Старшая ветвь (СИ)

— Хорошая идея, — кивнул я.
— А ты, значит, Тайновидец? — хитро прищурился Акинфий Петрович.
— Да, — усмехнулся я, — так уж получилось, такой Путь мне выпал.
— Наверное, много магических тайн знаешь? — с интересом спросил предок рода Сосновских. — Ну, всякие там истории магические про волшебство. Может, расскажешь что-нибудь, а? А то мне здесь так скучно, честно говоря. Лес, кладбище и усадьба, а больше ничего. Думал себе цепи найти, ну, чтобы звенеть ими, знаешь, пугать потомков. Да где же я эти цепи возьму? Тут призрачный кузнец нужен, а у нас такого нет.
  
Призрак просительно уставился на меня.
Честно говоря, я был бы рад поддержать разговор с ним, но сейчас мне позарез нужно было подумать. Я не стал говорить об этом Акинфию Петровичу, чтобы не обижать его. Но предложил:
— Может быть, вам книги почитать? На свете много интересных книг. Есть и магические истории.
— Можно и книжки, — поморщился призрак, — но с людьми-то разговаривать интереснее. Слаб я на это дело, люблю людей, которые умеют интересно рассказывать.
— Кстати, у меня есть такой знакомый рассказчик, — вспомнил я про Библиуса. — Ему три тысячи лет, родился еще в Древнем Риме. Представляете, как много он повидал за это время?
— Три тысячи лет? — простодушно удивился призрак. — Да ты серьезно, что ли? Мне вот четвертая сотня пошла, и я себя уже стариком считал, а тут три тысячи лет! И что он, тоже призрак или живой?
— Живехонек, — улыбнулся я, — он настоящее магическое существо.
— Ну, надо же, — изумился Акинфий Петрович, — оказывается, еще и такое бывает.
Он через стол наклонился ко мне.
— Слушай, Тайновидец, а ты можешь меня с ним познакомить?
— Могу, — сказал я, — ничего трудного в этом нет. К тому же он говорил, что хочет повидать ваш магический лес.
— Так это же здорово! — азартно воскликнул старый граф. — Если ему магический лес нравится, тогда-то мы с ним точно договоримся. Давай, Тайновидец, зови его сюда скорее.
* * *
В этот раз я не стал резать руку, а отлично обошелся печной сажей. Обмакнул в нее палец и нарисовал на двери знак раскрытой книги. Акинфий Петрович с интересом наблюдал за мной.
— Знатная магия, — одобрительно кивнул призрак.
— Сам придумал, — гордо ответил я.
Затем толкнул дверь, просунул в нее голову и громко сказал:
— Салют, Библиус! Ты здесь?
Хранитель Незримой библиотеки, Библиус Марий Петроний, величаво стоял возле своего огромного письменного стола, над которым медленно крутился золотой глобус, украшенный драгоценными камнями.
— Салют, Александр, — ответил Библиус. — Заходи.
— Я заглянул только на минутку, — объяснил я. — На самом деле, Библиус, в этот раз я пришел, чтобы пригласить тебя на прогулку. Помнишь, ты хотел увидеть магический лес?
Глаза древнего римлянина загорелись любопытством.
— Конечно, помню, — кивнул он. — Так ты сейчас там?
— Вот именно, — улыбнулся я, — и у меня для тебя хорошая новость. Я договорился с хозяином здешнего леса, и он приглашает тебя в гости. Так что заходи.
— Прямо сейчас? — еще больше изумился Библиус.
— А чего ждать? — поторопил я его. — Мы уже сидим за столом. У нас картошка готова — ты бы знал, какая это вкуснятина.
— Нет, — покачал головой хранитель Незримой библиотеки. — Где твои хорошие манеры, Александр? Я не могу являться в гости с пустыми руками.
С этими словами он развернулся так, что полы пурпурной тоги взметнулись в воздухе, и мгновенно исчез в глубине библиотеки.
— Подожди, я сейчас, — донесся до меня его голос.
— Ладно, — ответил я, гулкой библиотечной пустоте.
Библиус вернулся буквально через минуту. Он бережно прижимал к груди большой глиняный кувшин.
— Твое знаменитое молодое вино, — понимающе улыбнулся я. — Надеюсь, ты не разбавил его сладкими водами Тибра? Призрак, в гости к которому я тебя приглашаю, судя по его словам, ценит крепкие напитки.
— Вино полагается разбавлять только в чаше, — ответил мне хранитель библиотеки. — Раньше некоторые торговцы разбавляли его прямо в кувшине, но обычно им за это отрубали их вороватые руки.
— Ничего себе у вас порядки в Древнем Риме, — удивился я.
— А как ты хотел? — ответил Библиус.
Я открыл дверь пошире:
— Проходи.
Библиус Марий Петроний вошел в дом лесничего и удивленно огляделся.
— Это совсем не похоже на землянку, — сказал он мне. — Окна есть, и печка, и потолок нормальный. Я бы и не подумал, что здесь живут дикари.
— Какие еще дикари? — обиженно пробурчал Акинфий Петрович. — Даже я в землянке никогда не жил, а мне уже четвертая сотня лет пошла. А хоть бы и в землянке! Ты знаешь, как там зимой тепло и хорошо?
Услышав эти слова, я понял, что призрак рода Сосновских и первый граф жил именно в землянке, но вслух говорить о своей догадке не стал.
— Салют, хранитель леса, — торжественно произнес Библиус.
— Привет, привет, — недоверчиво ответил призрак. — Так это о тебе говорил Тайновидец? Тебе четыре тысячи лет, и ты знаешь множество удивительных историй?
— Не четыре, а только три с половиной, — поправил его Библиус. — Но насчет историй ты не ошибся. На своем веку я повидал немало удивительного.
Хранитель библиотеки посмотрел на отварную картошку, посыпанную молодым укропом, и его взгляд вновь загорелся любопытством.
— Это что, варварская еда? — спросил он.
— Точно, — кивнул я, — варварская и очень вкусная, так что присаживайся за стол и угощайся.
Прежде чем сесть, Библиус торжественно водрузил на стол глиняный кувшин.
— Это вино? — с интересом спросил Акинфий Петрович.
— Фалернское, — кивнул Библиус, — самое лучшее.
— Нет, такого я точно не выдержу, — расстроился призрак старого графа. — Я тут от запаха картошки с ума схожу, а ты вино принес. Ну как мне его пить? Я же призрак.
— Я тебя научу, — как ни в чем не бывало, кивнул Библиус.
— Правда? — изумился Акинфий Петрович.
— Настоящие римляне никогда не лгут, — сурово ответил Библиус и покосился на меня. — Александр, в этом доме есть чаши?
— Чаш я здесь не видел, — рассмеялся я, — зато есть чашки и стаканы.
— Это подойдет, — кивнул Библиус.
Пока я искал на полках стаканы, хранитель библиотеки и Акинфий Петрович уже успели подружиться. Они болтали так непринужденно, как будто были знакомы тысячу лет, а то и дольше.
— Очень рад, что вы нашли общий язык, — улыбнулся я. — Поболтайте пока, а я выйду прогуляться, мне нужно подумать.
— Иди, иди, — не отвлекаясь от разговора, кивнул Библиус.
Я вышел на берег озера и сел на деревянную скамейку. Воздух еще пах дымной горечью после пожара. В небе раздалось знакомое карканье. Я задрал голову и увидел ворона. Ворон заложил крутой вираж и сел в траву прямо передо мной.
— Привет, — улыбнулся я.
— Кар! — ответил ворон.
Сложив крылья, ворон неторопливо прогуливался передо мной. Он был удивительно похож на одного из профессоров нашего магического лицея, так что я даже рассмеялся. На самом деле, я был очень рад ворону. Размышлять вслух куда удобнее, а для этого требуется молчаливый и внимательный собеседник. Ворон отлично подходил на эту роль.
— Похоже, Валентин Сосновский не имеет отношения к пожару, — сказал я ворону, — и пока нам неизвестно, кто за этим стоит. А что ты думаешь?
Я спросил это в шутку, но в глубине души надеялся, что ворон каким-то образом мне ответит. Самое удивительное, что так оно и вышло. Ровно в тот момент, когда я задал вопрос, ворон заметил в траве жирного земляного червяка. Червяк затаился в своей норке, высунув наружу только хвост.
  
Стремительным движением ворон ухватил червяка за хвост и потащил на себя. Червяк сопротивлялся, как мог. Он изо всех сил упирался в стенки своей узкой норы. Видимо, предпочитал потерять хвост, но сам остаться в живых.
Но и ворон был опытной птицей — он не тянул слишком сильно. Чуточку вытянув червя из норки, он осторожно перехватывал его клювом и снова принимался тянуть, косясь на меня блестящим глазом.