Честное предупреждение

— Через сайт они вычислили партнера Хэммонда, — сказала Рейчел. — По крайней мере, они так думают.
Я наклонился над столом. Становилось интересно.
— Кто он?
— Его зовут Роджер Фогель, — сказала Рейчел. — Улавливаете? Роджер Фогель становится «RogueVogue» в цифровой вселенной.
— Понял, — кивнул я. — Как они его нашли?
— Думаю, его отпечатки — цифровые, конечно — разбросаны по всему сайту, — объяснила она. — Привлекли команду криптографов, и, похоже, это было не так уж сложно. Я не знаю всех подробностей, но они смогли отследить его до стационарного IP-адреса. Это была его ошибка. Он проводил какое-то техобслуживание сайта с незащищенного компьютера. Поленился, и теперь они знают, кто он.
  
— Так где он находится? — спросил я. — Где адрес?
— «Сидарс-Синай», — ответила Рейчел. — Похоже, парень работает в администрации. Именно там находится компьютер, который он использовал.
Сначала я почувствовал укол возбуждения от перспективы встретиться с Фогелем до того, как его сцапает ФБР. Но тут меня накрыла реальность: Медицинский центр «Сидарс-Синай» — это огромный охраняемый комплекс, занимающий пять целых кварталов в Беверли-Хиллз. Подобраться к нему может не получится.
— Они его уже берут? — спросил я.
— Пока нет, — сказала Рейчел. — Они думают, что если он останется на свободе, это может сыграть им на руку.
— Как приманка для Сорокопута, — догадалась Эмили.
— Именно, — подтвердила Рейчел. — Ясно, что он хотел убрать Фогеля и ошибся с тем парнем в Нортридже. Так что он может попытаться снова.
— Так, — я начал рассуждать вслух. — Если Бюро следит за этим парнем, ничто не мешает нам пойти туда и поговорить с ним. Они отследили его до дома или других мест?
— Нет, — сказала Рейчел. — Благодаря тому, что ты предупредил Фогеля о Сорокопуте, он принимает все меры предосторожности. Они установили за ним негласное наблюдение, но потеряли его после того, как он ушел с работы.
— Это плохо, — заметила Эмили.
— Но вот в чем дело, — продолжила Рейчел. — Он курильщик. Он осторожен, но ему все равно приходится выходить на улицу, чтобы покурить. Я видела снимки с камер наблюдения: он сидит на скамейке для курения возле здания. На заднем плане была табличка с названием улицы. Джордж-Бернс-роуд. Эта дорога проходит прямо через середину комплекса.
Я посмотрел через стол на Эмили. Мы оба точно знали, что будем делать.
— Завтра мы будем там, — сказал я. — Мы перехватим его, когда он выйдет покурить.
Эмили повернулась к Рейчел.
— Ты узнаешь этого парня по фото с наблюдения? — спросила она. — Если увидишь его на скамейке?
— Думаю, да, — ответила Рейчел.
— Отлично, — сказал я. — Тогда нам нужно, чтобы ты тоже была там.
— Если я это сделаю, я сожгу мосты с Бюро, — предупредила Рейчел. — Я стану как вы двое — буду стоять снаружи и заглядывать в окна.
— Ладно, придумаем план, как это обойти, — сказал я.
Я схватил свой бокал и допил до дна. У нас наметился план действий, и я был готов к бою.
  
Глава 39.
 
Медицинский центр «Седарс-Синай» представлял собой нагромождение высоток из стекла и бетона вперемешку с многоуровневыми паркингами. Этот комплекс занимал участок площадью в пять городских кварталов, но все же был разделен сеткой улиц, проходящих сквозь него. Утром в редакции мы использовали режим просмотра улиц на картах Google, чтобы найти ту самую скамейку для курения, которую Рейчел заметила на фото наружного наблюдения ФБР. Она находилась на углу Олден-драйв и Джордж-Бернс-роуд — перекрестке, расположенном практически в геометрическом центре медицинского городка. Судя по всему, место было выбрано так, чтобы обслуживать пациентов, посетителей и сотрудников из всех корпусов сразу. Две скамейки стояли друг напротив друга через фонтан, на полоске озеленения, тянущейся вдоль восьмиэтажного гаража. У торцов каждой скамьи стояли урны-пепельницы. Мы утвердили план и выехали из офиса в восемь утра, надеясь занять позиции до того, как Роджер Фогель выйдет на свой первый перекур.
Мы наблюдали за «курилкой» с двух точек. Эмили и я находились в приемном покое скорой помощи, откуда через окна открывался отличный вид на скамейки с уровня земли, но не было видно Административного корпуса. Рейчел заняла позицию на третьем уровне парковки: оттуда у нее был господствующий обзор и на скамейки, и на вход в администрацию. Она должна была предупредить нас, когда Фогель выйдет из здания и направится курить. Кроме того, ее позиция оставалась вне поля зрения федералов. Используя ракурсы, которые она запомнила по вчерашним снимкам, Рейчел вычислила наблюдательный пункт ФБР в офисном здании напротив администрации.
Эмили Этуотер числилась в рядах «почти бросивших»: она сократила потребление с пачки в день до пачки в неделю, позволяя себе эту слабость в основном в нерабочее время. Я помнил урну у выхода со второго этажа ее дома, вечно забитую окурками.
Через равные промежутки времени она выходила на улицу выкурить сигарету, надеясь оказаться на месте в тот момент, когда Фогель решит подымить. Я не курил с тех пор, как переехал в Калифорнию, но тоже положил в нагрудный карман бутафорскую пачку, намереваясь подойти к скамейкам, как только появится наша цель.
Утро тянулось медленно, Фогеля не было видно. Зато скамейки пользовались популярностью у других сотрудников, посетителей и пациентов — одна больная даже выкатила туда свою капельницу на колесиках, чтобы затянуться. Я поддерживал непрерывную переписку с Рейчел, подключая к чату Эмили, когда та дежурила на скамейке. Именно там она и находилась в 10:45, когда я отправил сообщение с предположением, что мы зря теряем время. Я написал, что Фогель, вероятно, перепугался после нашего вчерашнего разговора и сбежал из города.
Отправив сообщение, я отвлекся на мужчину, который ворвался в приемный покой с окровавленным лицом и требовал немедленной помощи. Он швырнул на пол планшет с анкетой, который ему дали, и заорал, что у него нет страховки, но помощь нужна срочно. Охранник уже двинулся к нему, когда я услышал сигнал телефона и достал его из кармана.
Сообщение было от Рейчел.
«Он только что вышел из администрации, сигареты в руке».
Текст ушел и мне, и Эмили. Я глянул через окно и увидел, что она сидит на скамейке, глядя в телефон. Сигнал получен. Я направился к автоматическим дверям и вышел к месту курилки.
Приближаясь, я увидел мужчину, стоящего у скамеек. На одной сидела и курила Эмили, на другой — посторонняя женщина. Фогель (если это был он), видимо, стеснялся подсесть к дамам. Это создавало проблему. Я не хотел, чтобы он стоял, когда мы представимся журналистами — так ему будет проще уйти. Я видел, как он прикурил от зажигалки с откидной крышкой, и потянулся за своей пачкой-обманкой. Эмили делала вид, что читает смс, но я знал: она включает диктофон.
Как только я подошел, посторонняя женщина затушила сигарету и ушла обратно в сторону приемного покоя. Фогель тут же занял освободившееся место. План срабатывал.
Насколько я мог судить, Фогель даже не взглянул на Эмили. Подойдя к месту, я сунул сигарету в рот и похлопал по карману рубашки, словно ища спички. Не найдя их, я посмотрел на Фогеля.
— Огонька не найдется? — спросил я.
Он поднял глаза, и я жестом указал на незажженную сигарету. Не говоря ни слова, он полез в карман и протянул мне зажигалку. Пока он передавал мне огонь, я вглядывался в его лицо и заметил промелькнувшее узнавание.
— Спасибо, — быстро сказал я. — Вы ведь Фогель, верно?
  
Фогель огляделся по сторонам, затем снова посмотрел на меня.
— Да, — ответил он. — А вы из администрации?
Личность подтверждена. Мы нашли нужного человека. Я бросил быстрый взгляд на Эмили: ее телефон лежал на скамейке, микрофоном в сторону Фогеля. Запись шла.
— Нет, погодите-ка, — произнес Фогель. — Вы... вы тот репортер.
Теперь удивился я. Откуда он знает?