Магическое фотоателье попаданки (СИ)

Свидание. С графом. С тем самым, которого мне порой хотелось прибить. А теперь он предлагает провести с ним день. Может, и правда стоит?
  
Глава 26
 
Дэвид ждал у двери, ровно в полдень, как и обещал. Без опозданий и показухи. Просто стоял, облокотившись о перила, и смотрел вдаль. Красивый, ухоженный, в дорогом сюртуке, словно принц из сказки. И даже карета имелась, разве что собирались мы не на бал.
  
Мне стало стыдно за собственный неказистый наряд: простое платье, нехитрая прическа, и даже украшений нет. Но было бы глупо, появившись таки перед ним, сдать назад.
Когда я вышла, мужчина молча протянул мне руку.
— Готова?
Я кивнула, стараясь не выдать, как громко бьется сердце.
Экипаж оказался красивым, но не вычурным — темное дерево, мягкие подушки, изнутри пахло свежей кожей и еле уловимо каким-то парфюмом. Ехали мы молча, но это не было неловким молчанием — просто мы оба наслаждались тишиной, разглядывая проплывающие мимо дома, скверы, прохожих.
— Ты сегодня прекрасна, — неожиданно вдруг заметил Дэвид, окинув меня внимательным взглядом.
Я промолчала, отчего-то жутко смущаясь. Вот же зараза, и зачем я только согласилась на это дурацкое свидание?
Центр города остался позади, экипаж свернул к окраине, и вскоре мы выехали в старый парк, тенистый и зеленый. В середине аллеи стояла небольшая старинная усадьба, окруженная ухоженным садом, а чуть поодаль — ажурная беседка, увитая растением с белыми цветами.
Там уже был накрыт стол: фарфоровая посуда, графин с вином, легкие закуски, фрукты и хрустящий хлеб.
— Это мой загородный дом, — пояснил он, помогая мне усесться. — Я здесь бываю редко. Но сегодня… показалось, что это будет подходящим местом.
Общаться с Дэвидом оказалось проще, чем я думала. У нас оказалось много общих тем и интересов, и он вел себя со мной абсолютно непринужденно. А я хоть поначалу напрягалась, но вскоре забылась, чувствуя себя почти как дома. Мы говорили обо всем: о фотографии, о травах, об алхимии, об экспериментах Зериуса и местной моде.
Оказалось, Мелтон знает много шуток, а еще смеется так, что в животе бабочки порхают.
Он не перебивал, не смотрел с высока. Просто был рядом. Внимательный. Настоящий.
— А твои коллеги, лорды и графини, не спросят, куда ты исчез? — поинтересовалась я, откусывая от пирожка.
— Спросят. И я скажу, что был там, где хотел быть.
Меня немного смутила серьезность в его голосе. Я отвела взгляд и сделала вид, что разглядываю сад.
Было хорошо. Слишком хорошо.
И именно поэтому я встала, собравшись домой. Иначе, кто знает, чем все закончится? Оно мне надо?
— Спасибо тебе. За все. Но мне, наверное, пора. У нас с Лией дела. И с Зериусом опять что-то алхимическое. Я не могу долго…
Дэвид тоже поднялся. Не стал останавливать. Только шагнул ближе.
— Подожди.
Я повернулась, уверенная, что он просто хочет проводить меня. А он вдруг поцеловал меня. Мягко, осторожно, будто проверяя границы дозволенного. И на мгновение мир вокруг исчез.
Губы мужчины оказались такими нежными и сладкими, что я сама ответила на поцелуй, углубляя его. А он лишь крепче прижал меня к себе, будто боялся, что я исчезну.
Не знаю, сколько мы так простояли, но когда он отстранился, я сразу отвела взгляд, не зная, что сказать. Вот что это сейчас было? И что с этим делать дальше? Где я и где он?
Мелтон заговорил первым:
— Гадаешь, небось, зачем ты мне?
Я медленно покачала головой.
Он коснулся пальцем моего запястья — осторожно, словно боялся спугнуть.
— Потому что ты — другая. Есть в тебе что-то живое… Настоящее. Ты не притворяешься. И не стараешься понравиться. Просто такая, как есть.
Я залилась краской от макушки до ключиц.
— Я не из твоего круга, Дэвид. И у меня, если честно, все еще сарай вместо мастерской. И нет ни кучи нарядов, ни титула.
Он усмехнулся.
— Вот именно поэтому ты мне нравишься. Хоть и раздражаешь иногда.
— Это взаимно, — фыркнула я, сама не зная, что именно имела в виду.
Подготовка к открытию ателье шла полным ходом.
Я волновалась до дрожи в коленях. Все время казалось, что что-то пойдет не так — линзы треснут, фотобумага испортится, или никто вообще не придет. Лия пыталась меня успокоить, но у самой на лице читалось, что она тоже переживает.
Дэвид же, к моему удивлению, появлялся все чаще. То рабочих приведет, то сам что-то прибьет или поднимет. И каждый раз — в этом своем идеально сидящем сюртуке, в котором, казалось, гвозди вбивать просто преступление.
Однажды он притащил огромный рулон ткани, чтобы я могла повесить фон. И, развернув его, зацепил рукой мой локоть. Я чуть не опрокинула на него банку с раствором. Он успел поймать — банку, а потом и меня. Мы застыли в каком-то нелепом положении: я прижата к нему, он держит меня за талию, и оба смотрим то ли в глаза, то ли мимо.
Я отшатнулась первой, чувствуя, что щеки горят.
— Спасибо, — буркнула себе под нос. — Могла бы и сама удержаться.
— Да? — прищурился он. — Судя по тому, как ты на меня упала, не могла бы.
— Я не упала! — вспыхнула я. — Это ты все…
— Я все? — он поднял бровь, и в этом вопросе было слишком много насмешки.
— Да! Ты постоянно тут! Мешаешь, отвлекаешь…
— Помогаю, — перебил он, подходя ближе.
— Иногда больше мешаешь! — я сделала шаг назад.
— Ты просто невыносима, — сказал он тихо, и глаза у него сверкнули так, что я на секунду потеряла дар речи.
А потом он шагнул вперед, схватил меня за талию и поцеловал. Не мягко и осторожно, как в тот раз, а горячо, раздраженно, словно хотел доказать что-то — и себе, и мне.
Я выдохнула, уцепившись за его сюртук, и только через несколько секунд спохватилась, что нужно… ну хотя бы отстраниться.
— Ты… — начала я, но голос сорвался. — Нас ведь могут увидеть!
— Я знаю, — хрипло ответил он, все еще держась так, будто боялся отпустить.
И, к моему ужасу и восторгу одновременно, я вовсе не спешила вырываться.
  
Глава 27
 
Я волновалась, как перед экзаменом.
Мастерская была готова, линзы настроены, свет выставлен, камера наготове, а фотобумага аккуратно уложена в ящике. Лия подмела пол дважды, я поправила вывеску три раза. Оставалось только ждать клиентов.
И когда я уже почти успела убедить себя, что никто не придет, они пришли.
Обычная семья. Мужчина — в поношенной рубахе, женщина — с усталостью в глазах и аккуратно заплетенной косой. И прячущаяся за спиной матери маленькая девочка лет шести, в туфельках с облезшими пряжками, с огромными глазами, полными страха вперемешку с любопытством.
— Простите, это… здесь можно сделать снимок?
Мужчина говорил тихо, будто боялся, что его прогонят. Я улыбнулась ему тепло и кивнула.
— Конечно. Заходите. Хотите — вместе, хотите — по отдельности. У меня как раз готово все.
Они переглянулись и сели на лавку втроем. Девочка прижалась к маме, мужчина несмело обнял жену. Я подняла камеру и жестом привлекла их внимание.
— Смотрите сюда. Не двигайтесь. Сейчас будет вспышка — не пугайтесь. Это просто свет.
Камера щелкнула, и девочка нервно дернулась. Ее же родители застыли, словно изваяния, боясь пошевелиться, пока я не разрешу.
— Все готово, — поспешила сказать им, и они ожили, глядя на меня, как на волшебницу.
Через минуту снимок медленно проявился в растворе. Я осторожно вытянула его, поднесла к свету, и показала им.
— Вот. Это вы.
Они смотрели долго, вертя фото в руках, словно никак не могли поверить в то, что видят свой портрет. А потом мужчина поднял на меня глаза, глядя с благодарностью, которую не нужно было объяснять словами.
  
— Мы никогда… не думали, что вот так… на бумаге… настоящие…
Смутившись, он потянулся к карману. Вынул пару медяков и сложил их в ладони.
— Мы не знаем, сколько это стоит. Вот, сколько есть. Мы, если что, потом донесем…