Ведьма и столичный инквизитор (СИ)

- Протоколы! – женщина всхлипнула, её пальцы впились в ткань мундира. – А убийца гуляет где-то! Следующий раз кого он…- Она не договорила, её тело содрогнулось от рыдания. – Моя доченька всего двадцать лет прожила. Двадцать!
«Дело жандармов», – пронеслась в голове моя собственная фраза. 
И вот они, жандармы. Ведут. Составляют протоколы. Пока эта мать рыдает у них на пороге. Всплыл образ Теи с её колким вопросом. Она была права. Зло многолико. И не всегда имеет вид нечисти.
  
Должен ли я ее слушать? И лезть в эти дела?
Как никто другой я знаю, как женщины умеют манипулировать. Сегодня она попросит лезть в дела жандармов, завтра…
А хотел бы я видеть ее завтра? А посмотрит ли она на меня завтра?
Мужчина безвольный, который следует только одним инструкциям… разве я таким хотел быть. Можно было бы хотя бы ради собственного спокойствия убедиться, что в этих делах об убийствах точно нет магического следа.
Глядишь и эти глаза, что теперь почему-то меня буровят, сниться не будут.
- Мадам Фарида, жандармерия занимается Вашим делом, - сказал жандарм.
- А вот этот в черненьком? Он выглядит свободным.
- Он вообще инквизитор, - скучающим тоном ответил дежурный. – И вообще Вам надо набраться терпения, а не ходить сюда каждый день. Думаете за день такие дела решаются?
Ну, будет думать о ерунде? Когда я в последний раз ел?
***
- Пиво? – спросил кабатчик.
- Видимо в другой жизни, - ответил я безрадостно.
В кабачке у Тенса (фамилию забыл, даст богиня и не понадобится) всегда было много народу. Пьяные красные лица ближе к ночи сейчас выглядели такими приличными. Обыкновенно здесь неплохо кормят. Я заказал яичницу.
Пока на сковороде шкворчала еда, молодой поваренок нет-нет да умудрялся флиртовать сразу с двумя подавальщицами. Третья же настырная чернявая с пышными формами осадила меня так, словно я был предписан ей свыше.
- Я заказ уже сделал, душечка.
- А что Вы так мало кушаете? Возьмите еще кружечку, - расплылась в улыбке красотка.
В целом они все тут заточены под «возьмите кружечку».
- Матушка говорила, инквизиторы недавно сожгли ух какую злобную ведьму, - продолжила она.
А я-то пытался забыть об этом!
- Так и хочется наградить кого-то из инквизиторов, - прижавшись ко мне бедром шепнула подавальщица.
- Ну, так скидку мне выбей, - сказал я.
Девушка недовольно скуксила лицо.
А вообще от чего-то представилось – ей тоже лет двадцать. Вот будет бежать такая позитивная в прошлом девица, руками за шею хватаясь, сбивая ветки в каком-нибудь лесу. Лицо это большегубое как-то само в Теяну развоплотилось.
Если у них жандармы сплошь идиоты? Ну, не поймают этого?
- Санба, - прикрикнул кабатчик, по совместительству отец этой девицы, которому не нужны были внуки добрачные, - ты с господином инквизитором лясы-то не точи. Заказ его принеси, и – остальные тебя ждут.
- Я в семь заканчиваю, - зачем-то, хотя я знаю, зачем, сообщила выше упомянутая Санба.
Везет. Я в семь обычно только разогреваюсь.
Ее долгий взгляд и тихое сообщение остались без моего внимания. За это мне с лихвой отплатила курица, снеся эти яйца до одури несъедобными.
- Сколько лет твоей яичнице? – насупившись уточнил я. – Курицы поди и в живых уже нет?
- Обижаешь, господин инквизитор. У нас все самое свежее, - ответил кабатчик, подобострастно глядя на меня. – А и будь у меня тухлятина, мне на костер пока не хочется.
- Наелся, - положив деньги на стол я отправился обратно в замок.
Все-таки не лежит душа доверять ответственное дело бездарям – жандармам. Пригляну одним глазком.
***
Зато за одним из столов сидел тот самый старший жандарм, ведущий сотрудник по делу Саяны. Звали его Рорк. Лет под пятьдесят, некогда крепкий, но теперь обрюзгший. Лицо одутловатое, с тяжёлыми веками и вечно недовольным выражением губ. Он сидел, откинувшись на спинку стула, одной рукой медленно помешивая сахар в огромной кружке чая, другой листая какой-то потрёпанный документ с таким видом, будто это главная улика по делу.
Работа кипела.
- Рорк. Рорк Чертон, – позвал я, подходя.
- Блэкторн. Чего пожаловал? - Он поднял на меня тяжёлый взгляд, узнал, кивнул без энтузиазма.
- Слышал про твоё дело. Убитую девушку. Саяну.
Рорк фыркнул, отхлебнул чаю.
- Слухи быстро бегут. Да, есть такое. Печально, конечно. Молодая была. - Жандарм сказал это с интонацией человека, констатирующего плохую погоду.
- И что? Продвижения есть? - Я присел на угол стола напротив него, стараясь не показывать нарастающего раздражения.
Рорк пожал плечами, его мундир туго натянулся на округлом животе.
- Какие продвижения? Обычное дело. Девчонка гуляла в парке поздно, нарвалась на кого-то. Ни свидетелей, ни явных мотивов. Подозреваемых – полгорода. Кого ловить? - Он снова углубился в бумаги, явно считая разговор законченным.
- Труп нашли в парке. В том самом, где дочь пекаря была? – спросил я, намеренно опуская имя. Надеялся, что параллель всколыхнёт его угасший.
- Угу. Тот же парк. Но у другого дерева. Случайность, наверное. Парк очень большой, заросший. Считай, что лес. Народу ходит много. Вечные парочки со своими свиданиями, семьи, просто горожане. - Рорк кивнул, не отрываясь от страницы.
- Поза? – настаивал я. – Говорят, сидела, будто молилась? Как и дочь пекаря?
Это заставило жандарма оторвать взгляд от стола. В его маленьких глазках мелькнуло что-то – не тревога, скорее досада, что его отвлекли от чаепития.
- Ну, сидела и сидела. Может, упала так. Или убийца поиздевался. Две разные девушки, два разных времени. Связывать рано. - Он махнул рукой. - Паники только не хватало. Люди и так после той ведьмы на костре нервные.
Его цинизм и лень были омерзительны. Гнев закипел во мне, холодный и острый.
Вот оно, «дело жандармов». Протоколы составлены, чай выпит, можно и по домам. 
Я уже открыл рот, чтобы сказать что-то это уже шестой труп в этом парке, но в этот момент к столу подошёл второй жандарм, прикреплённый к делу – молодой парень. Шейн Вудлок.
- Капитан просил уточнить по заявлению соседа… – начал он, но замолчал, увидев меня. Его лицо, открытое, с правильными чертами и курчавыми светлыми волосами, обрамлявшими лоб, выразило неподдельное уважение и долю робости. - Господин инквизитор!
Господин танцор!
Я его узнал. Не просто молодой жандарм. А тот самый жандарм, который на местном празднике кружил Тею в танце. Крепкие руки, уверенно державшие её за талию. Её смех, брошенный ему в ответ на какую-то шутку. Яркий, свободный. Не тот смущённый или дерзкий смех, что адресовался мне. В груди что-то неприятно кольнуло, как маленькая заноза.
- Жандарм Шейн, – кивнул я, стараясь сохранить профессиональную нейтральность. Голос прозвучал чуть холоднее, чем я планировал.
Глупость. Танцевали – и что? Тея – свободная девушка. Ты для неё – инквизитор, не более. И ты должен относиться к ней так же. Просто травница. Рядовая горожанка? Последняя мысль прозвучала в голове с явной фальшью. Я отогнал её вместе с картинкой танца. 
- Как продвигается расследование убийства Саяны? Рорк говорит, что тупик, - обратился я к молодому жандарму.
Шейн бросил быстрый, почти неодобрительный взгляд на старшего напарника, который снова отпил чай и уткнулся в документы.
- Дело… требует внимания, господин инквизитор, – сказал Шейн честно. – Мы делаем, что можем, но… помощь опытного сотрудника была бы нелишней.
Он явно намекал на меня.
Рорк фыркнул, не поднимая головы.
- Нашел кого просить. У инквизитора дел своих по горло. Нечисть всякая.
  
Захотелось их обоих в столицу кинуть хотя бы на два денька. Одного уволили бы за нерасторопность. А второго – за второй подбородок. Довести дело до того, что шесть трупов минимум – это надо еще умудриться. В научение Шейну я сказал:
- Может быть это не мое дело, но посмотри вокруг. Эта зала гудит от гомона ртов, питающихся на деньги налогоплательщиков. Жандармов – куда ни плюнь, - попадешь в товарища. Ты посмотри сколько их вокруг – потребителей налогов безутешных граждан Эдернии. Не уверен, что все они прямо заняты. Но на этом деле вас как минимум двое. Неужели не справляетесь?