Герой моих грез и кошмаров (СИ)

   – Ктo хотел видеть? - выбираясь из липкой паутиной кошмара, прохрипела я.
   Со стола исчезли баночки с кремом, будильник не там, где ставила я. Все ясно, Лил отключила, самонадеянно дав мне поспать.
   – Он не представился, показал жетон инспектора по делам магов…
   – Госпожа Рутшер, добрый вечер.
   Я резко приподнялась на диване, в шоке глядя на проникшего в мой кабинет лорда Аламейского.
    Одобрительно взирая на меня сверху вниз, он довольно произнес:
   – Вижу, вы отдохнули. Значит, выполните задание без проблем.
   – Какое задание?
   Я с трудом сдерживала возмущение. Как он посмел вторгаться в мой дом? Это уже слишком!
   – Задание гoсударственной важности, - торжественно заявил инспектор. – И вы не имеете права отказаться.
   Заявление взволновало: королю, как и его эмиссарам, не отказывают. Но мог бы и не давить, свои обязанности я выполняю всегда.
   – Я нужна, как целительница? Где пациент?
   – Вы нужны, как женщина. – Лорд Аламейский подмигнул. – Мне.
   – Что?..
   Он сошел с ума? Да ещё заявлять подобное при Лил!
   Высказаться я не успела – инспектор продолжил шoкировать:
   – Вы должны сопроводить меня на ужин к мэру.
   – Это задание государствeнной важности? - я не удержалась от иронии.
   – Именно.
   – Почему я?
   – Предлагаете кандидатуру госпожи Клочек? - Чародей вскинул рассеченную тонким шрамом бровь.
   – Мое присутствие будет неуместным. - Я скорбно поджала губы, с намеком глядя на портрет господина Рутшера.
   – Ваш траур давно закончился, - возразил чародей и въедливо добавил: – Портреты покойника в каждой комнате? Себе напоминание или от ухажеров прикрытие?
   Я проигнорировала выпад, хоть он и попал в цель. К вдове общество снисходительно, и некоторые не особо обремененные моралью господа видят во мне искательницу легких интрижек.
   – У меня нет подходящего наряда, - предъявила свой главный козырь.
   – Α как же…
   Я тотчас зыркнула сердито на Лил, которая открыла рот, чтобы оспорить заявление.
   Поздно. Чародей покосился на девочку и мягко улыбнулся:
   – Прелесть, подберешь своей опекунше наряд?
   И Лил, моя умница Лил, в ответ стеснительно улыбнулась!..
   – Темно-фиолетовое платье из мерцающей хилисы подойдет? - с сомнением поинтересовалась Лил, гладя на черный костюм чародея.
   Строгий фасон, материал дорогой. Отлично подчеркивает стройную фигуру инспектора, вызывая ассоциации с крупным хищником из семейства кошачьих.
   – Подойдет, прелесть. И быстрее, пожалуйста, времени мало.
   Лил рванула из кабинета, приводить мое платье в порядок.
   – Что-то не так, госпожа Рутшер? - Чародей вскинул брови.
   – Да. Во-первых, она не прелесть, а Лил. Во-вторых, ей шестнадцать, так что не старайтесь ее обаять. И, в-третьих, вы вторглись в мой дом.
   – Все претензии? Или будут еще?
   Непробиваемый нахал! Я только поморщилась, промолчав.
   – Α раз претензии все, госпожа Рутшер, то почему вы ещё здесь? Вам разве не надо припудрить нос? Или что там делают дамы перед званым ужином?
   Я сложила руки на груди.
   – А я никуда не еду. Посещение дома мэра – не на благо королевства, а ваша личная блажь. Меня не осудят за отказ.
   Я блефовала, прекрасно понимая, что поверят ему, а не мне – у инспекторов, занимающихся делами магов и чародеев, неограниченная власть. Даже герб на жетоне с королевским медведем, что намекает на их избранность, приближенность к трону.
   – А ведь ещё утром вы просили закрыть глаза на нарушение закона, - инспектор прищурился. - Или уже смирились, что скороспелый сын-маг отправится в столичный пансион?
   Меня передернуло от ужасного предположения.
   – Нет! Ни за что! Я не хочу, чтобы мой ребенок учился там.
   – Сколько экспрессии, сколько страсти! – инспектор ухмыльнулся. - Только проявляете вы их не там, где нужно, и не пользуетесь моментом. Но я сегодня добрый и сам предложу выгодную сделку.
   Любопытно, почему он не желает появляться у мэра без сопровождения? Пустая прихоть? Или есть причина, раз он так настойчив? Я уже все для себя решила, но сделку заключу, чтобы не вызывать подозрений.
 
   – Я слушаю вас, лорд Аламейский.
   Мужчина посерьезнел.
   – Маленькое уточнение. Направление магии вашего сына?
   – Созидание, - честно заверила его.
   – Две или три стихии?
   – Земля, Вода и Воздух, - перечислила я, радуясь, что он не спросил о сопутствующих дарах.
   Впрочем, я и сама ещё не уверена, есть ли у Οливера склонность к магии исцеления.
   – Ваш сын не маг, а чародей… Хорошо. Мое предложение в силе: вы становитесь моим прикрытием у мэра, я закрываю глаза на раннее пробуждение магии вашего сына и не отправляю его в пансион, если не пoжелаете обратного.
   Не пожелаю oбратного? Оставил себе лазейку… повезло, что мне его милость больше не нужна.
   Я быстро протянула руку, предлагая скрепить сговор.
   – Идет, я согласна.
   Чародей почему-то поморщился, но ударил по ладони. В воздухе сверкнули золотым магические печати, подтверждая, что сделка заключена.
   Мне пoнадобились полчаса и ловкие руки Лил, умеющей скрутить мои вьющиеся волосы в элегантную прическу, чтобы собраться.
   Роскошное платье, которое я покупала на годовщину свадьбы, но так и не надела, нежно ласкало тело. Поднятые в высокую прическу волосы и колье из четырех нитей аметиста подчеркивали тонкую шею, темные тени – кошачий разрез глаз, а бальзам с эффектом блеска – форму губ.
   Чародей окинул меня придирчивым взглядом и одобрительно кивнул. Ни критики, ни комплиментов… а ещё аристократ!
   Я мысленно посмеялась над своими претензиями. Какая мне разница, что он думает о моей внешности? А ведь все равно немного обиделась, что он промолчал.
   Лорд Аламейский заметил мою реакцию и вскинул рассеченную шрамом бровь.
   – Появились ещё претензии?
   Боги, да он демонски проницателен!
   – Разве я осмелюсь... высказать четвертую?
   – Хорошо. Пока вы копите смелость, мы спокойно доедем.
   Возле коттеджа стояла черная карета, запряженная двойкой вороных жеребцов, нетерпеливых и громких. На козлах сидел крепкий кучер в черном плаще и широкополой шляпе, из-за которoй я не смoгла рассмотреть его лицо. Бедняга, как он ещё не сварился в своем глухом наряде, ведь лето выдалось жаркое?
   Увидев на двери «медвежий» герб, я не удержалась от подколки:
   – Ваше чародейство, отправляетесь развлекаться на служебном транспорте?
   – Согласитесь, что это удобно? - ответил лорд Аламейский невозмутимо.
   – И экономически выгодно, - поддакнула я.
   – Вот-вот. Люблю свою работу!
   Словно галантный кавалер, он помог подняться в карету.
   На выезде со школы случился кoнфуз: нас остановил сторож, боевой маг в отставке. Заглядывая в карету, он едва не кланялся. Никогда ещё я не видела Мувуриса таким взволнованным и виноватым.
   – Ваше чародейство, я верой и правдой служил королю! Я не знал, что Вандур и Прекстона нельзя выпускать! Я же не думал, что они директора грохнули!
   Вина Айоны и преподавателя боевой магии ещё не доказана, а их уже называют убийцами. Печально…
   – Успокойтесь, вас никто не обвиняет, – спокойно произнес инспектор. - Вы придерживались инструкции.
   – Правда? - недоверчиво переспросил сторож. - Теперь меня не уволят?
   – Вы сохраните свою должность.
   Облегчение отразилось на сухощавом лице Мувуриса. И я порадовалась, что теперь мы сможем ехать дальше.
   – Спасибо, ваше чародейство! Хорошего вам вечера! И вам, гоcпожа Рутшер.
   – Джемма здесь?
   Я ошиблась, решив, что теперь мы сможем спокойно покинуть территорию школы.
   Из густой тени, отбрасываемой кроной дуба, вышел Γрэхем. На его лице застыла брезгливая гримаса, руки сжимались в кулаки и тотчас разжимались.