Только не это! (СИ)
— Только не говори, что ты о себе, — красивое личико блондинки исказила гримаса отвращения. — Не поверю ни разу.
Я хохотнула с долей удовольствия:
— Должно быть, ты теряешь привлекательность. Упустила второго поклонника меньше, чем за одну неделю! Ладно Конан, он всего лишь инкуб каких много, но Ингрэй самый сильный студент пятого курса Защитной магии. Где найдёшь ему замену?
Бросив на меня злой взгляд Фелисити надменно вздёрнула подбородок. Отрицать очевидное бесполезно — её популярности нанесён ущерб. Ослепительно красивая девушка без достойных поклонников всё равно, что бриллиант без огранки.
— Знай своё место, чародейка! Ты и в подмётки мне не годишься.
— Хочешь поспорить? — Я в момент подскочила к ней и вызывающе упёрла руки в бока. В голову ударил азарт, восставший из злости и самоуверенности тёмного. Я Иви Всезнайка, дочь Силлага Чернокнижника. Я лучшая! — Устроим ещё одну ученическую дуэль по алхимии.
— Фи, никакого разнообразия, — Фелисити надула пухлые алые губы. — Моё предложение лучше. Поспорим на исход завтрашнего финала по баскетболу на драконах.
— Зачем на него спорить? В команду «Боевых фениксов» вошёл мой друг, конечно они выиграют.
— Сильно сомневаюсь. Я поставлю на «Стальных ящеров» с факультета Элементалистики. Рискнёшь поспорить?
Интересное предложение. Рисковое, но интересное. Довериться фактору случайности очень в духе тех, кто до сих пор верит в астрологию.
— Спорим. Та из нас, кто проиграет, публично признает превосходство другой и заткнётся.
— Договорились.
С напускными гримасами отвращения мы пожали друг другу руки и поспешили на завтрак.
Друзья встретили меня на полпути в столовую. Мы не виделись со вчерашней тренировки, каждому нашлось что рассказать. Лёва оставался на стадионе с «Боевыми фениксами» до самого отбоя, Майло гулял с Марленой, а я траванулась печеньями тролля-привратника и остаток дня не выходила из своей комнаты.
Столовую быстро заполнили радостно галдящие студенты, которым не надо беспокоиться о том, что Варлоу снимет с них шкуру, если артефакт не будет разбит в ближайшие два дня. Они болтали о завтрашнем финальном матче, сокрушаясь, что Ливси не отменил занятия, и подшучивали над подозрительно выглядящими булочками. Если повезёт, профессора не заметят нас в такой толкучке и не станут портить аппетит своими подозрительными лицами.
Пока мы стояли с подносами у раздаточной стойки, я заметила Фелисити. Поймав мой взгляд, она холодно улыбнулась, прошла мимо своих подруг и демонстративно подсела за столик к Ингрэю. Подхватила светлого под руку, прильнула к нему всем своим стройным телом и что-то зашептала на ухо. Пытается доказать всем вокруг, что всё ещё королева? Ну-ну.
— Иви? — Лёва осторожно позвал меня.
— Что?
— У тебя такой взгляд, будто ты задумала убийство.
— Всё в порядке. Бери свою овсянку и пойдём.
Со злостью отвернулась от парочки. В груди стянулся ком из неприятных чувств непередаваемого оттенка. Руки так и чесались схватить Фелисити за её платиновые волосы и оттащить подальше. Противно даже представить, как Ингрэй будет её целовать. А ведь будет! Хотя чего это я завелась? Он мне ничего не обещал и тем более не должен. Не после вчерашнего.
— В подвалах кухни пусто, — поведал Майло, как только мы устроились за нашим излюбленным столиком. — Никаких зеркал. Нет даже полированных крышек от кастрюль. Фигня полная.
Мои вести тоже не порадовали:
— У тролля в башне тоже голяк. Зря только давилась его печеньями половину вечера. — Я протяжно вздохнула. Привратник так обрадовался гостье, что вытащил из закромов сладости своей родины и вынудил меня попробовать их все. Какая же они гадость! Можно долго отрицать, но тёмные готовить не умеют. — А что под ареной стадиона? Лёва?
Лёва молчал. Молчал и ковырялся в тарелке с таким мрачным видом, будто Варлоу удалось выбраться из котла с маслом.
Почти минуту мы смотрели на друга, пока у Халявщика не кончилось терпение:
— Лёва, приём!
— Там ничего нет, — не поднимая глаз ответил Неженка. Оказывается, он прекрасно нас слышал.
— Точно?
— Да, я всё осмотрел.
Я придвинулась к нему поближе:
— Команда тебя не обидела?
— Нет.
— Переживаешь, что придётся играть перед тысячей человек? — предположил Майло. — Если так, то плюнь на матч! Завтра вечером мы всё равно отсюда свалим.
— Но лучше всё-таки не плевать, — поспешно вставила я. Без Лёвы «Боевые фениксы» ни за что не выиграют, а не выиграют они — не выиграю я. Это ужасно эгоистично с моей стороны, но очень не хотелось уходить из Академии в статусе проигравшей.
— Нет, дело не в этом… — Лёва замялся с ответом. — Я хочу играть, мне понравились баскетбол, драконы, команда, а вчерашняя тренировка была одним из самых ярких эпизодов в моей жизни, без шуток. Незнакомые люди поверили в меня. Не знаю, как объяснить… Ладно, — он глубоко вздохнул. — Я не хочу возвращаться в Резервацию.
Вилка из моей руки выпала на пол, Майло замер с поднесённой ко рту сосиской. Не скрою, мы думали о том же самом, но произнести подобное вслух?
— Могу повторить, — буркнул Лёва.
— Спасибо, с первого раза услышали.
Ну и номер! После его откровения мои слова уже не покажутся чересчур мрачными, хотя совершенно точно не облегчат положение.
— Парни, мне нужно сообщить вам сразу две плохие новости. Первая: Ингрэй знает, кто мы такие…
— Что?!
— Как?!
— Детали не важны, главное, что он нас не сдаст, — поспешила успокоить друзей. — Я с ним договорилась, не волнуйтесь.
— Вот хрень!
— Побереги это словечко для второй новости, она много хуже первой. В общем, ректор приказал Ингрэю следить за нами, так что обыскиваем последнее оставшееся место, забираем зеркало и прости-прощай, Академия.
— Откуда знаешь? Ингрэй тебе признался? — спросил Лёва.
— Он самый.
— Зачем?
— Пойди, пойми этих светлых, — отмахнулась я. — Давайте не будем о неприятностях.
— А разве у нас есть другие темы для разговора?
— Почему нет? Например, вы. Как хотите провести оставшееся время в логове светлых?
— Вообще-то, кое-какие мысли есть, — задумчиво протянул Майло. — Иви, вот у тебя было свидание… — он замялся и продолжил только после того, как выпил весь стакан ягодного сока. — Свидание, значит, у тебя было. Что вы с Конаном на нём делали?
Интересный вопрос! Ответ на него никому не следует знать, уж лучше совру.
Припомнив, что написано в украденной из библиотеки брошюрке, я наигранно равнодушно пожала плечом:
— Гуляли, нюхали цветы и слушали пение птиц, ели конфеты, Конан шутил, а я смеялась, вот и всё. Скука смертная, никому не советую.
Лёва многозначительно выгнул бровь:
— А в какой части «скуки смертной» ты поцеловалась с Ингрэ-э… не с Конаном? «Решил в конспиратора поиграть?» — влез альтер-эго. — «Как будто вчера ты уже не проболтался Майло перед сном». Ну зачем ты? Тебя же не спрашивали! «И что? Я сейчас тебя сдам, это будет много хуже». Не… не надо.
Прозвучавшая прямолинейность вынудила меня смущённо уткнуться в тарелку. Способность Неженки замечать неприметное и сопоставлять факты, как кусочки разрезанной картинки, по-настоящему пугает. Как? Вот как он узнал, с кем именно я испортила своё первое свидание?
— С чего вдруг такой интерес к свиданиям, Майло? — я поспешила перевести тему.
— Хочу пригласить Марлену сегодня вечером.
Мои брови поползли вверх. Ничего себе, как далеко они зашли! Их свидание не чета тому, что было у меня с Конаном, у них оно самое настоящее. С поцелуями, от которых кружится голова, и робкими признаниями. Мне это не понравилось. Будь девушка тёмной, я бы и слова не сказала, но о чём Майло думал, привязываясь к светлой в существующих обстоятельствах?
А я о чём думала?..
— Значит, кладовку завхоза ты обыскивать не собираешься?
— Вечер понятие растяжимое. — Халявщик невозмутимо затолкал в рот сразу весь кексик. — Пофему, софстфенно, я не мофу её прифлафить?