Служба по расчету (СИ)
Покинув часовню, я спустился и решил обойти Конь-камень с другой стороны. И резко остановился, увидев то, что кто-то пытался скрыть.
— Что за черт…
Под наспех сваленным лапником зияла здоровенная дыра — кто-то сколол большой кусок камня. Земля вокруг была утоптана, и где-то даже виднелись следы недавнего человеческого вмешательства. Пострадавший бок камня был сильно исцарапан, словно его скребли чем-то металлическим…
— Оксана, подойди сюда, пожалуйста, — позвал я. — Нужно сделать фотографии.
— Чего у вас там? — спросил Василий.
— Вы тоже, подойдите, если не затруднит. Вам стоит на это взглянуть.
Журналистка бодро подобралась ко мне и охнула, увидев раненую святыню.
— Ничего себе… Кто же его так…
Василий тоже подошел и, увидев картину, пробубнил под нос ругательство. Я поднял глаза на солдата.
— Этот камень вообще-то состоит в списке культурного наследия империи и охраняется государством. Без претензий лично к вам, Василий, но… Какого хрена?
Солдат скривился, словно его ударили, и я заметил, что его руки сжалась в кулаки.
— Вот же черти…
— Оксан, отсними здесь все в деталях, пожалуйста, а мы пока поговорим с Василием. Идем, рядовой.
Солдат достал из кармана пачку сигарет и закурил. Молча сделав несколько глубоких затяжек, он спохватился и предложил мне сигарету.
— Благодарю, но не курю.
— Вы доложите, да? — скорее печально, обреченно, спросил он.
— Боюсь, придется, — отозвался я. — Но не туда, куда вы думаете.
Парень выпустил тонкую струйку дыма в сторону моря — тактично старался на меня не пыхтеть.
— Так и знал, что они доиграются…
— Выходит, вы все-таки в курсе. Расскажете? А то до нас доходили слухи, что кто-то инкогнито посещал остров. Мы еще удивлялись, что здесь могло понадобиться другим людям.
Василий уставился на меня.
— Тебе-то, студент, какое до всего этого дело?
— Такое, что я не студент. Алексей Иоаннович Николаев, Светлейший князь Балтийский к вашим услугам.
Поскольку перстня у меня пока что не было, пришлось продемонстрировать свою принадлежность к магической аристократии маленьким «Люменом», вспыхнувшим у меня на ладони.
Василий выронил сигарету, перекрестился, а затем выпрямился.
— Прошу прощения за фамильярность!
— Вольно, боец. Ты нам очень здорово помогаешь. И кабы не ты, мы бы не нашли одну очень важную улику… Окурок только подбери, нехорошо мусорить. Давай поговорим честно.
Василий подхватил наполовину невыкуренную сигарету — та шлепнулась в мокрые черничные кусты, и я поджег его вызванным огоньком.
— Так вы здесь…
— Ты знаешь, кто я?
— Ч-читал… В газете писали… Вроде у вас какой-то сильнейший дар. Простите, пожалуйста, что я с вами так… Еще и денег с вас взял…
Он потянулся к карману, достал ассигнации и протянул мне.
— Да расслабься ты, возьми себе, — я отвел его руку от себя. — Считай, компенсация за неудобства и потраченное время. Я здесь по закрытому заданию. Подробностей, уж извини, поведать не могу. Думаю, тебе, Василий, и так известно, что на этом острове иногда происходят странные природные явления. Я прав?
Солдат молча кивнул.
— Да, ваше сиятельство…
— Светлость.
— Виноват! Да, ваша светлость. Мы потому по острову и не расхаживаем особо — все уже просекли, что это опасно. У нас особые инструкции — в патруль выходить ненадолго, часто сменяемся. Больше одной недели на смене не бываем…
— Значит, вас сюда сменами направляют?
— Так точно, ваша светлость! Я тут неделю через неделю. В остальное время в Кексгольме в гарнизоне…
Интересно. Значит, все же кое-что поняли и озаботились техникой безопасности. Ну хоть какой-никакой. Лучше, чем ее полное отсутствие.
— Остальные — так же? — спросил я. — Тоже сменами?
— Ну да… То есть так точно. Меня иногда реже отправляют, но есть те, кто сюда строго по графику прибывает…
— И, полагаю, камень сломали в смену того, кто здесь давно и часто, так? — улыбнулся я.
Василий задумчиво нахмурился, словно высчитывал в голове даты.
— Да, ваша светлость. Я прибыл сюда в понедельник утром. Никаких гостей, кроме вас, при мне не было. Да и в прошлое свое дежурство никого не замечал. У нас же тут довольно пусто. Иногда вот приходят на катерах особо любопытные, но они часто даже не высаживаются. Так, покрутятся вокруг острова да пойдут дальше…
— Но ты сказал, что кто-то доиграется, — напомнил я. — Значит, подозреваешь, кто может тайно водить сюда гостей.
Василий затушил сигарету и спрятал окурок в почти пустую пачку.
— Есть у меня подозрения. Даже доказательства, если так можно сказать… У нас же там на восточной стороне острова большой пляж. Раньше, до Трагедии, там люди отдыхали да монахи рыбу ловили. А сейчас там кладбище кораблей. Стоят, ржавеют. Точнее, стояли.
— Пропадать начали? — догадался я.
— Ага… Походу наши на металлолом продают. Просто выбирают как-то странно. Были уж совсем ржавые и убитые суда, ну просто останки уже — их продали, исчезли они. А вот относительно новенький списанный катерок стоит себе уже год, и никто его не трогает…
Я слушал солдата, рассеянно кивая его рассказу.
Что ж, Алексиус, вот мы и нашли ниточку. И порода Конь-камня очень уж была похожа на тот гранит, из которого сделали вазу в подарок цесаревичу — ведь именно она вызвала новое Искажение.
Это было очередное покушение. И с этим я уже мог идти к Совету.
— Что ж, Василий, вы тут капитально влипли, — вздохнул я и внимательно уставился на солдата. — Но я смогу тебя отмазать, если поможешь мне собрать больше информации.
Парень нервно проглотил слюну.
— Что я должен делать?
— Отведи меня к старым кораблям. И мне нужны имена всех сторожей. У вас же остались записи о дежурствах?
Глава 7
— Конечно, все записи в журнале есть. Нас за несоблюдение еб… Наказывают сильно. — Василий поскреб пятерней затылок. — Но это на базе все, туда идти надо.
— Прекрасно. Где база?
— Да тут километр примерно, недалеко от монастыря… — Боец взглянул на часы. — Скоро и правда наши вернутся. Или вы с ними тоже поговорить хотите?
По-хорошему, следовало бы, но пока что мне будет достаточно информации от одного Василия. Главное парень уже рассказал и подтвердил мои догадки. Теперь нужно выяснить конкретные имена и работать с теми, кто замешан в этой истории со стороны охраны.
— Нет, пока не хочу, — покачал головой я. — Возможно, в другой раз. А вот списки мне очень нужны.
— Как скажете!
— Кстати, а с чего это твои сослуживцы пост покинули? Это ж самоволка, насколько я понимаю.
Василий махнул рукой в сторону большой земли.
— Да за жратвой поехали. Нам, конечно, паек выделают, но… Иногда ж и нормально поесть хочется. Чтоб не тушенка, а мясо, по-домашнему. При монастыре же кухня осталась, мы туда готовить ходим… Только вы, пожалуйста, не сдавайте их. Они нормальные мужики.
— Не собираюсь я никого сдавать, Вась, — улыбнулся я. — Разве ты еще не понял, что мы здесь совсем по другому поводу? Тем более желание вкусно поесть — священно. Но вы лучше поаккуратнее с самоволками.
— Так точно, ваше сия… то есть ваша светлость!
Я огляделся, прикидывая путь до монастыря. Минут пятнадцать по пересеченной местности, не больше. Но для скорости лучше разделиться.
— Василий, давай договоримся так: ты бежишь за списками, а мы с дамами пойдем сразу на корабельное кладбище. Как раз время сэкономим.
Рядовой нахмурился, снова уставился на меня, словно продолжал сомневаться в моих полномочиях. Или же просто переживал за нашу безопасность — сам-то парень явно не особо любил шастать по острову, и правильно.
Я тоже не мог доверять ему до конца. И мне очень не хотелось, чтобы парень напортачил. Например, решив кому-нибудь позвонить раньше времени…
— Хотя, знаешь, у меня есть идея получше. — Я обернулся в сторону камня. — Аграфена! Подойди сюда, пожалуйста.