Старшая ветвь (СИ)

Я с интересом наблюдал за этой борьбой. Разумеется, ворон справился, он вытащил червяка из земли, подкинул в воздух и с удовольствием проглотил. А затем многозначительно посмотрел на меня и каркнул.
— Это и есть ответ? — улыбнулся я. — Ты советуешь мне ухватить червяка за хвост и тянуть осторожно, пока я полностью не вытяну его из-за норки?
Провалиться мне на месте, но ворон кивнул.
  
— Что ж, спасибо за совет, — изумленно сказал я, — подумаю, как им воспользоваться.
Я задумчиво почесал бровь.
— Похоже, мне придется вернуться в Столицу, чтобы найти главного виновника. Ты пока присмотришь за лесом?
Ворон согласно каркнул и покосился в сторону дома.
— Ага, — понял я, — ты присмотришь за лесом вместе с предком рода Сосновских?
Ворон еще раз каркнул, и я улыбнулся. Мы с ним отлично понимали друг друга.
— Слушай, у меня к тебе личная просьба, — доверительно сказал я ворону. — Ты можешь показать Акинфию Петровичу могилу Ивана Сосновского? Он очень хотел ее повидать.
Вспомнив об Иване, я нащупал в кармане золотой амулет в виде корабельной сосны и только сейчас понял, что так и не отдал амулет ни Николаю Сосновскому, ни Петру Брусницыну.
Ворон остался на берегу озера. Его очень интересовали вкусные и питательные насекомые, которые в изобилии прыгали, ползали и стрекотали в прибрежной траве. А я вернулся в дом.
Акинфий Петрович и Библиус о чем-то оживленно спорили. Кажется, речь шла о смуте и о княжеском роде Гораздовых.
— Да Гораздовых еще тогда всех сослали на каторгу, — азартно утверждал Акинфий
Петрович. — Никого из них в столице не осталось.
— А вот и нет, — торжествующе ответил Библиус. — Спроси у Александра. Он недавно встретился с одним из потомков княжеского рода Гораздовых, и этот потомок творил совершенно невообразимые вещи.
— Расскажешь? — заинтересовался Акинфий Петрович.
— Конечно, — кивнул Библиус. — Александр, ты не против?
— Нисколько, — рассмеялся я, — рассказывай на здоровье. Библиус, мне нужно вернуться в столицу. Но я вижу, вы не будете скучать тут без меня.
— Не будем, — заверил меня Библиус. — У нас огромные планы, хотим прогуляться по лесу и вдоволь наговориться.
Кажется, хранитель Незримой библиотеки нашел себе с моей помощью еще одного друга. Что ж, это к лучшему, решил я.
Акинфий Петрович просительно посмотрел на меня.
— Ты возвращаешься в столицу, Тайновидец? — уточнил он.
— Да, — кивнул я, — нужно же отыскать того, кто уговорил управляющего поджечь Сосновский лес.
— Это хорошее дело, — кивнул Акинфий Петрович. — Можешь выполнить одну мою просьбу?
— Смотря какую, — улыбнулся я.
— Ты ведь будешь проходить мимо «Румяного поросенка»? Не сочти за труд, загляни туда и принеси мне свиную рульку с пивом.
— Хорошо, — рассмеялся я. — Принесу. Ладно, желаю вам хорошо посидеть и отдохнуть. Приглядывайте за лесом, а ворон вам поможет.
С этими словами я толкнул дверь и вошел в Незримую библиотеку.
И с удивлением увидел, что я здесь не один. В библиотеке был Акатош. Шаман растерянно оглядывался по сторонам. Видно, он искал Библиуса и никак не мог сообразить, куда делся хранитель библиотеки.
Увидев меня, Акатош радостно улыбнулся и заговорил очень оживленно и совершенно непонятно. При этом он размахивал обеими руками, пытаясь объяснить мне, чего он хочет.
— Ты ищешь Библиуса? — догадался я.
Услышав имя Библиуса, Акатош горячо закивал.
— Он вышел погулять, — объяснил я и показал на дверь.
Акатош снова что-то залопотал, размахивая руками.
— Тебе нужно срочно его увидеть? — понял я.
Акатош опять закивал.
— Что ж, в общем-то, я знаю, где он, — сказал я, — и могу тебя к нему провести.
Честно говоря, в этот момент меня охватило некоторое сомнение. Можно ли шамана из одного мира проводить в другой мир? Не воспротивится ли этому магия? Но потом я вспомнил, что сам-то очень легко ходил по разным мирам. А чем Акатош хуже меня?
Развеяв таким образом свои сомнения, я открыл дверь и сделал приглашающий жест рукой:
— Проходи.
Акатош боязливо выглянул из библиотеки.
— Александр, ты что-то забыл? — удивился Библиус.
— Нет, — ответил я, — просто привел вам еще одного собеседника. На троих кувшин вина пьется куда веселее.
Я немного запоздал с этим заявлением. На столе уже сидел ворон, а перед ним лежал особенно вкусный червяк. Видно, магическая птица тоже решила, что негоже ходить в гости с пустым клювом.
  
Глава 18
 
На этот раз я не стал задерживаться в Незримой библиотеке. Сразу толкнул дверь, оказался на крыльце своего особняка и радостно улыбнулся.
Как же приятно вернуться домой, даже после недолгой отлучки.
Наверное, в глубине души я домосед, просто никак не получается убедиться в этом на практике.
Мне было настолько хорошо, что я решил никуда не торопиться. Спустился с крыльца и неторопливо пошел по саду, наслаждаясь свежим вечерним воздухом парка.
Удивительное дело, все садовые растения как будто приветствовали меня едва заметными выплесками магии. Наверное, так проявлялась новая способность магии природы, которой я овладел совсем недавно.
Мимоходом я дотронулся до ствола старой вишни, и дерево тут же откликнулось пульсацией магии. Я почувствовал тепло. Старое дерево радовалось тому, что я вернулся.
— Я тоже рад тебя видеть, — сказал я.
А затем подошел к молодым корабельным соснам, которые совсем недавно посадил в моем саду лесничий Брусницын. Удивительно, но сосенки уже заметно подросли.
Осторожно дотрагиваясь до каждой из них, я мысленно передал им привет от Сосновского леса и почувствовал, что колючие пушистые ростки отвечают.
Внезапно окно на втором этаже распахнулось с громким треском. Пронзительный женский голос закричал:
— Игнат, иди скорее сюда! Его сиятельство вернулся.
Я с улыбкой посмотрел в окно.
— Добрый вечер, Прасковья Ивановна.
— Добрый вечер, ваше сиятельство, — закивала женщина. — Радость-то какая!
Через минуту в сад выбежал Игнат. Увидев меня, он изумленно всплеснул руками.
— Ваше сиятельство, да вы откуда же в таком виде? Куртка порвана, сами все в золе перемазались. Грабители на вас напали, что ли? Или вы в кораблекрушение угодили?
— Тушил небольшой лесной пожар, — объяснил я.
— Идемте скорее в дом, — захлопотал Игнат. — Что же это делается такое?
Мы вошли в прихожую. Я выложил из карманов складной нож, который здорово выручил меня в Сосновском лесу, и золотой амулет в виде корабельной сосны. Грязную и рваную одежду скинул прямо на пол.
— Выброси это, — сказал я Игнату. — А я в ванную.
— Вы никак дрались с кем-то, ваше сиятельство? — испугался Игнат, заметив на моем плече здоровенный кровоподтек, который оставила пуля. — Может, целителя позвать?
— Не нужно. — Я с улыбкой покачал головой. — Все в порядке.
— Прасковья Ивановна! — закричал Игнат. — Срочно разогревай обед и чистую одежду барину приготовь.
— Обед тоже не нужен, — отказался я. — Я, Игнат, прямиком из деревни. Только что наелся вкуснейшей отварной картошки с укропом. Ты не представляешь, как хорошо за городом!
— Да я уж и вижу, как хорошо, — сокрушенно покачал головой Игнат.
Улыбнувшись его словам я поднял глаза к потолку и поздоровался с домом:
— Привет! Скучал по мне?
Дом ответил теплым ментальным импульсом.
Затем я долго и с наслаждением мылся под душем. Несколько раз тщательно мылился, смывая с себя горький запах горелого дерева. Пожалуй, именно этого и не хватало мне в Сосновском лесу — горячей воды и душистого мыла.
  
Плечо все еще побаливало. Ссадину на плече щипало от попавшей на нее воды, но это не могло испортить мне настроение.
Я хорошенько растерся жестким полотенцем, надел чистую одежду, которую заботливо приготовила Прасковья Ивановна, и довольно улыбнулся.