами неверны, всегда с подозрением относятся к своим партнерам. По крайней мере, я читала об этом.
– Да, – кивает он. – Помогла, я ей очень благодарен.
Затем муж замолкает. Я хочу спросить еще, но боюсь раскачивать лодку. В ответ он может задать мне свои каверзные вопросы. И я могу непроизвольно выложить ему все. Чтобы отвлечься, я помешиваю пенку в горячем шоколаде, а затем облизываю чайную ложку, как ребенок – именно за это я обычно отчитываю девочек.
– Кстати, – произносит Стюарт, внимательно наблюдая за мной, – сегодня у меня зарегистрировался новый пациент. Он не из нашего района, но ему нужно было срочно, а у его дантиста из государственной клиники очередь на неделю вперед. Поэтому он заплатил, чтобы прийти ко мне на прием в частном порядке.
Я киваю, стараясь выглядеть заинтересованной. Уже не в первый раз у Стюарта пациенты с подобной историей. Найти хорошего стоматолога в наши дни нелегко.
– Очевидно, кто-то ему меня порекомендовал. – Муж выглядит вполне довольным собой. – Интересный человек, на самом деле. Он актер. – Стюарт понижает голос. – Я сказал ему, что моя жена тоже когда-то хотела стать актрисой, а теперь руководит агентством по подбору массовки.
Я вздрагиваю, жалея, что он это сделал. Несмотря на то что моя нынешняя работа вполне успешна, былая неудача все еще мучает меня.
– Кажется, он очень заинтересовался, – продолжает Стюарт, делая глоток горячего шоколада, а затем вытирая рот бумажной салфеткой с узором из зеленых листьев. – Обычно я не разглашаю имен пациентов из-за врачебной тайны, но он специально попросил меня рассказать тебе о нем. Пояснил, что всегда стремится поддерживать контакт с другими «слугами Мельпомены», как он выразился. В общем, его зовут Мэтью Гордон. Ты его знаешь?
  
Глава 18
 
Бетти
 
К Рождеству Джейн так и не стало лучше. Ни Гэри, ни я не могли убедить ее выйти из дома даже на небольшую прогулку по саду.
– Опасно, – бормотала она, оглядываясь через плечо, будто кто-то следил за нами.
– Что ты имеешь в виду, дорогая? – спросил Гэри. – С тобой ничего не случится.
Но Джейн продолжала повторять эти слова снова и снова:
– Опасно. Опасно.
Доктор договорился с психологом-консультантом, чтобы та ее посетила, но Джейн впала в истерику.
– Уходите! – закричала она, выталкивая бедную женщину из комнаты.
Я сказала Гэри, что займу Элис в кухне ее набором для выпечки из красивых пластиковых формочек в виде сердец, подаренным ей бабушкой и дедушкой, но девочка услышала шум и выбежала.
– Почему мама такая злая?
– На самом деле она не злая, – осторожно произнесла я, кидая на Гэри взгляд: «А что мне еще сказать?» – Просто сейчас не очень хорошо себя чувствует.
Дама-психолог заметила, что «удручена» тем, что состояние Джейн не улучшается так долго. Это «не соответствует картине» прошлого приступа послеродовой депрессии. В результате подруге прописали еще больше таблеток.
– Я пойму, если ты перестанешь приходить, – сказал мне Гэри. – Ты, вероятно, сыта нами по горло.
– Нет! – возразила я. – Я люблю здесь бывать.
Он странно посмотрел на меня.
– Любишь?
– Я имею в виду, что мне нравится присматривать за Джейн и детьми. И у Стюарта есть компания. Уверена, что Джейн сделала бы то же самое для меня, окажись я на ее месте.
Гэри мягко тронул меня за плечо. Это длилось всего секунду, но моя кожа, казалось, вспыхнула от его прикосновения.
– Ты хорошая подруга. Не знаю, что бы мы делали без тебя. Но твой муж… Наверняка он уже задает вопросы?
Я рассмеялась:
– Нет. Ни о чем он не спрашивает. Джок полностью поглощен «прокладыванием себе пути наверх». Это все, ради чего он всегда жил и о чем мечтал. Его совершенно не волнует моя жизнь.
– Тогда этот мужчина – глупец, – тихо заметил Гэри.
Я почувствовала, что краснею под его взглядом.
– Итак, – произнесла я, – что приготовить тебе на ужин, прежде чем я уйду?
– В этом нет необходимости. Честное слово.
– Да мне только в удовольствие!
Вообще-то у меня было не так много времени до возвращения Джока домой, но я хотела сделать все, что в моих силах, для этого несчастного человека, чья жизнь перевернулась с ног на голову. Хлопоты в кухне другой женщины также давали мне возможность успокоиться перед выходом на улицу.
В отличие от Джока, который никогда не интересовался, чем я занимаюсь днем, мама начала задавать вопросы.
– Тебя постоянно нет дома, когда я звоню, – сказала она. – Где ты ходишь?
– Мы со Стюартом гуляем, – осторожно ответила я.
– В такую-то погоду?
– На улице теплее, чем у нас дома, – усмехнулась я.
Это не было преувеличением. Наш котел работал из последних сил, а Джок повторял, что мы не можем позволить себе новый. («Не сейчас, когда у нас единственная зарплата на семью».) Дом Джейн был прекрасным и теплым по сравнению с нашей квартирой. Там имелось настоящее центральное отопление!
Постепенно я начала рисковать, задерживаясь у них все дольше, чтобы побольше времени побыть с Гэри, когда он возвращался с работы. Я жила ради этих моментов, когда слышала, как его ключ поворачивается в замке! По мере того как час его возвращения приближался, мое сердце билось все сильнее.
– Как дела у девочек? – всегда интересовался он, входя в дом. Ему не было смысла осведомляться о Джейн, поскольку он знал, что я немедленно сообщу ему, если что-нибудь изменится. Потом я спрашивала Гэри, как дела на работе. Я не могла отделаться от мысли, что это именно те разговоры, которые обычно ведут счастливые супружеские пары.
Я смотрела на себя в зеркало и видела там теперь другую женщину. Более вдохновленную жизнью. Женщину с определенным сиянием.
Джок тоже это заметил.
– В тебе что-то изменилось, – сказал он.
– У меня новый крем для лица.
– Ну, я надеюсь, он не слишком дорого обошелся. Мы должны беречь каждый пенни, ты же знаешь.
Но к тому времени, когда Стюарту и Вайолет исполнилось по году, я уже не могла скрывать своих чувств. Я начала всячески «прихорашиваться» к возвращению Гэри с работы, словно готовилась к свиданию. Тщательно укладывала волосы и красила губы помадой. Иногда добавляла к своему образу несколько капель духов с туалетного столика Джейн. Уверена, что она не стала бы возражать, повторяла я себе, вдыхая их аромат. «Не стесняйся – бери еще! – почти слышала я ее голос. – Ты достойна этого после всего, что для нас делаешь, и я знаю, что у тебя нет таких дома».
Иногда я вообще представляла, что я – Джейн. Я уже сознательно переняла некоторые из ее жестов и привычек, старалась говорить, не проглатывая гласные, и правильно держала столовые приборы, когда бывала у них дома. Я использовала слово «уборная» вместо «туалет», как и моя подруга. Даже начала красить волосы в тот же оттенок светлого, как у нее, каким-то дешевым средством из универмага «Вулвортс». (По иронии судьбы, Джок это одобрил, сказав, что цвет мне «идет».) Я продолжала воображать, будто Гэри – мой настоящий муж. Представляла, как он целует меня в щеку. Мы обедаем, сидя рядом и держась за руки, а потом…