Гули (ЛП)

Теперь сон просочился в него. Он знал, что должен сделать. Он повернулся к кровати и посмотрел на то, что там лежало.
- Это Вики, - прошептал он в темноту. - Я знаю, что это так. Стоукс убил ее.
Дрожащими пальцами он коснулся металлического язычка молнии. Он снова услышал безумное, быстрое тиканье, которое слышал ранее в кабинете. С легким скрипом молния плавно разошлась, и края мешка раздвинулись.
  
- Пожалуйста, не будь Вики, - сказал он.
Он посветил фонариком внутрь мешка.
Но это была совсем не Вики. Серое, мертвое лицо, смотревшее на него, было его собственным.
* * *
Курт почувствовал себя перенесенным через слои другого измерения. Стремительное движение потрясло его, грозя разорвать на части; но затем, когда скорость увеличилась, его сознание всплыло, словно из озера ила.
Внезапно возникло лицо. Оно было маленьким. Он услышал:
- Курт! Курт!
И понял, что это лицо принадлежит Мелиссе. Настоящей Мелиссе. Наконец-то кошмар закончился.
- Теперь ты можешь перестать меня трясти, - сказал он. Он не знал, то ли обнять ее, то ли пнуть в зад. Он лежал на кровати, как будто его сбросили с огромной высоты. - Я проснулся, или, по крайней мере, лучше бы это было так.
- Что случилось?
- Настоящий ночной кошмар, вот и все.
Мелисса присела на корточки у кровати. Он почувствовал облегчение: на ней была пижама, а не ночная рубашка из его сна. И он был рад увидеть, что у нее во рту не было сигареты.
- Держу пари, все слышали тебя отсюда до самого Боуи, - сказала она ему.
- Что?
- Ты кричал.
- Да ладно, я не кричал.
- Ты кричал, как будто тебя режут. Я чуть не побоялась войти. Звук был такой, будто кто-то проделывал с тобой номер с паяльной лампой.
Курт отказывался в это верить.
- Я не кричал - мужчины не кричат. Ты лжешь, как обычно.
- Верь во что хочешь, - теперь она хихикала над ним. - Я же говорила, что от этих мексиканских ужинов по телевизору тебе снятся кошмары. Но ты меня слушаешь?
- Который час?
- Уже больше двух, - поморщившись, она посмотрела на свои руки и вытерла их о пижаму. - Отвратительно. Ты весь липкий.
- Я, наверное, похудел на десять фунтов, потея.
ТУК, ТУК, ТУК...
Курт и Мелисса посмотрели друг на друга.
- Кто-то стучит в дверь,- прошептала она.
Это было уже слишком, слишком рано. Грохот был тот же самый.
- Будь добра и... - но он резко остановился. Он не стал пересказывать свой сон дословно. - Иди посмотри, кто там, - сказал он.
- Ни за что. Я не открою дверь в пижаме.
- Пожалуйста. В качестве личного одолжения, просто открой дверь. Я дам тебе доллар.
- Забудь об этом. Только псих стучится в двери в такой час. Это может быть какой-нибудь сбежавший из больницы Святой Елизаветы... Это может быть Хинкли.
- Это ты псих, - заключил он. - Я надеюсь, что это аист, который прилетел, чтобы забрать тебя обратно.
Она взволнованно схватила его за плечо.
- Но это может быть один из вампиров!
Курт встал с кровати.
- А делают вообще пробки достаточно большие, чтобы они помещались в рот? - он направился в холл.
- Ты же не собираешься открывать дверь в одних трусах, не так ли?
- А почему я не должен? Это не папа римский и не президент. Они приходили на прошлой неделе, не так ли?
- С чего ты это взял?
- А с чего ты взяла? - спросил он. В руке у него был служебный револьвер; он взял его с ночного столика, даже не осознавая этого. - Импульсивно, моя дорогая. Если бы тебе приснился тот сон, который только что приснился мне, ты бы поняла.
Курт вышел и спустился по лестнице, думая, что смешнее, чем мужчина, спускающийся по лестнице в нижнем белье, может быть только мужчина, спускающийся по лестнице в нижнем белье с пистолетом.
В холле он держал пистолет за спиной. Сквозь трусы он почувствовал холод стали. Он приоткрыл дверь и поник.
Вошел шеф Бард. В руках у него был большой стакан кофе, который он брал с собой на вынос, а одет он был так, словно в этом спал.
- Не наряжайся из-за меня, - сказал он.
- Извините, шеф. Если бы я знал, что это вы, я бы надел пижаму в горошек.
- Прекрати ныть и приведи в порядок свою подвешенную задницу. Нам нужно поторопиться.
- Поторопиться? - сказал Курт. - Куда?
- В главное управление Южного округа. Мы встречаемся с Гленом в морге.
- Какого черта?
- Я не знаю. Этот придурок звонил мне некоторое время назад и сказал, что нашел кое-что в Белло-Вудс.
- Черт, шеф. Я не хочу идти в морг.
- Ну, ты все равно пойдешь, - сказал Бард. Это уже было решено. - Будь я проклят, если пойду туда один в такой час.
Курт понял, что у него нет выбора. Бросить вызов Барду было равносильно вызову царю Нептуну.
- Дайте-ка я оденусь.
- Ты можешь ходить голышом, мне все равно. Только поторопись, черт возьми.
Курт поплелся обратно наверх. Мелисса напряженно застыла в ожидании.
- Возьми и меня, Курт, - взмолилась она. - Пожалуйста.
- Единственное, куда ты пойдешь, - это в постель.
- Да ладно тебе.
- Уйди с дороги, тараканья морда.
- Я хочу в морг!
- Ты отвратительное маленькое животное, - сообщил он ей. Он толкнул дверь и оделся. - Я засуну тебя в бачок унитаза, если ты не заткнешься и не пойдешь спать!
Это было так, но пойдет ли она на самом деле? Он сунул свой 22-й в карман брюк, после чего спустился вниз и ушел вместе с Бардом. Мелисса, как двенадцатилетняя девочка, изо всех сил хлопнула за ними дверью.
Они поехали на большом "Т-берде" Барда. Когда они свернули с шоссе 154, начался небольшой дождь. Ветровое стекло запотело, и шоссе заблестело, как масло.
- Где Хиггинс? - спросил Курт.
Бард нахмурился.
- Он работает в твою смену, помнишь?
- О, верно.
Курт рассказал шефу о своем сне, надеясь изгнать его из памяти. Бард громко рассмеялся над ним, что уменьшило остроту его впечатления, и это помогло.
- Не расстраивайся, - сказал Бард, словно желая утешить. - Ночные кошмары - это профессиональный риск для копов, это проклятие, которое приходит вместе с работой. Однажды мне приснилось, что я в постели с самой красивой блондинкой, которую я когда-либо видел. Я имею в виду, что эта девушка была настолько красива, что рядом с ней Мэрилин Монро выглядела бы как прыщи на члене гориллы. И эта телка напрашивается на это, верно? Она умоляет меня позволить ей заняться сексом с помощью шланга, но в процессе я узнаю, что у нее две вагины. Одна была слишком маленькой, чтобы я мог вставить в нее шланг, а другая была полна гравия. Я бы с удовольствием послушал, что скажет по этому поводу психиатр.
Курт поморщился.
- Так что за цыпочка говорила по телефону? - спросил Бард.
- Не понимаю.
- А как насчет того тощего чувака, который оставил мешок для трупов на кровати?
У Курта перехватило горло.
- Сваггерт, я думаю.
После этого воцарилась тишина. Бард опустил стекло и сплюнул, возможно, не желая показывать, что тема Дуга Сваггерта вызывает беспокойство. По дороге он сказал:
- Это страх.
- Что именно?
- Тот сон, который тебе приснился. Ночной кошмар. Это страх, связанный с работой, страх перед насильственной смертью, страх перед неизвестностью. Вот что сказал бы тебе психиатр.
Курт улыбнулся.
- С каких это пор вы стали психиатром?
- Эй, в старших классах я как-то посещал занятия по психологии. Я знаю об этих вещах. В страхе нет ничего постыдного, это нормально для наших коллег. В наши дни полицейский был бы сумасшедшим, если бы не боялся.
- Я не боюсь смерти, - сказал Курт. - Просто потому, что у меня нет намерения умирать в ближайшее время.
  
- Сознательно ты этого не делаешь. Но сны бывают неосознанными. Это ясно как божий день, я тебя не виню. Ты боишься, что узнаешь, что случилось со Сваггертом, и боишься, что когда узнаешь, будет слишком поздно.