Лавка сладостей на Сумеречной аллее

«Вряд ли виноват конкретный сотрудник. Просто иногда случаются неудачные периоды», — рассеянно подумал я.
И потому, когда после совещания начальник отдела попросил меня зайти в комнату отдыха для разговора, я ожидал, что услышу похвалу.
— Когума, присядь.
Строгий тон и суровое выражение лица меня насторожили.
— Да-да, сейчас… — Я присел за длинный стол.
Начальник устроился напротив, положив подбородок на сцепленные в замок руки, и застыл. В небольшой комнатке повисла удушающая тишина.
  
Наконец он тяжело вздохнул и провел ладонью по тщательно напомаженным и зачесанным назад волосам. Весь его облик заставил меня оцепенеть от страха, как уже случалось прежде. Все-таки я был робок от природы, и даже моя новообретенная смелость не смогла этого изменить.
— Ты стал применять другой подход к клиентам?
Я ожидал этого вопроса и с облегчением выдохнул.
— Да, как вы и советовали, я стал увереннее и начал вести себя более настойчиво, — гордо произнес я заранее подготовленный ответ.
Однако начальник резко мотнул головой:
— Это вовсе не то, что я имел в виду, Когума. Я, конечно, говорил тебе стать увереннее, но результата добивался совершенно другого.
— Как это?.. — выдавил я. От растерянности слова застряли у меня в горле.
— Видимо, я выразился недостаточно точно… Я совсем не хотел, чтобы ты стал таким, как сейчас.
— В каком смысле?..
— Да ты усаживайся поудобнее, разговор нам предстоит долгий, — ответил он уже мягче и продолжил объяснять.
Я не мог поверить своим ушам. Оказалось, мой мягкий подход нравился женщинам и застенчивым клиентам, которые затруднялись сразу принимать решение. Начальник специально отправлял их ко мне. Но мой новый стиль общения отпугнул их, и они перестали заключать контракты. Поэтому общие показатели отдела ухудшились.
— С такими клиентами не справлялся никто, кроме тебя. Только тебе удавалось установить с ними контакт, и наши показатели всегда росли. А все потому, что ты относился к ним с искренним участием, — закончил начальник и пристально посмотрел мне в глаза.
— Я даже не догадывался… — с дрожью в голосе прошептал я, все еще не в состоянии осознать услышанное.
А ведь и правда, если задуматься, ко мне редко направляли клиентов криминальной внешности. Ими занимался мой харизматичный младший коллега. Получается, все это время начальник умело распределял клиентов в соответствии с нашими характерами.
— Замечательно, что ты стал увереннее в себе. Но не забыл ли ты о чем-то очень важном? — Он продолжал смотреть на меня, и, казалось, его взгляд проникал в самую душу.
Я задумался, вспоминая прежний подход к клиентам. До недавнего времени я изо всех сил старался объяснить сложные вещи простым языком и по лицу собеседника понять, не теряет ли он суть разговора. Я делал все возможное, чтобы помочь принять верное решение, никогда не торопил, терпеливо ожидая ответа, не лез с советами, а только наблюдал со стороны, готовый по первому зову прийти с дополнительной информацией.
И да, такое отношение к клиентам было невозможно без внимательного наблюдения за ними. Сам того не замечая, я использовал «подход искреннего участия», о котором говорил начальник. Но что изменилось в последнее время? Радуясь тому, что никто не обращает на меня внимания, не скатился ли я в эгоизм? Не начал ли заботиться о себе больше, чем о клиенте? Пришлось признать, что да, думать о чужих чувствах я перестал. И порой радовался каждой новой продаже, каким бы способом она мне ни досталась.
— Ты слишком переживал из-за своей внешности, не замечая, что твой добродушный вид располагает людей к себе. А это, знаешь ли, огромное преимущество в нашей сфере. Я ведь хотел, чтобы ты поверил в свою сильную сторону, а не пытался от нее избавиться.
— Ох…
С самого начала работы в компании начальник говорил мне, что я создан для работы с клиентами. А я не верил ему… Упрямо замечал в себе лишь недостатки и был не в силах вырваться из плена мрачных мыслей. Получается, что моя внешность больше всех не нравилась мне, а вовсе не людям вокруг.
— Знаешь, мне никогда не приходило в голову, что с твоей внешностью что-то не так. Уверен, остальные сотрудники нашего отдела со мной согласятся. Ты бы знал, о чем судачат наши сотрудницы! Они жалуются, что я слишком строг к ним и мне не мешало бы поучиться у Когумы, — усмехаясь, добавил начальник.
На этом разговор закончился.
— Когума-сан…
Не успел я выйти из комнаты отдыха, как ко мне подошла Кадзама, моя коллега. Миловидная девушка, на год младше меня, она была душой компании в нашем отделе, всегда улыбалась и смеялась, создавая теплую, жизнерадостную атмосферу везде, где бы ни появилась.
— Кадзама-сан, ты что-то хотела?
— Ну… Я услышала, что вас вызвали на серьезный разговор… Все ли в порядке? — тихо спросила она, провожая взглядом начальника, пока тот не зашел в другую комнату.
— А-а, да… Меня отчитали, можно сказать. Но, кажется, я многое понял благодаря критике. Будто даже в голове прояснилось.
— Прояснилось?.. — Она смотрела на меня в недоумении, но вскоре поняла, что я не собираюсь ничего добавлять. Стоя напротив, она молча заламывала руки, будто не зная, куда их деть. Да что же с ней происходит?
— Хм… Ты только для этого подошла? Правда, не стоит беспокоиться.
— Да… ну… то есть… Честно говоря, не только поэтому… — Бросив на меня короткий взгляд, она замялась и замолчала. В такие моменты я всегда жалел, что не улавливаю ни намеков, ни подтекста. — Если у вас сегодня вечером есть немного свободного времени, не могли бы мы вдвоем сходить выпить? Я бы хотела с вами посоветоваться… — наконец собравшись с духом, произнесла она.
— Хм… Посоветоваться? Даже не знаю, смогу ли чем-то помочь… Ты уверена, что тебе нужен именно я? — Я был ошарашен ее просьбой, потому что впервые в жизни девушка приглашала меня выпить.
Прежде я нередко замечал, что, переговариваясь с коллегами, Кадзама посматривала в мою сторону. Честно сказать, я был уверен, что она меня недолюбливает и, вероятно, нелестно отзывается обо мне.
— Да, да, только вы мне и нужны, — сжав руки, энергично закивала она.
Что же у нее за вопрос такой, который она не может обсудить с другими? На романтические переживания непохоже. Наверное, она решила перевестись в другой отдел и попросит помощи? А может, совсем собралась уходить из компании? Не уверен, получится ли у меня отговорить ее…
Я посмотрел на Кадзаму. В ее глазах было столько доверия, что у меня язык не повернулся ей отказать.
— Ладно, я тебя понял. Выберу место, где мы смогли бы спокойно посидеть и поговорить.
— Большое вам спасибо!
Мы еще немного обсудили детали предстоящей встречи, и выяснилось, что оба не пьем алкоголь. Поэтому вместо идзакая [13] я предложил поужинать в небольшом итальянском ресторане.
— Знаешь, а сегодня удивительный день. Впервые девушка пригласила меня на ужин, — добродушно сказал я.
Мы уже покончили с закуской и приступили к главному блюду — пасте. Нервное напряжение между нами немного спало, поэтому я решил без утайки поделиться своими мыслями.
Кадзама как раз собиралась попробовать пасту дженовезе и уже подносила вилку ко рту, как вдруг замерла. Глаза девушки округлились от удивления.
— Что вы говорите!.. Когума-сан, с вашей-то добротой я была уверена, что вы пользуетесь популярностью у женщин.
— Э-э-э… Нет-нет, это совершенно не так. В средней школе мне вообще сказали, что я скорее юру-кяра, чем парень. Ха-ха. Какая уж тут популярность, — ответил я, отметив про себя, что травмирующие воспоминания внезапно превратились в забавный анекдот.
  
Кадзама нахмурилась и теперь выглядела серьезной.
— Это вам сказала девушка?
— Да, моя одноклассница.
— Мне кажется, на самом деле вы ей нравились. Так она пыталась скрыть свое смущение.