Только не это! (СИ)
— Хотя бы потому, что это будет бессмысленно.
— Ну-ну, — Майло прожевался. — То есть, Всезнайке Иви позволено больше, чем остальным? Додумалась выбрать самого противного парня во всей Академии! Хуже только Конан, однако его ты тоже не прошла стороной. Нас с Лёвой не провести. Ингрэй тебе нравится!
Мои щёки моментально сравнялись с цветом волос. Захотелось оправдаться, но какой толк в словах, если Халявщик прав?
— Когда мы выполним задание и принесём славу нашему Императору, долгой ему жизни, моё наваждение пройдёт. А твоё?
Майло не ответил.
Остаток завтрака прошёл в гнетущем молчании. Мы с Майло время от времени бросали друг на друга тяжёлые взгляды, а Лёва задумчиво изучал содержимое своих тарелок. Его что-то сильно заботило, но поделиться проблемой с нами он так и не решился.
На занятия по «контролю сил» шли безо всякого настроения. Поскорее бы разделаться с учёбой и продолжить поиски зеркала. Достало.
Иви…
За пару метров до дверей аудитории я затылком почувствовала присутствие потусторонней силы. Могильный холод перекрыл мягкое тепло солнечных лучей, льющееся из огромных окон. Майло и Лёва тоже его ощутили. Для других ребят он похож на лёгкий порыв ветра или сработавшую неподалёку руну заморозки. Отличить, конечно, можно, но это знание приходит с опытом жизни бок о бок.
— Явился, — недовольно пробормотал Майло, узнав ауру нашего подземного знакомца. — Совсем страх потерял, хмырь сгнивший, в люди вышел при свете солнца. Эй, Иви, ты уверена, что он полностью подчиняется тебе?
В ответ на дерзость невидимая рука сдёрнула с его плеча сумку и отбросила её вперёд по коридору.
— Хмырь, — с чувством повторил недооборотень, складывая пальцы в руне призыва. Через секунду сумка на скорости влетела ему в грудь, едва не сбив с ног. Слишком много силы вложил в простенькое заклятие. Тем не менее, он прав — в этот раз призрак даже не побеспокоился о конспирации.
Ты дала мне обещание. Время его исполнить, — прошелестел голос у меня в голове. Дрожь невольного отвращения пробежала по позвоночнику. Даже мертвяки приятнее, их можно уничтожить.
— Что именно я должна для тебя сделать?
Не многое. Оставь своих друзей здесь, а сама вернись туда, где была заключена сделка. Там ты возьмёшь тело, коим я владел при жизни, и проведёшь ритуал полного упокоения моей силы в вечности. Отныне я не желаю бегать по поручениям неопытных ведьм, изображая ищейку. Идём сейчас.
— Мне не знаком такой ритуал
Я тебя научу, неумёха, — нетерпеливо ответил призрак и вновь растворился между мирами, о чём подсказало вернувшееся тепло.
К дрожи отвращения добавились нехорошие предчувствия. Жители потустороннего мира всегда просят странные вещи, но ещё ни разу я не слышала о том, что призрака можно «убить».
— Чего он потребовал?
— Упокоить его в вечности или что-то типа того. Сказал, объяснит на месте.
— Ты ему веришь? — спросил Майло.
— А сам как думаешь? На свете не осталось дураков, способных поверить призраку, даже связанному сделкой. Не возражаешь, если я возьму свечу и нож твоей бабули?
Майло без лишних слов протянул мне ключ от комнаты.
— В чемодане Затасски на самом дне. Свечу не экономь, с бабулей я как-нибудь разберусь.
— Спасибо.
Надеюсь, артефакты не пригодятся по назначению. Разборки в клане Повешенных волков жёсткие, а бабуля (даром, что человек) ещё посвирепее иных волчиц будет — звание жены покойного вождя обязывает. Майло итак нехило рискует.
— Хочешь, мы пойдём с тобой? — внезапно для самого себя предложил Лёва. Голос звучал неуверенно, но настрой серьёзный.
— Не нужно. Призрак просил оставить вас здесь.
— Да мало ли чего он просил, — Майло поддержал идею Лёвы.
— Я справлюсь с ним, не волнуйтесь.
Чтобы избавить друзей от тревоги, демонстративно хрустнула суставами пальцев и постаралась выглядеть как можно увереннее. Я дочь Силлага Чернокнижника, в моём словаре нет слова «боюсь». В конце концов призрак сам оставил мне лазейку, когда отметил на карте места, где может находиться зеркало, вместо того, чтобы искать его самолично. Значит, я тоже не обязана беспрекословно следовать договорённостям. Тёмные не играют по правилам.
Громкий звонок возвестил о начале урока, и понурые студенты без особого на то энтузиазма поспешили в аудиторию. Похоже, «контроль сил» не самая весёлая дисциплина, она даже звучит скучно. Через минуту мы остались совершенно одни посреди широкого коридора.
— Не вернусь к обеду, отомстите за меня в полную силу.
— Так, что Академия рухнет.
Парни явно не пришли в восторг от ситуации, но выбора нет.
— Долгой жизни Тёмному Императору!
— Долгой жизни!
Мы ударили по рукам. Друзья отправились на урок, а я обратно в башню, пока профессор не подошла. Не хотелось объясняться с ней, почему я не считаю её занятие настолько важным, что не могу отложить личные дела на потом. Конфронтации с учителями совсем не мой конёк.
***
Академия Света со звонком не вымирает. У многих курсов окна между занятиями, блуждания ещё одной студентки по коридорам ни у кого не вызвали вопросов. Но на всякий случай я старалась избегать случайных встреч. Волосы у меня больно приметные, а сейчас чужое внимание совсем не кстати.
Стараться-то старалась, но в мире не без подлостей.
Когда выходила из спальни друзей, за спиной неожиданно раздался голос:
— Прогуливаешь «контроль»?
Едва не запустила в его обладателя электрической руной, да вовремя узнала интонации Ингрэя. Медленно выдохнув, я стряхнула искры с пальцев, сдвинула сумочку со свечой вбок и только тогда повернулась.
— Следишь за мной?
— Если даже так, то у меня есть на это право, дарованное самим ректором. — Парень подошёл ближе и оставлять меня в покое, по всей видимости, не собирался. — И по «контролю сил» зачёт автоматом, что тоже не лишнее.
— Молодец, так держать!
— Кого ищем в мужском крыле? Конана?
— Возможно.
— Разве не знаешь, что он предпочитает гулять в женском?
— Спасибо за наводку, — дежурно улыбнулась ему и направилась в сторону общей гостиной. Ингрэй следом. — Хочешь проводить меня?
— Нам по пути.
— Дай догадаюсь: Фелисити ищешь? В этот раз она точно не будет против твоей компании, блондинке нынче не до выбора. Её репутация роковой женщины стремительно падает, если упустит тебя, сядет на скамейку запасных рядом с Конаном.
Ингрэй не стал обижаться на шпильку.
— Неужели ревнуешь?
Мысленно напомнила себе, что ссориться с ним нельзя — он слишком много знает. Но чтобы не узнал ещё больше, от него срочно нужно отделаться.
— А какой ответ избавит меня от твоего общества?
Резко остановилась и посмотрела прямо в глаза Ингрэю. В их серой глубине вспыхивали искры, отдающиеся манящим теплом в груди. Это ведь когда-нибудь закончится? Если да, то пусть поскорее. Надоело чувствовать себя такой уязвимой и зависимой от присутствия этого человека рядом.
— Значит, ревнуешь.
— Значит, не ревную. Мне незачем ревновать тебя ни к Фелисити, ни к любой другой девушке. На самом деле весь мой интерес объясним любопытством дочери Чернокнижника к сыну того, кто его изловил. Мало ли нам с тобой тоже однажды придётся выяснять отношения на поле боя? История имеет привычку повторяться.
С трудом проигнорировав притягательное наваждение, быстро зашагала вперёд по коридору. Время уходит, а до купальни ещё идти и идти.
— Правильно, ревновать не надо. — Ингрэй догнал меня в момент. — Оставим Фел и Конана в покое.
— Я тебя не понимаю, — честно созналась за неимением других мыслей в голове, — но заменой Фелисити быть не хочу.
— Да причём тут она?
— Список будет длин…
Ингрэй схватил меня за плечи и развернул на себя, заставив потрясённо замолкнуть на полуслове. Такое же сосредоточенное выражение на его лице я видела в полуразрушенном доме, где мы подрались.
— Всё дело в тебе, Иви. Исключительно в тебе.