Ведьма и столичный инквизитор (СИ)

Молодой жандарм покраснел.
- Нет, господин Блэкторн. Просто дело сложное. Мало зацепок. А убийца… он же где-то здесь. Может повторить. - В его глазах читалось искреннее беспокойство, желание работать, а не отсиживаться. Это было приятным контрастом после Рорка.
- Пойдем выйдем. – позвал я, разворачиваясь к двери. - Расскажешь, что знаешь. От начала. Кто убита, когда, где, кто нашёл.
  
Шейн вышел вслед за мной. Он выпрямился как школьник при ответе строгому учителю, стараясь изложить чётко.
- Жертва – Саяна Фарда, двадцать лет, продавщица в кондитерской «Сладкая Роза» на Рыночной площади. Обнаружена мертвой утром три дня назад в городском парке, в северной его части, возле старого дуба. Привязана в сидячем положении, в молитвенной позе. Время смерти установлено предположительно между десятью вечера и полуночью. Причина смерти – перерезанное горло. И, - Шейн слегка сглотнул, - ей отрезали уши.
Я кивнул. Знак? Трофей? Или просто издевательство?
- Нашёл её кто? – спросил. Мне были важны детали.
- Нашли двое. Практически одновременно. Первый – садовник парка, судейский сынок. Он пришёл рано утром проверить свои клумбы. Второй, сотрудник городской управы. Утверждает, что просто прогуливался перед работой и увидел садовника, склонившегося над телом.
- Судейский сын. Это какого судьи? Гровера что ли? – я припомнил.
- Внебрачный сын, господин Блэкторн, – подтвердил Шейн. – Ферит Гровер. Не от мира сего. Говорит с трудом, медленно соображает. Внешность, ну, не привлекательная, мягко говоря. Работу в парке получил явно по протекции отца. Живёт на окраине с матерью. С общением все сложно, девушки его сторонятся, да и парни часто смеются.
- Какие-то криминальные истории? Прошлое? – спросил я чисто для проформы, понимая, что вряд ли судья допустил бы такую оплошность.
- Официально не был замечен в чем-то криминальном. Работает себе садовником, никого не трогает. Но не сказать, чтоб окружающие слишком довольны фактом его работы. Пару раз госпожа Мемлок и некоторые другие аристократические дамы подавали прошения в городскую ратушу о смене садовника. Ведь Ферит пугающе выглядит и портит им настроение. – продолжил рассказывать Вудлок.
- Ферит был знаком с жертвой? Мотив? – спросил я.
- Официально не знакомы, но у нас городок небольшой. Все так или иначе знают половину города. - Шейн развёл руками. – Что касается мотива. Возможно, обида на весь мир? На женщин, к примеру. Но доказательств – ноль. Он не смог внятно объяснить, что делал вечером в день убийства. Мать утверждает, что был дома. А судья сказал, что Ферит вечером и ночью был в его особняке. Вот такая нестыковка. Покрывают.
- А второй? – спросил я.
- Совсем другой тип, – Шейн оживился. – Молодой, двадцать пять лет, симпатичный, образованный. Говорит вежливо, складно. Местный служащий, с архивами работает – должность не пыльная, но почётная. Живет один в небольшом частном доме недалеко от центра. Недавно потерял отца.
- Образованный? Где учился? – уточнил я.
- Учился в столичном университете. Но не доучился. Вернулся сюда года полтора назад. – пояснил жандарм.
- Почему? – вопрос вырвался автоматически.
Из столицы обычно не возвращаются в такие места без веских причин.
- Вот это мы пока не выясняли. - Шейн смущённо поёрзал. – Говорит, что не потянул финансово. Жизнь в столице дорогая. Но подтверждений нет.
- Звучит не очень убедительно, – закончил я за него. – Есть стипендии, подработки. Обычно жители периферии никогда не бросают столичный университет без веских причин. Запрос в университет делали?
- Нет ещё, господин инквизитор. Господин Рорк говорил, что это лишнее, если нет прямых подозрений. - Шейн потупился.
- Мне что ли тебя учить! Сделай запрос, – приказал я резко. – Сегодня же. Нужно знать настоящую причину его отчисления или ухода. Должна быть полная информация на всех подозреваемых. И что белый воротничок мог делать в парке так рано? По дороге на работу? Путь логичный?
- В принципе, да, – задумался Шейн. – От его дома до управы через парк – самый короткий путь. Говорит видел Ферита, который уже стоял над телом. Подошёл, они вместе подняли тревогу. На вопросы отвечает гладко, но никаких конкретных деталей. Ничего подозрительного не видел, никого не встречал. Ферита вроде не подозревает, но и не защищает. Нейтрален.
- Знакомы ли они? – спросил я.
- Никаких связей между ними не найдено. Вот и всё, – вздохнул Шейн.
- Очень удобно, – проворчал я. – Один невменяем, другой – образец благонравия. И оба на месте преступления чуть свет. И оба не видели никого подозрительного.
- Тупик, - жандарм развёл руками.
- Тупик – это когда не ищешь выхода, – отрезал я. – Продолжай копать Ферита. Узнай всё о его перемещениях, настроениях. Особенно в отношении женщин. Узнай, где он бывает, с кем общается. Его «странности» – может, они не такие уж безобидные? И поговори с коллегами убитой, с друзьями. Есть таковые вообще?
- Да, Кавия Ренн. Работала с Саяной в «Сладкой Розе», – кивнул Шейн.
- Ладно, поговорю с ней сам, – решил я. – А ты займись запросом и проверкой сыночка судьи. И, Шейн, - посмотрел ему прямо в глаза. - Делай свою работу не как старший жандарм Рорк.
- Обязательно, господин инквизитор. – Шейн улыбнулся и вышел.
В нем чувствовалась энергия, которой так не хватало этому городу. Надеюсь, служба не превратит этого деятельного человека со временем в его старшего наставника, жующего за работой.
  
Глава 25
 
Эшфорд 
«Сладкая Роза» встретила меня волной дурманящего аромата – ванили, свежей выпечки и карамели. Контраст с мрачной жандармерией был разительным. За стеклянной витриной красовались пирожные, торты, корзиночки с безе.
У прилавка суетилась девушка. Но мое внимание привлекла не продавщица, а посетительница кондитерской. Стояла чуть поодаль от входа, пересчитывая монеты в кошельке. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь окно, играл в рыжих волосах, зажигая в них медные искры. Она была сосредоточена, губы плотно сжаты, брови слегка нахмурены. Простое платье травянистого зеленого оттенка гармонично отеняло глаза.
Травница. Снова она.
Будто преследует меня.
Внезапно девушка подняла взгляд.
- Инквизитор Блэкторн. Не ожидала встретить здесь. Неужели в эклерах завелась нечисть? Или магический сахар попался? - произнесла Теяна, и в её голосе явственно прозвучала лёгкая насмешка.
Что она имеет против инквизиторов? Ее что моя работа так напрягает?
А-а, вспомнил. Она же сочувствующая душа.
Продавщица у прилавка и парочка посетителей замерли, уловив напряжение. Я подошёл к прилавку, стараясь выглядеть невозмутимым.
- Госпожа травница, – поприветствовал я с лёгким поклоном, подчёркнуто формальным. – Приятно видеть Вас. Как всегда, оттачиваете остроту языка на окружающих? Не трудитесь понапрасну. Ваш язычок все-также самый острый в Эдернии, а то и во всем королевстве. А в эклерах, боюсь Вас расстроить опасность похуже магической.
— Это ж какая такая опасность? – ухмыльнулась она.
- Самая серьезная. Очень быстро фигуру портят. Вам как девушке не стоило бы ими увлекаться. Потом не сыщете жениха, который захочет на руках носить. – ответил я почти смеясь. – Да и с огромным задом Вы будете смотреться, конечно, внушительнее, но так отплясывать как на празднике давеча – печально вздохнул, - уже не получится.
Глаза у Колючки расширились будто я прямо сейчас ее обвинил в лишних килограммах.
- Я по делу. Серьёзному. Прошу меня извинить. – сказал я, видя, что вулкан эмоций сейчас обрушится на меня.
  
- Серьёзному? В кондитерской? Интересно. – она мгновенно остыла или сделала вид, что мои слова ее совсем не задели. – Бубликов пришли купить в дорогу?
- Нет, я здесь по поводу убийства.
- Неужто решили сменить гнев на милость и заняться человеческими преступлениями? Ведь это же, по вашим собственным словам, «дело жандармов». Не ваша проблема».