Испытательный срок

Казалось бы, увидев Сэмми в этом костюме, Ник должен был остаться равнодушным, но не тут-то было. Бесформенная одежда только дразнила его воображение, заставляла вспоминать о том, что скрывала, снова видеть перед собой фигуру Сэмми в черном купальнике. Ник снова почувствовал знакомое напряжение.
Звон кубиков льда о стекло бокала заставил Ника напрячься еще больше. Генри взял из рук Ника пустой стакан и заменил его полным.
– Бери его, девочка, – сказал Генри Сэмми. – Он твой.
Ник удивленно переводил глаза с Генри на Сэмми.
– Кажется, меня заманили в ловушку, – сказал он.
– Послушай, Ник…
– Тебе лучше вообще не соваться в это дело, – предупредил Ник Генри. – Сэмми, готов поклясться, ты снова собираешься говорить о заседании НАКА…
– Да, это так. Но, пожалуйста, Ник, выслушай меня хотя бы один раз с начала до конца. Пожалуйста.
Пожалуйста. Черт бы ее побрал! Ник откинулся на спинку стула.
– Ну, хорошо, выкладывай свои козыри. Но не жди, что я изменю свое мнение.
Он не мог этого сделать, не мог отправиться с Сэмми в эту поездку. И не только потому, что это будет пустая трата времени и денег компании. Еще он не доверял самому себе, да и ей, боялся пускаться с ней вдвоем в это путешествие. Ведь там, в Чикаго, если бы Ник проявил упорство, Сэмми могла бы сдаться. Сопротивление ее становилось все слабее и слабее. И Ник не мог поручиться, что, если они снова окажутся где-нибудь вдвоем, он не предпримет попыток добиться более близких отношений.
Боже, да он и сейчас боролся с искушением кинуться на Сэмми и повалить ее на пол прямо на глазах Генри!
Сжав стакан, Ник сделал несколько глотков.
Сэмми шутливо нахмурилась и принялась ходить взад-вперед перед Ником, напряженно думая.
Ник же не мог сейчас думать ни о чем, кроме ее длинных стройных ног, скрытых до колен серым подолом юбки.
– Давай поговорим о самолетах для коммерческого использования, – сказала Сэмми.
Ник вопросительно посмотрел на Генри, который только пожал плечами, словно желая сказать: «Понятия не имею, к чему это она клонит».
– Сегодня новейшие модели строятся по старым проектам, которые сделаны на основе еще более старых. Авиапромышленники обычно смотрят на модель, которая находится в производстве, и говорят: «Как бы нам сделать ее больше, лучше, быстрее?» – Сэмми остановилась и резко обернулась к Нику. – Я права?
Ник поставил бокал на стол и скрестил руки на груди.
– Думаю, да.
Сэмми нахмурилась.
– Хорошо! – Она снова принялась ходить. – Итак, каждая следующая модель, которая появляется на авиарынке, больше, лучше и быстрее предыдущих. И дороже. И трудно вспомнить, когда же в последний раз кто-то конструировал абсолютно новый самолет на основе новейших достижений в этой области, не усовершенствовал старое, а именно создавал новое.
Ник выпрямился и взглянул на Генри.
– Что ты говорил ей? – спросил он.
– Клянусь, ничего, – ответил Генри. – А что Генри мог мне сказать?
– Не обращай внимания, – сказал Ник, снова откидываясь на спинку стула. Значит, Сэмми вовсе не намекала на «Маверик». «Маверик» был мертв так же, как Сэм Барнетт. – Продолжай.
Сэмми посмотрела на него изучающим взглядом и снова заговорила, продолжая ходить:
– И так же трудно вспомнить, когда в последний раз какая-нибудь фирма пыталась создать самолет, который стоил бы дешевле, чем те, что уже имеются на рынке.
От напряжения у Ника начала затекать шея.
– Быстрый, комфортабельный, – ведь те, кто летает в таких самолетах, любят комфорт, – но, возможно, чуть меньших размеров, чем обычные лайнеры. Например, на шесть пассажиров. Поменьше, подешевле, но сделанный по последнему слову техники.
Ник покачал головой. Сэмми опоздала со своей идеей лет на пять. Он не хотел прерывать ее речь – Сэмми выглядела сейчас такой живой, глаза ее светились от возбуждения, на щеках горел румянец. Каждое движение было грациозным, уверенным, полным скрытой энергии. Но она должна понять, что не ей первой пришла в голову эта идея.
– Я скажу тебе, когда придумали такой самолет. Совсем недавно. Ты почти в деталях описываешь «Сверинген-SJ30» и новый «Ситейшн Джет» компании «Сессна».
 
– Очень хорошо. – Сэмми присела в шутливом реверансе. – Два—ноль в твою пользу. Но подумай, Ник, ведь это только две модели. Только две модели, из которых сможет выбирать потребитель, когда появится потребность в небольших пассажирских самолетах. Две. И потом, когда они выйдут наконец на рынок, «SJ30» будет стоить больше двух с половиной миллионов, а «Ситейшн Джет» – около трех. Это дешево по сравнению с ценами их конкурентов. Но мы можем выпустить модель еще дешевле.
– Меньше двух с половиной миллионов за быстрый комфортабельный самолет на шесть пассажирских мест? Ты, наверное, забыла включить сюда стоимость моторов?
Сэмми положила руки на бедра.
– Уж можешь мне поверить. Во-первых, мы меньше, чем «Сверинген» и «Сессна», а значит, у нас меньше накладные расходы, хотя и имеются большие ресурсы. Несколько лет назад Барнетт чуть не сделал то же самое.
При упоминании имени Барнетта напряжение Ника достигло предела.
– Но, представь себе, – покачала головой Сэмми, – всего через полгода после того, как федеральное управление гражданской авиации выдало сертификат на его новый «Маверик», он погиб в автомобильной катастрофе.
Ник стиснул зубы и посмотрел на Генри. Тот снова пожал плечами и покачал головой.
– Просто чудовищно, что никто до сих пор не вышел на его наследников и не попытался купить чертежи. «Маверик» – само совершенство, это то, что нам нужно. Конечно, модель надо будет немного усовершенствовать.
– Какие еще усовершенствования? – упрямо произнес Ник. – Ты сама только что сказала, что «Маверик» – само совершенство. Он совершенен настолько, насколько может быть совершенен самолет.
– Да, но так было несколько лет назад. Сейчас цена его производства наверняка возросла и превысит два с половиной миллиона. Но мы могли бы снизить ее, заменив бортовое электронное оборудование с дистанционным управлением на обычное, кнопочное.
– Вы только послушайте ее, – буквально закричал Ник. – Она говорит так, словно всю жизнь строила самолеты.
Сэмми улыбнулась.
– Спасибо за комплимент, сэр, но все это просто результат добросовестных исследований.
Да, Сэмми действительно поработала хорошо, очень хорошо, но Ник не стал произносить этого вслух – она и так уже сумела поднять свою профессиональную репутацию так, что дальше некуда. Но Нику вовсе не хотелось сообщать ей об этом.
– Хорошая мысль, но «Маверик» недоступен для нас. А я-то думал, что ты хочешь, чтобы мы возобновили выпуск «Скайберда-2000».
– Хочу, но я трезво смотрю в будущее. К тому же мы не можем начать его выпуск до тех пор, пока не примут новый закон об ответственности потребителей. Если бы кто-нибудь знал, кто был конструктором Барнетта, мы бы наняли этого человека. Но поскольку эта загадочная личность исчезла, надо найти кого-то еще или же сделать это самим. Я слышала краем уха, что ты увлекался чем-то в этом роде.
– Увлекался – хорошее слово, – сказал Генри.
Ник, прищурившись, взглянул на отца.
– У тебя что, нет других дел, кроме как торчать тут?
Генри улыбнулся.
– Думаю, я сумею найти себе занятие. – Он подмигнул Сэмми. – Это означает, что он готов сдаться, но не хочет делать это при свидетелях. Давай, девочка!
Когда шаги Генри затихли в коридоре, Ник снова повернулся к Сэмми.
– Но какое все это имеет отношение к поездке в Новый Орлеан?
– Там мы сможем выяснить, не собирается ли еще кто-нибудь вступить в игру. Первая компания, которая создаст самолет дешевле «SJ30» и «Ситейшн Джет», захватит подавляющую часть рынка. Только надо действовать быстро. Те, кто промедлит, останутся ни с чем. Прежде чем принимать решения и строить планы, надо узнать, кто планирует что-либо похожее.
– Но это вовсе не значит, что надо лететь мне.