Клуб смерти (ЛП)

Он схватил меня за волосы, заставляя прекратить сопротивляться, и прижал к своему телу другой рукой.
— Дыши, Паучок, — скомандовал он, и его глаза потемнели, когда он потянул меня за волосы, заставляя посмотреть на него снизу вверх. И я посмотрела, потому что была на грани полномасштабной панической атаки. А я не хотела быть той девушкой сегодня. Девушкой, которая сломалась в лесу под пристальным оком луны.
  
— Каково это — чувствовать себя цельным? — прошептала я, когда слеза скатилась по моей щеке.
Найл стер ее, а уголки его рта опустились вниз. И я поняла, что это был настоящий Адское Пламя. Грустный, грустный мальчик, который чувствовал себя таким же пустым и одиноким, как и я.
— Я не знаю, lass. — Он отпустил меня, а затем отошел, схватив свой электрошокер, прежде чем выстрелить в Матео, так что тот дернулся и затих. Я с удивлением смотрела, как Найл снял с него наручники и потащил за дверь.
— Пошли, — рявкнул он на меня. — Я не могу торчать здесь весь день.
Он достал пистолет сзади из-за пазухи джинсов, ткнув им Матео в бок, когда тот застонал, медленно приходя в себя после шока, а Найл заставил его направиться в ванную. Я побежала за ними, а Найл схватил цепь и приковал Матео к болту на стене возле душа.
— Заходи, — рявкнул Адское Пламя, схватил меня за руку, затолкнул вслед за Матео и включил воду. Она была ледяной, и я вскрикнула, когда мой купальник еще больше намок, а я оказалась прижатой к мышцам Мертвеца в этом небольшом пространстве.
Найл непринужденно направил на нас пистолет, а я посмотрела на Матео, по груди которого стекала кровь из ран от кнута. О нет, как же больно.
Я потянулась к крану душа и повернула его, чтобы вода стала теплой.
— Эй, — рявкнул Найл. — Верни ее обратно на холодную.
— Нет, — прорычала я.
— Да, — настаивал он.
— Нет.
— Да.
— Нет!
— Я отстрелю одно из яиц El Burro, если ты этого не сделаешь, — предупредил он, пытаясь прицелиться мимо меня в Матео.
Я металась влево и вправо, прикрывая тело Мертвеца своим, как могла, защищая его яйца ценой своей жизни. Найл вошел к нам в душ, зажав меня между собой и Матео, а мое сердцебиение участилось. Рядом со мной было так много мышц и так много скользкой, твердой кожи, что это был буквально влажный сон.
— Уйди с дороги, Паучок. — Найл попытался сдвинуть меня с места, а Матео схватил меня, пытаясь затолкать себе за спину, но я не сдалась, с рычанием вцепившись в руку Найла.
— Хватит, — прорычал Найл, потянулся к крану и пустил ледяную воду, а затем встряхнул волосами, как собака. Он вышел из душа, с минуту наблюдая, как мы дрожим, и жестом приказал нам тоже выйти, угрожая пистолетом. — Иди одевайся, маленькая психопатка. — Он толкнул меня мимо себя, и я вышла из ванной на мокрых ногах, схватив по пути полотенце и чуть не упав на задницу.
Я стянула купальник и вытерлась, спрятавшись за дверью шкафа, после чего натянула розовые спортивные штаны в армейском стиле, бледно-желтую майку и пушистый белый кардиган. Еще я прихватила носки и сунула их в карман для Рона (О имени будет сказано позже).
Я слышала, как Найл ругался с Матео в ванной, обзывая его всеми возможными гадкими словами, и это так меня разозлило, что я приняла решение. Я и мой Мертвец не собирались больше здесь оставаться. Найл чуть не убил нас всех, и ради чего? Ради чего-то, о чем Матео явно никогда никому не собирался рассказывать. А я не хотела умирать здесь, потому что Найл не мог контролировать свои порывы.
Я побежала обратно в комнату для убийств, но в ту секунду, когда я вошла туда, я услышала, как открылась дверь ванной. Я схватила первое, что попалось под руку, это оказалась отвертка, сунула ее в карман и выскользнула за дверь обратно в подвал, а мое сердце бешено колотилось.
Найл потащил Матео через комнату, а я непринужденно подплыла к клетке и встала, скрестив руки на груди, почувствовав, как по мне пробежал дрожь. Он меня не видел. Я была самой хитрой змеей на свете.
Найл затолкнул Матео в клетку, а затем посмотрел на меня своими коварными, красивыми глазами.
— У тебя тоже неприятности. Иди сюда. — Найл поманил меня, и я поджала губы, прежде чем подчиниться, позволяя ему втолкнуть меня в клетку вслед за Матео, а затем он плотно запер дверь и пристально посмотрел на меня с каким-то извращенным выражением в глазах.
— Ты похожа на девушку, которая повидала немало демонов в этом мире, Паучок, — тихо сказал он, обращаясь только ко мне и кивнув в сторону Матео. — Поэтому ты, наверное, достаточно умна, чтобы не отдавать ни одну из своих разбитых частей этому дьяволу. Но на всякий случай напоминаю: он вернет их тебе осколками. — Он отвернулся от меня, его плечи расправились, а татуированные мышцы напрягались, когда он направлялся к комнате для убийств, плотно закрывая ее, прежде чем без лишних слов подняться наверх, и секундой позже дверь захлопнулась.
Я посмотрела на Матео, хотя предупреждение Найла все еще звучало в моей голове, но я отбросила его. Потому что Матео был здесь таким же пленником, как и я. Мы были на одной стороне. И я не собиралась позволять Адскому Пламени проникнуть в мою голову. Я собиралась позаботиться о ранах своего Мертвеца, потому что я, может, и была монстром, но даже в монстрах глубоко внутри есть немного добра. Кроме того, однажды я тоже была ранена, и никто не пришел мне на помощь. Так что я не собиралась смотреть, как Матео постигнет та же участь.
Матео упал на пол, прижавшись спиной к решетке, а в его глазах промелькнула боль от рваных ран на груди. Ни одна из них не выглядела слишком глубокой, но они явно доставляли дискомфорт. Я прикусила нижнюю губу, опустилась на пол и медленно подползла к нему, показывая, что не хочу причинить ему вреда. Я всего лишь безобидный маленький пеликан, не обращай на меня внимания.
— Бедный малыш, — вздохнула я, забираясь к нему на колени и опустившись на него всем своим весом, ожидая, что он набросится на меня как дикий зверь. Но он этого не сделал.
Я протянула руку, не отрывая взгляда от его глаз, которые следили за мной, его челюсть подергивалась, а в его глазах бушевала буря. Они были темными, очень темными. Как вечный туннель, ведущий прямо к центру Земли. Я бы хотела когда-нибудь побывать там. Там наверняка очень жарко и полно камней.
— Тебе больно, Мертвец? — прошептала я, вынув из кармана скомканные носки, расправив их и надев на руки.
Он медленно покачал головой, но я догадалась, что это ложь, хотя все равно протянула руку и осторожно промокнула кровь на его груди своими носочными варежками. Вода довольно хорошо промыла раны, но пара из них все еще немного кровоточили, и мне не нравилось это видеть. Кровь должна литься из жестоких, вонючих маленьких мужчин. А не из красивых, в чьих глазах таится целый город греха.
Его челюсть напряглась, пока он наблюдал за мной, на лбу появилась морщинка, говорившая, что он размышляет обо всей вселенной. Или, может быть, просто обо мне, такой незначительной.
— Я не позволю ему снова причинить тебе боль, — пообещала я, надавливая на самый глубокий след от плети, чтобы остановить кровотечение.
— Это тебя нужно защищать от него, chica loca, — сказал он своим завораживающим голосом.
Он наклонился ближе, вдыхая мой запах, и дрожь пробежала по всему моему позвоночнику. Я могла чувствовать его душу, когда была так близко к нему, и это было порочное, очень порочное нечто. Оно проникало в глубины моей сущности, взывая ко мне и умоляя тьму во мне подняться. В его душе не было хаоса, как у Найла, она была спокойной и смертоносной, как богомол, поджидающий ничего не подозревающую добычу. Возможно, я была этой самой добычей. И, возможно, я не так уж сильно возражала против этого.
  
— Не я та, кому он хочет причинить боль, — сказала я, склонив голову набок, изучая его жесткие и поразительные черты. У него были острые скулы, впалые и красивые щеки, но под бородой было трудно разглядеть что-то большее.