Отель "У ведьмы", или ведьмы замуж не выходят! (СИ)

— Ох уж эта молодежь, — оптимистично вклинился в повисшую паузу Розенфельд. Он явно не привык отмалчиваться. — Думает, что знает лучше нас, взрослых, опытных людей. А между тем, чем старше, тем быстрее работает интуиция. Вот, например, однажды пришел ко мне клиент со странной просьбой отыскать ему редкий экземпляр искусства…
Я закатила глаза. Сложно было найти менее удачное время для очередной бизнес-истории, выставляющей Розенфельда в выгодном свете. Пожалуй, он не просто сноб. Он полный самолюбования сноб. Ужасное сочетание.
  
— А чем ты думаешь зарабатывать на жизнь? — перестав всхлипывать, в лоб спросила маменька Бель. Розенфельда она успешно игнорировала, как раздражающего комара, вьющегося у носа. — На что жить? Ты же ничего не умеешь! Или ты думаешь, мы с отцом примем тебя после такого позора?
Бель вся словно заледенела. Похоже, удар маменьки пришелся точно в цель.
— Я… Я умею шить.
— Боги, до чего же смешно!
Бель опустила взгляд и ничего не ответила. Ее лицо побелело, на нем промелькнули тени. Кажется, девушка плохо продумала те шаги, которые предпримет после обретения свободы.
Краем глаза я отметила, что Теодор помрачнел и сжал в руках десертный нож. Фандор не оставил без внимания этот жест и воодушевился, но зря. Злейшему врагу явно было не до выяснений отношений. Он думал о чем-то другом.
— Ладно, — я поторопилась вмешаться, пока маменька Бель не нокаутировала дочь окончательно. — Кто будет десерт? Тори у нас же есть десерт?
— Конечно! — та подхватилась со стула. — Сейчас принесу.
Разговор плавно свернул на погоду и прочую ничего не значащую болтовню. Я выдохнула с облегчением, но ненадолго.
Уже после ужина, когда сытые и немного сонные постояльцы стали покидать столовую, ко мне подсел Розенфельд.
— Госпожа Офа, — понизив голос, сказал он, — в ближайшее время меня навестят старые знакомые. В вашем отеле есть свободные комнаты?
Глядя в хитрые глаза ценителя антиквариата, мне больше всего хотелось солгать. Но я знала, что магия отеля обяжет меня принять постояльцев, если те в состоянии оплатить комнату.
— Есть, — мрачно ответила я. — У вас намечается сделка?
Все-таки Тори была права. Совсем скоро я стану свидетельницей темных делишек, которые провернут под моей крышей.
— О, нет. Просто деловая встреча, — быстро откликнулся Розенфельд и облизнул пухлые губы. — Пустяки. Я лишь хотел убедиться, что у вас есть место для новых клиентов.
Я кивнула, и Розенфельд, улыбнувшись, как сытый кот, отошел от меня. Он вскоре исчез в дверном проеме, а я досадливо поморщилась.
Ну и как мне решить эту проблему? Тем более что времени осталось совсем немного!
  
ГЛАВА 13
 
«Так ты мне расскажешь о фамильярах?»
Я со вздохом отложила в сторону наугад выбранную с полки книгу. Ветхие страницы пестрели рисунками трав. Наверняка в потрепанном томе были описаны какие-то рецепты, но вместо привычных букв на меня глядела вязь непонятных символов.
— Я и сама мало о них знаю, — неохотно призналась я. Наверное, можно было отвечать мысленно, но мне так было привычнее. — Мне сказали, фамильяр должен подстраховывать ведьму.
«Пф-ф-ф! Ни разу не романтично. Лучше бы солгала, что фамильяр — твоя вторая половинка, потерянная как индийский близнец. А ты, получается, ведьма?»
— Да, но только чисто технически. Я приняла в подарок вещь, которую даже в руки брать не стоило. В общем…
«Понятно-понятно, можешь не продолжать, — в голосе Антика послышалась деловые нотки. — Значит, ты угодила в этот переплет по глупости».
Меня немного укололо снисхождение в его тоне, и я, не удержавшись, заметила:
— Ты теперь тоже в этом переплете.
Антик покружил у подушки, а затем, к моему удивлению, бухнулся на нее спиной и как следует примял, будто пытаясь сделать норку.
«Ну, к слову, для меня это скорее счастливая случайность, чем какая-то проблема. Меня задрало жить в клетке: скучно, скучно и еще раз скучно! А тут столько простора… Если, чтобы остаться, мне нужно притвориться твоим фамильяром (как ты притворилась ведьмой) — нет проблем! Я сыграю так, что мне будут аплодировать».
Я фыркнула. Самоуверенный еж! Но, признаться, мне понравился его подход.
— Что, на прошлом месте было настолько плохо?
Антик снова поерзал вверх-вниз.
«Извини, иголки чешутся. Ну, хозяева мне попались не самые худшие, но… Эта их кошка! Что за странное существо? Она же играла со мной, как с клубком! Это, знаешь ли, унижает».
— Понимаю.
Я и правда легко представила, как огромный котяра гоняет бедного маленького ежика. Сердце жалостливо сжалось, но ненадолго.
«Я, конечно, себя в обиду не давал. То нос ей расцарапаю, то за лапу укушу… А еще, бывало, корм ее перетаскаю. Гадость гадостью, есть невозможно! Но на что только не пойдешь, чтобы деморализовать врага».
С каждым его словом мое лицо вытягивалось все сильнее, а под конец этой тирады картина с бедным-несчастным ежиком развеялась, как утренний туман. И почему-то я искренне посочувствовала кошке. Сдается мне, она была бы и рада прекратить войну, но в подписании мирного договора должны участвовать обе стороны.
«Собственно, еще немного, и она бы сдалась! В конце концов, что может полугодовой котенок против взрослого, опытного ежа?»
Я поперхнулась воздухом. Так он воевал с котенком?
«Он первый начал!»
Я закатила глаза, но продолжать спор не стала. Я уже успела составить мнение об Антике. Мне, определенно, достался необычный фамильяр, в котором природная наблюдательность соседствовала с каким-то детским упрямством. Что ж, надеюсь мы сработаемся.
«Сработаемся, не волнуйся. Я заинтересован в том, чтобы здесь остаться. Я о такой свободе всю жизнь мечтал. Можешь на меня положиться».
Поддавшись порыву, я пожала лапку Антика. Пальцы чуть дрогнули, по телу пробежал легкий озноб, но тут же все исчезло. Я на мгновение замерла, а затем потрясла головой. Думать сил уже не осталось. День выдался напряженным, и мне дико хотелось спать.
«Я тоже не откажусь!»
Я окинула комнату внимательным взглядом и почти сразу нашла то, что нужно — кресло. Подхватив подушку с Антиком, я осторожно опустила ее в кресло. Я вовсе не собиралась делить постель с ежом! Это вам не кошка. Наткнешься случайно на его иголки ночью… Бр-р-р!
Впрочем, возражений со стороны Антика не последовало. Я зашторила окно, взяла из шкафа еще одну подушку, задула свечи и буквально упала на постель. Даже раздеваться не стала. Спустя всего пару секунд меня сморил сон.
Я еще не знала, что мой день начнется задолго до рассвета.
***
«Значит, ты уверена, что тебе нужен именно этот ободранный стебелек?»
Я с сомнением покрутила травинку в пальцах, зачем-то растерла и поднесла к носу, а затем, повинуясь голосу интуиции, потянулась за еще несколькими такими же. Я сорвала их осторожно, не задевая корней. Вообще-то, неплохо было бы захватить для этой цели нож и корзинку, но, когда тебя среди ночи тянет в сад с непреодолимой силой, последнее, о чем думаешь — о возможном реквизите для прогулки под луной.
Серебряное мерцание звезд на бархатном небосклоне служило единственным освещением, но я почти не полагалась на зрение.
— Да, именно так, — с легким нетерпением, смешанным с раздражением, ответила я. — А ты думал, мы гербарий будем собирать?
«Я надеялся на букет, — с тщательно завуалированной иронией ответил Антик. — Впрочем, когда ты среди ночи продефилировала передо мной надменным привидением (не покупай больше белых ночных рубашек!), я решил, что ты собралась к любовнику. Это было бы гораздо логичнее, чем твои копошения в траве. До утра это не могло подождать?»
  
— Не пойму, почему ты жалуешься? — пробормотала я, поднося к лицу новый стебель. Ноздрей коснулся легкий аромат мяты, и я отбросила находку прочь. Не то. — Ты все равно не спал.