Чудный Нижний (СИ)

— Вот ты лучше не рассматривай этот вопрос с такой стороны, — попросил Лёха. — А то мне неуютно становится.
Старлей немного приободрился — он очень сильно переживал за родственников, а тут, вроде бы, вышли на финишную прямую. Скоро всё должно решиться, и девчонки вернутся домой.
Настроение у Ползункова было всё такое же радостное и безоблачное. Он очень обрадовался звонку Лёхи, был как всегда безукоризненно вежлив и приветлив. Старлей скинул ему координаты, в которых они встретятся — Валерка решил выбрать начало оврага, в котором повесилась та полонянка, чья смерть стала прологом для прихода беды в Умный город. Место приметное, а, главное, безлюдное — до города совсем недалеко, при этом на расстоянии прямой видимости нет даже человеческих построек. Хорошее место.
  
Валерка сводил Радея Тихославовича на тёмную сторону, тот опять отдал несколько распоряжений своим подчинённым, показал на карте координаты места, где нужно устроить засаду. Однако оставаться с ними не захотел, решил вернуться в верхний мир и проконтролировать процесс перехода фсбшников через границу лично, на всех этапах.
— Мало ли что случится? — мудро заметил поросёнок. — Всегда лучше быть в курсе событий. Как у вас говорят — держать руку на пульсе.
Оставшееся до ночи время Валерка провёл с Алисой. Он по ней ужасно соскучился, да и она тоже. Правда, поговорить не вышло — нашлись дела поинтересней. Кажется, он даже чересчур утомил девушку. Парень даже удивился откуда столько сил — это после недавних ранений! Раны уже затянулись, — Птицын всё никак не мог к этому привыкнуть, слишком быстро, — но обычно он после такого ещё долго испытывал недомогание. По идее, так должно было быть и теперь — глядя в зеркало парень видел, насколько сильно похудел. Однако на самочувствии эта худоба, на удивление, не сказывалась.
Машину оставили возле дороги, припарковав её возле давно закрытой кафешки на арзамасском направлении, а до оврага пришлось пройтись пешком. Во-первых, из-за конспирации — не хотелось лишний раз светиться в умном городе на своей машине — вдруг фсбшники всё-таки оставили слежку? Во-вторых, туда просто нет нормальной дороги, только грунтовка, ещё и изрядно заросшая и разбитая. Днём на ниве проехать можно, а вот ночью, в ненадёжном свете фар, легко съехать куда-нибудь в яму или, наоборот, наткнуться на неведомо кем и для чего оставленный бетонный блок и разбить радиатор.
Переводить на тёмную сторону Алису проводник по-прежнему не собирался, но отпускать его одного и даже в компании с Радеем Тихославовичем девушка отказалась наотрез, так что в овраг отправились втроём.
«И хорошо, что втроём, — подумал Птицын, когда они начали спускаться, — будь я один, перетрусил бы знатно».
Втроём тоже было очень страшно. Даже обычно совершенно безмятежный поросёнок притих и насторожился. Вроде бы нет никаких причин, чтобы бояться. Тихо. Справа и слева — склоны оврага, а между ними, среди куч какого-то мусора вьётся тропинка, неизвестно кем и когда оставленная. Даже асфальт кое-где встречается, то есть когда-то здесь была дорога. Зачем, для чего? Неясно. Просто дорога по дну оврага из ниоткуда в никуда. И всё-таки страшно. Может, как раз из-за того, что слишком тихо? Ночь, люди — далеко. Должны быть какие-то шорохи, фырканье — какая-то местная живность точно должна присутствовать, но нет. Только ветер шевелит травы на склонах, а внизу и вовсе ничего не нарушает спокойствия — только звук шагов незваных пришельцев.
— Как же здесь одиноко, — едва слышным шёпотом пробормотала Алиса. Она уже давно шла, вцепившись в руку Валерки, и тот был очень рад этому ощущению тёплой ладошки на своей руке — хоть что-то хорошее в средоточии тоски и безысходности. В какой-то момент девушка вдруг замерла и покрепче сжала руку Валерки. Тот тоже остановился.
— Что?
— Вон она! — прошептала девушка.
— Да кто?
— Ну, та лисичка, помнишь? Которая тут вчера ходила. Она меня почувствовала, и пришла! Валера, а давай, пожалуйста, её тоже переведём? Ей ведь плохо здесь, очень плохо. Это место не для неё. Тут повсюду люди, они забирают её территорию, убивают птиц, зайцев. Ей просто некуда деться! Она лисят хочет, но здесь даже мальчиков нет. Все либо ушли, либо уже умерли…
— Алис, да я не против, — прервал её Валерка. — Только как⁈ Я ж её даже не вижу!
— А я сейчас приведу!
— Милая Алиса, вы не забыли, что у нас здесь важное дело? — недовольно проворчал Радей Тихославович, но девушку уже было не остановить.
— Я быстренько! — прошептала яломиште, и выскользнула из одежды уже в лисьем виде. Мелькнула в траве и исчезла, а через минуту появились уже две лисы. Одна — явно очень боялась, прижималась к земле, и замирала, но после сердитого взлая второй всё-таки подошла поближе.
— Вот! — Алиса перекинулась обратно в человека, стоя за спиной Радея Тихославовича — чтобы не смущаться, и теперь торопливо одевалась. — Валера, переводи скорее, пока она окончательно не испугалась! Ей, бедной, очень-очень страшно.
Валерка послушался — перевёл на тёмную сторону лисицу, которая тут же исчезла, мелькнув где-то рыжим хвостом. На тёмной стороне здесь, поблизости, людей нет, и не будет ещё долго. Лисице здесь будет просторно и хорошо. А если вдруг все территории заняты — всегда можно уйти куда-нибудь ещё и найти место по душе — здесь ведь нет сетки дорог, по которым даже ночью носятся десятки и сотни машин. Сделать доброе дело для животинки оказалось очень приятно, а уж как Алиса радовалась! Даже тягостная атмосфера оврага как-то поблекла.
— Вот здесь мы, вроде бы, договорились, да? — спросил Птицын, когда они дошли до развилки. Овраг тут раздваивался — если посмотреть сверху, то похоже на язык змеи. Ну и дорожка тоже расходилась на две стороны.
— Здесь, — кивнула Алиса, — Вон, видишь кусты на склоне. Давай там спрячемся. Место хорошее, отсюда всё видно будет, а нас не заметят.
Место действительно оказалось довольно удобным. Валерка даже нашёл неизвестно как оказавшийся здесь деревянный поддон, так что расположились с удобством. Несмотря на гнетущую атмосферу парень начал засыпать. Так бы, может, и придремал, если бы Радей Тихославович не спросил:
— Валерий, а что это вы без Демьяна сегодня? Неужто разлад какой-то случился в ваших отношениях?
Птицын удивлённо выпучил глаза — хорошо, что спутники смотрели в сторону, откуда должны были появиться фсбшники с Лёхой, а то вышло бы неудобно, вид у него, должно быть, был дурацкий.
— Забыл, — честно признался парень. Вообще про Демьяна забыл. Сам не пойму, как так получилось.
— Нехорошо, — покачал головой Радей Тихославович. — Надо бы не забыть вас проверить на внешнее влияние. У вас, конечно, дивная сопротивляемость, этого не отнимешь, но, говорят, даже ведуна можно было заморочить при желании… — и покосился этак хитро на Валерку.
— А кто такие ведуны? — наивно спросил Птицын. — А то слышал пару раз упоминания, а кто такие — никто так и не объяснил.
— И я не объясню, — хмыкнул Радей Тихославович. — Были во времена оны интересные существа, да все вышли. Предки наши очень вольно распоряжались жизнями не только отдельных индивидов, но и целых народов — как по мне, даже чересчур вольно. Но то дела давно минувших дней, нет больше ведунов. Хотя я могу и ошибаться — мало ли, как оно в жизни бывает? Может, и сохранился кто.
«Точно, догадался, — понял Валерка. — Или, как минимум, предполагает. Но, судя по тону, особо против ведунов он ничего не имеет… или, может, бдительность так усыпляет?»
Сон после неудобных намёков Радея Тихославовича улетучился, как не было, и до самого появления Лёхи с фсбшниками парень просидел как на иголках. А уж когда увидел компанию, которая двигалась по оврагу, Валерка и вовсе вспотел. Компания оказалась гораздо более многолюдной, чем они ждали. Фсбшники взяли с собой охрану, и внушительную! Восемь крупных мужиков с автоматами. И от былой вежливости Весельчака У и Глота не осталось и следа. Ольга с матерью были здесь — их вели под дулами автоматов. Девочка что-то угрожающе говорила — с такого расстояния расслышать не получалось, слишком далеко. Однако угрозы ребёнка на сопровождающих явно не оказывали никакого впечатления. Лёху тоже вели под конвоем. Не дёрнешься.