Дважды одаренный. Том VI (СИ)

Она насупилась, буравя меня взглядом.
Я отвернулся к брусьям — всё-таки не стоит искривлять позвоночник, когда делаешь упражнение.
— Не о ком, а о чём, — хмыкнул я.
— Простите? — не поняла Анна.
— Когда я не думал о вас, Анна, я размышлял, какую тарталетку с богатого фуршетного стола съесть следующей. А может быть, нарезкой себя побаловать? Икоркой? Пармезаном? Уверяю вас, дум мне хватало.
  
Качнув ногами вперёд, я закрутил своё тело и запрыгнул на брусья ступнями. Затем оттолкнулся от них и, сделав сальто назад, приземлился на резиновое покрытие.
Молча повернувшись, направился к Анне.
Она смотрела на меня как заворожённая.
— В самом деле, без «хоба» было лучше, — тихо проговорила она, не отводя глаз.
Я остановился прямо напротив Анны и тоже не отводил взгляда.
— Кхм! — кашлянула она, покраснев, и, развернувшись, начала вертеть головой, выбирая спортивный снаряд.
Ближе других к нам был тренажёр для гиперестезии. Анна быстро подошла к нему, легла, завела руки за голову и начала качать поясницу.
Я подумал, что могу позволить себе отдохнуть между своими упражнениями.
А потому без зазрения совести стоял на месте и любовался соблазнительными изгибами Анны. Что ни говори, а эти лосины отлично подчёркивают её спортивные ягодицы.
— Говорят, после церемонии… вы не вернулись в Академию… — делая упражнение, прерывисто заговорила Анна — она пыталась ещё и следить за дыханием. — Ходят слухи… что вы даже провели время… с Эмилией Вацлавной?
Она выдохнула и, не слезая с тренажёра, гневно уставилась на меня.
— Вас это беспокоит? — улыбнулся я.
А про себя подумал, что Анна, в отличие от наших одногруппников, знает имя беловолосой. Неудивительно… Учитывая, что она собирает информацию о членах Круга в Академии.
Или, может, ей как раз кто-то из одногруппников вчера и рассказал про неё по телефону?
Поведя длинной ногой в обтягивающих лосинах, Анна грациозно встала на покрытие спортплощадки и, покачивая бёдрами, направилась ко мне. Взгляд её был решительным и твёрдым.
— Полагаю, вы видели кольцо на её мизинце? — тихо спросила она, остановившись передо мной.
— Конечно. Герб Праги сложно не заметить, — хмыкнул я в ответ. — Опасаетесь, что Круг решил подобраться ко мне через Эмилию Вацлавну?
Анна поджала губы, выдержала мой взгляд и сдержанно кивнула:
— Да. Именно этого я и опасаюсь.
— Но только ли этого? — улыбнулся я.
Анна изумлённо распахнула глаза и поспешно выпалила:
— Понятия не имею, о чём вы!
Она быстро отвернулась и произнесла в сторону:
— Я не собираюсь указывать вам, с кем общаться. Хоть с госпожой Новак, хоть с графиней Резановой, хоть с графиней Распутиной!
— А Млада Велеславна-то здесь при чём? — удивился я.
Анна снова повернулась ко мне и обожгла меня пылающим взглядом.
— Значит, насчёт Алисы Ярославны вы не удивлены? Что ж, понятно… слышала, вы даже после церемонии продолжаете с ней плотно общаться! Например, вчера поздно вечером приехали в МАУД на машине её рода! Ох! Что-то устала я от тренировок! Нужно немного прийти в себя перед учёбой! Увидимся, Александр!
Она махнула рукой на прощание и грациозно потопала в сторону общежития. Любуясь её спортивными ягодицами, я усмехался про себя и думал, как же быстро разносятся слухи по Академии. С утра меня заметили две бегуньи вместе с чешской аспиранткой, а вечером два парня со второго курса видели, из какой машины я выходил.
Отчасти эти слухи мне даже на пользу: чем больше обо мне говорят, тем больше родов обо мне знает. А стало быть, в будущем будет проще заводить полезные знакомства.
Однако же реакция Анны забавляет. Мы ведь с ней даже не встречаемся, а она так бесится…
Но, признаюсь, есть в этом свой шарм.
Ладно, хватит прохлаждаться, тоже нужно готовиться к занятиям.
* * *
Я пришёл в аудиторию почти перед самым началом занятий — специально выбрал момент, когда уже почти все одногруппники соберутся в кабинете. Поздоровавшись с ребятами, я прошёл к доске и торжественно поздравил Анну и баронессу с их успехами во время ликвидации ЧС. Местами я откровенно цитировал Верховного Ведьмака и даже ссылался на него, чтобы придать своей речи больше помпезности.
Ну а затем я надел на шею девушкам их медали, которые получил в Кремле на правах командира.
И Анна, и даже малышка Завьялова выглядели в тот момент растроганными. Анна гладила медаль и не сводила с неё глаз, а баронесса тепло смотрела на свою «вассалку-госпожу». Ребята зааплодировали, поздравляя одногруппниц. На этой торжественной ноте вошла преподаватель, хотела уж было возмутиться, но княжич Пермский успел ей шёпотом объяснить причину всеобщего балагана.
В итоге женщина тоже присоединилась к поздравлениям.
Ну а дальше началась пара…
Закончилась пара…
День пошёл своим чередом. Анна пыталась вести себя как обычно, но периодически в разговоре со мной начинала немного заводиться. Первой это приметила Диана Каладзе, и…
Одногруппники получили очередную тему для веселья. Точнее, стали раскручивать старую.
— Хватит уже! — рявкнула на них баронесса. — Какое дело Анне до того, с кем там гуляет Егоров, а⁈ Он свободный парень, с кем хочет, с тем и гуляет! Если тебе самой завидно, Диана Вахитовна, то так и скажи. Нечего на других переводить. Не забывайте, где и с кем вы находитесь! Мы хоть и товарищи по учёбе, но почти все — аристократы.
Мелкая злюка обвела аудиторию хмурым колючим взглядом.
Против баронессы идти дворянка Каладзе не рискнула, и на следующей перемене даже извинилась передо мной, Анной и всеми остальными.
— Извинения принимаются, — мягко ответила ей Анна. — Но прошу вас, в следующий раз будьте немного сдержаннее. Мне самой нравится веселиться с товарищами. Но не хотелось бы, чтобы наше веселье переходило грань.
— Спасибо, — кивнула Диана и повернулась ко мне.
— Со мной можете шутить сколько хотите, — хмыкнул я. — Но других приплетать не стоит. И, если хотите что-то сказать — говорите в следующий раз прямо.
— Хорошо, — буркнула покрасневшая девушка.
— Извинения принимаются, — спокойно произнёс я.
На этом нелепый конфликт внутри группы был погашен. Более того, даже Анна смогла как-то поуспокоиться и уже не вспыхивала при разговоре со мной. Всё вернулось в привычное русло…
Но увы, ненадолго. Ближе к концу третьей пары мне пришло сообщение:
«Саша, деда при смерти! Ему резко стало хуже! Мы выезжаем к нему! Встретимся там!»
Резко отодвинув стул, я поднялся на ноги.
— Егоров! Вы что себе позволяете⁈ — прошелестел седобородый преподаватель, носивший кольцо с гербом МАУД на левом мизинце.
— Прошу прощения, Дмитрий Архипович, появились срочные дела, мне нужно уйти, — проговорил я, собирая вещи в сумку.
— Вы не можете просто так, без уважительной причины покинуть занятие, — холодно произнёс Змеевидец.
Я замер, хмуро глядя в его серые глаза.
«Дела рода», «приказ господина» — это уважительные причины. Но я не аристократ и уж тем более не Слуга. У меня уважительных причин нет.
«Стало плохо?» — ну тогда преподаватель должен организовать моё перемещение в лазарет, а не отпускать с занятий.
Все эти мысли пронеслись в моей голове мгновенно.
У меня родился ответ для Змеевидца. В словах — вежливый, а в сути — грубый. Но я был готов к последствиям и уж было начал открывать рот…
— Дела рода, — прозвучал властный голос справа. — У меня.
Я, как и преподаватель и все присутствующие, повернул голову в сторону княжича Пермского. Ну а Евгений Евгеньевич хмуро продолжил:
— И это именно я попросил своего товарища Александра Ярославовича кое в чём меня проконсультировать. — Поднявшись на ноги, княжич продемонстрировал преподавателю свой телефон.
  
Мол, это он написал мне сейчас сообщение.
Ермолаев продолжил:
— Я попросил Александра Ярославовича отвлечься от учёбы вместе со мной. Но, уверяю вас, Дмитрий Архипович, наших с Александром Ярославовичей навыков, знаний и трудолюбия хватит на то, чтобы наверстать упущенное в учёбе. А теперь прошу нас простить, вынуждены откланяться.