Рецепт для соперников (ЛП)

Я чувствовала, как Бен колебался, пытаясь решить, нравится ему эта женщина или нет. Она была совсем не похожа на сдержанных, строгих сотрудников, к которым он привык в Нью-Йорке.
Но Элис уже начала размягчаться. Она всё ещё сжимала мою руку со всей силы, но больше не пыталась спрятаться за моими ногами.
— Я мисс Корбин, — представилась женщина, присев, чтобы оказаться на уровне глаз с детьми.
  
Её голос стал заговорщицки тише.
— Вам обоим очень повезло — у вас самые лучшие учителя первого и третьего классов! Когда я увидела ваши документы, сразу поняла, куда вас нужно определить.
Я почувствовала, как во мне разливается лёгкое тепло.
 — Это очень мило с вашей стороны. 
Она подняла на меня глаза, будто только сейчас вспомнила, что я тоже здесь.
 — Ой, не за что, милая. 
Затем снова обратилась к детям.
— Мы хотим, чтобы вам у нас понравилось! Добро пожаловать в Аркадия Крик! Вперёд, Пантеры!
— Разве у старшей школы не такой же талисман? — спросила я, не удержавшись.
— Они пантеры сейчас, и останутся пантерой до самого выпуска, — ответила она, вернувшись к компьютеру.
 — Дайте мне ваши водительские права, и я внесу вас в систему, миссис Уокер. 
— Мисс Уокер, — поправила я, доставая кошелёк из сумки.
Протянула ей своё нью-йоркское удостоверение.
Она отсканировала его, постучала по клавиатуре и вернула мне документ.
 — Следуйте за мной. 
Учитель Бена оказалась молодой женщиной с густыми чёрными кудрями и лёгким южным акцентом. Она радушно встретила его, провела по классу и попросила меня записать адрес электронном почты на стикере, чтобы позже отправить мне всё необходимое.
Всё прошло гладко.
Бен быстро махнул мне рукой, когда его учительница взяла его за руку и повела через заднюю дверь на игровую площадку.
Учительница Элис, миссис Вик, была точь-в-точь такой, какой я представляла миссис Клаус: белоснежные волосы, собранные назад, розовые щёки и мягкий, добрый голос.
— Я посадила тебя между Лили и Кендалл. Они обе очень добрые девочки и согласились помочь, если понадобится. Хочешь пойти со мной на площадку и посмотреть, пришли ли они?
Элис посмотрела на меня.
— Иди, — кивнула я.
Она с силой обняла меня, и у меня защипало глаза.
 — Всё будет прекрасно, мисс Уокер. Не переживайте за нас, — сказала миссис Вик, беря Элис за руку. 
Я вышла из школы с чувством, что мой мир рушится, и не понимала, почему.
Холодный воздух обжёг нос.
Рука сама потянулась к телефону.
Пальцы на автомате нашли номер Картера.
Он уже звонил и прижимался к уху, прежде чем я осознала, что делаю.
— Нова? Что-то случилось?
Голос у него был чуть запыхавшийся.
 — Нет. 
Я вышла с парковки и пошла вдоль дороги, ведущей к закусочной и лестнице, которая вела в нашу квартиру.
С другой стороны улицы тянулись дома с широкими дворами, отделёнными сетчатыми заборами.
— Я только что отвела детей на их первый учебный день. Все здесь замечательные. Учительница Элис похожа на добрую бабушку. Прямо идеально для нашей малышки.
Картер молчал.
Я услышала звук, похожий на выключающийся беговой дорожки.
— Ты забираешь их из одной из лучших школ Манхэттена, бросаешь в какую-то глушь, и я должен радоваться, что у них хорошие учителя? Честно, Нова, я не понимаю, чего ты от меня хочешь.
Моя рука сжалась в кулак, а в животе неприятно заныло.
— Ничего.
Я просто хотела, чтобы он знал, что с детьми всё в порядке. Но теперь вижу — не самое удачное время.
— Я думала, ты оценишь обновление, но, похоже, тебе не до этого.
Он тяжело вздохнул.
— Не особо, нет.
— Прощай, Картер.
— Подожди.
Мне хотелось притвориться, что я его не услышала, и просто повесить трубку, но я задержалась на долю секунды — слишком долго, чтобы это выглядело естественно.
— Что?
— Пусть дети позвонят мне по видеосвязи после школы.
— Ладно.
— Отлично. Пока, Нова.
Он отключился, прежде чем я успела сказать что-то ещё.
Мне стоило огромного усилия не запустить телефон в холодный бетон.
Это бы только навредило мне самой. У меня не было денег на новый.
Я всё ещё внутренне бурчала после разговора, когда вошла в закусочную.
Зачем я вообще стараюсь? Ему ведь наплевать.
Если бы он действительно переживал, он бы отправил свидетельство о рождении Элис сразу, а не спустя несколько дней. У него была секретарша. Ему даже не нужно было делать это самому.
Но, похоже, всё, что позволяло ему чувствовать себя лучше после того, как он бросил семью, было для него в порядке вещей.
На кухне никого не было, кроме Дала, который стоял у плиты, его коротко стриженные с проседью волосы были спрятаны под сетку, и Лейси, лениво попивавшей кофе, привалившись к стойке.
— Доброе утро, — сказала я им. — Джиджи у себя?
Лейси посмотрела на меня с сочувствием.
Она была вдвое младше меня. Или около того. Мне тридцать один, и мне давно непонятно, о чём говорят подростки.
Она только закончила школу. Мы из совершенно разных вселенных.
И от этого её жалость была ещё унизительнее.
Я дошла до этого момента.
Я состарилась.
— Она варит кофе, — сказала Лейси. — Хочешь, позову её, когда ты переоденешься?
Я посмотрела на себя.
Узкие джинсы — я всё же решила сменить мешковатые спортивные штаны перед школой, когда Бен подозрительно на них покосился. Свитшот, который я носила дольше, чем знала Картера. Волосы собраны в небрежный пучок, который уже съехал вбок.
Неудивительно, что персонал начальной школы был со мной так любезен. Я выглядела так, словно мне нужна благотворительность.
Моё уязвлённое самолюбие тут же взбунтовалось.
— Я сама с ней поговорю, но спасибо, Лейси.
Она подняла на меня брови. Почему у каждой молодой девчонки идеальные брови? Будь ребёнком. Ты ещё всю жизнь будешь их выщипывать.
Я толкнула дверь, вышла в зал и направилась прямо к Джиджи.
Знакомая белоснежная причёска, добрая улыбка — и тут же стало легче.
Она взглянула на меня, а затем снова переключилась на кофеварку.
— Доброе утро, милая. Как дети? Всё хорошо?
— Они устроились. Школа кажется хорошей.
Брови Джиджи взлетели вверх.
— Не самые современные условия, но люди хорошие.
— Это да, — согласилась она, но звучала рассеянно. — Эта чёртова машина снова сломалась.
— Могу посмотреть? У Картера была навороченная эспрессо-машина, которая постоянно нас доводила. Может, разберусь.
— Мне нужно, чтобы ты была на кухне. Сегодня Дал покажет тебе, как готовить курицу.
Она ударила по машине, и кофе, наконец, начал литься в кофейник.
— Успех. Пойду, у меня там столик умирает от жажды.
Я проследила за её жестом и наткнулась взглядом на Дасти.
Не смогла не заметить его руки — мощные, широкие, определённо результат свободного времени, проведённого в тренажёрке пожарной части.
Все же пожарные станции имеют спортзалы, да? Потому что пожарные известны тем, что в перерывах между вызовами качают мышцы, чтобы потом таскать людей на руках во время спасательных операций.
Но всё, что я могла видеть, глядя на его бицепсы — это банка джема, которая сегодня утром мне не далась.
Дасти, вероятно, открыл бы её одним движением.
Руки для открывания банок.
Но не мои.
Рядом с ним сидела блондинка, а напротив — ещё одна пара. Выглядело это как двойное свидание.
Странно.
— Завтрак на двоих? — спросила я.
— Планёрка. Эти двое скоро женятся.
Какие именно? Дасти и блондинка? Или те, что напротив?
— Предупредить их, что это не так круто, как кажется? — пробормотала я.
Джиджи резко взглянула на меня.
  
— Это Картер сделал тебя такой циничной?
Щёки вспыхнули.
Я хотела пожаловаться на наш утренний разговор, но это была плохая идея.