Чудный Нижний (СИ)

— Что-то эти господа очень мало похожи на государственных служащих, — пробормотал Радей Тихославович. — Хотя бы тем, что одеты не по форме. Я понимаю, руководители. Даже, допустим, это секретная служба, в которой и рядовые сотрудники ходят в штатском. Но оружие-то у них должно быть одинаковое! А здесь, как будто трофеи какие-то, а то и вовсе — украдено где-то! Не нравится мне это. Что-то с этой охранкой сильно не так!
  
Валерка присмотрелся, и кивнул — действительно, оружие уж больно разное у «сотрудников». А ещё — не похожи они на госслужащих. Больше на каких-нибудь быков из девяностых.
«Ряженые? Но ведь Лёха говорил — ксивы настоящие, проверяли. Что-то с ними сильно не в порядке!»
Группа путешественников между мирами, вольных и невольных, между тем, уже приблизилась достаточно, чтобы можно было расслышать разговоры.
— Алексей Романович, вы испытываете моё терпение, — сказал Ползунков. — По нашим данным, мы сейчас даже удаляемся от истончённой границы. У меня возникает подозрение, что вы пытаетесь тянуть время. Мы с вами так не договаривались.
— Мы не договаривались, что вы будете моих родных под дулом автомата таскать. И не договаривались, что вы станете их как заложников использовать.
— Ох уж эта привычка делать хорошую мину при плохой игре! — посетовал Ползунков. — Ну вы ведь прекрасно понимаете, что уже проиграли! Да, я вас обманул. Ну и что с того? У вас был шанс что-то в этой связи предпринять. Как-то подготовиться. А вы, как последний дурак, извините уж, припёрлись один честно выполнять обязательства, которые вам навязали силой. Меня всегда возмущало такое поведение! Это как евреи, которых в Великую Отечественную на расстрел вели. Тоже предпочитали верить обещаниям, вместо того, чтобы попытаться хоть немного сопротивляться. Вот и вы такой же. Ну ведь видите же уже, что никто не станет с вами церемониться, а всё продолжаете уповать на честность дракона, который вас ко рту поднёс. Смиритесь уже, Алексей. Имейте смелость хотя бы принять тот факт, что вы — проиграли, и теперь будете мне служить. И ведь я прекрасно понимаю, что вы можете от меня сбежать в любой момент. Единственное, что вас держит — это вот эти девочки. Да уж… фактически чужие люди. Не жена, не дочь, а вы трусите даже признаться себе, что вам на них наплевать. И за свои заблуждения готовы даже лишиться свободы. Сколько живу на свете — не перестаю удивляться человечьей натуре. Страх, глупость, и ненависть — три главных побудительных мотива действовать. Смешно.
Валерка решил, что достаточно наслушался пакостей. Этот Ползунков, судя по рассуждениям — редкая сволочь. Парень глянул на Радея Тихославовича. На мордочке поросёнка было написано сомнение, однако тот всё же кивнул, и прошептал:
— Как договаривались.
Валерка прикрыл глаза. Сосредоточиться было сложно — очень уж нетипичная ситуация. Мало того, что на тёмную сторону нужно перевести не всех, кто собрался в овраге, так ещё и расстояние до основной группы довольно большое. Ко всему прочему сам Птицын никуда не двигается, а это непривычно. Всё вместе складывалось в ситуацию сложную, и неудобную. Проводник мысленно отметил тех, кого нужно захватить с собой. Весельчак У, Глот, и десяток быков с автоматами как привет из девяностых, ей богу! И ещё — Радей Тихославович. А вот остальные должны остаться здесь.
Пришлось напрячься. Вот-вот, сейчас. Валерка сосредоточился, почувствовал, как мир начал разделяться надвое…
И вдруг закричал Радей Тихославович:
— Князь, остановись, не надо!
Но было поздно. Они уже были в овраге, только уже совсем другом. И в другом составе.
Голос Радея Тихославовича был полон настоящей паники. Однако предупреждение явно запоздало, и чиновник охранки это понял. Судорожно выхватил из кармана своей хламиды какой-то амулет, закричал:
— Огонь по толстому! Всем!
Тут же бросил амулет, выхватил другой, что-то прошептал. В сторону Весельчака У полетела сеть, светящаяся призрачным голубоватым светом. Со склонов оврага, даже рядом, раздались выстрелы. Валерка сначала испугался от неожиданности — стреляли совсем рядом — а потом удивился. Жидковато звучит. Слишком мало тут народа. Зато в ответ раздались автоматные очереди — подчинённые Ползункова оправились от неожиданной смены обстановки и тоже начали стрелять. У них выходило гораздо внушительнее.
Толстяк хищным, едва уловимым движением ускользнул от сети. На стрельбу он и вовсе внимания не обратил. Валерка видел, как пули рвут его дорогой костюм, но самому Ползункову пули явно не вредили.
— Алиса, миленькая, ударьте пламенем, молю вас! — попросил Радей Тихославович.
«Откуда тут Алиса⁈»
Валерка вспомнил, как кто-то схватил его за руку, прямо во время переноса. Точно, Алиса. Девушка вдруг покрылась пламенем и ударила туда, вниз. Почти успела — толстяк в последний момент вдруг выскользнул из своих одёжек, и заскользил вверх по противоположному склону оврага. Пламя всё-таки достало огромного змея, тот закричал страдальчески, но, казалось, боль только придала ему сил. Длинное толстое тело зазмеилось ещё быстрее и следующий удар Алисы прошёл мимо. А потом бывший Ползунков выскользнул из оврага, и надежда его сжечь угасла окончательно. Спутники огромного змея сгорели, но, судя по страдальческому стону Радея Тихославовича, его это совершенно не успокаивало.
— Дурак! Клинический идиот! Это надо же так опростоволоситься.
— Мы можем его догнать! — запальчиво воскликнула Алиса, но поросёнок только расстроенно махнул лапкой.
— Бесполезно. Эта тварь очень шустрая. И я сам привёл его сюда, вот в чём штука!
— Аспид! — наконец-то догадался Валерка. — Это тот самый Аспид, про которого вы говорили!
— Да, князь, именно так! Я сам привёл эту тварь! И теперь поймать его будет намного, намного сложнее! Ох, какой позор! Какой позор! Будь я каким-нибудь ниппонским самураем — оставалось бы только совершить ритуальное самоубийство! Ведь я готовился. Искал его! Даже нашёл старое логово. Думал — всё, вскоре найду. И почему-то даже не предположил, что он может замаскироваться! Какая же зашоренность сознания! Кто мог предположить, что эта тварь сам устроится в охранку, пусть и верхнего мира⁈ Я! Должен был!
Как выяснилось, то, что Аспида отпустили — это ещё не последняя неприятная новость на сегодня. Среди подчинённых Радея Тихославовича были потери. — Три сотрудника оказались убиты. Люди Аспида, несмотря на несерьёзный вид, оказались неплохими стрелками. И даже защита не помогла. Осмотрев одно из тел, Радей Тихославович достал пулю.
— Оболочка из серебра. Он действительно подготовился. И гораздо лучше, чем я.
— И что теперь будет? — спросил Птицын.
— Теперь мне предстоит очень много работы. Возможно, я так же буду вынужден обратиться к вам за помощью, но не сразу. А впрочем… Валерий, не могли бы вы перегнать сюда свой автомобиль? Сейчас каждая минута на счету. Здесь совсем неподалёку тракт, думаю мы сможем до него добраться.
Валерка только кивнул. Ему было неприятно, что он привёл на тёмную сторону кого-то совершенно здесь нежеланного. Радей Тихославович ни словом не обмолвился, что как-то винит проводника. Птицын и не думал, что тут есть его вина, если только косвенная.
Лёха с девочками был всё ещё в овраге. Специально дожидались Валерку. Наверное, хотели расспросить, но проводнику было некогда:
— Ребят, потом всё, ладно? Лёш, у тебя ведь машина тут недалеко?
— Ну да, в Умном городе.
— Отвезёшь девчонок, а потом я, как вернусь, всё расскажу. У нас тут накладка вышла… короче, потом расскажу.
  
До своей машины, которая оставалась у арзамасской трассы Валерка добежал за рекордное время. Наконец-то получилось ускориться не в стрессовой ситуации, а просто по желанию — даже удивительно, как легко это получилось.
  
Глава 12
 
Валерка собирается воевать
 
До тракта Валерка добрался по верхнему миру, и почти не промахнулся. После того, как оказался на тёмной стороне, по бездорожью пришлось проехать всего метров пятьдесят, и он оказался на дороге. Транспорт, на котором прибыли подчинённые Радея Тихославовича послужил ориентиром — повозка, запряжённая лошадьми, стояла посреди дороги, и даже несмотря на ночное время разглядеть её было несложно. Напугав своим появлением кучера, Птицын с завыванием мотора вывернул на дорогу, и побежал помогать друзьям — они с грузом двести до тракта к тому времени, конечно, дойти не успели.