Развод. Новая жизнь "ягодки" (СИ)

— Катя, ну ладно эта малохольная верит в бредятину, но ты! Ты же с нами жила. Ты видела мою искренность. Я делала для семьи всё. Берегла каждую копейку, пока отец транжирил деньги на них, — не могу сдержать брезгливого взгляда.
Знаю, что девчонка не виновата в прегрешениях родителей, но её наглость окончательно меня допекла.
— А я сразу говорил, что она всех вокруг будет выставлять виноватыми, — в комнату заходит Владик, вызывая у меня стойкое желание запилить ему чем-нибудь тяжёлым прямо в лоб.
  
— Знаешь, мам, — с вызовом говорит Катя, — я и правда сначала не поверила папе. Но когда увидела тебя с тем престарелым хлыщом…
— Он выглядит моложе твоего отца, — неожиданно для самой себя бросаюсь на защиту Серёжи.
— Не успели мы подписать бумаги о разводе, а ты уже прыгаешь в постель к другому? — возмущённо восклицает Владик. — И после этого ты ещё смеешь меня упрекать?
— У меня никогда не было других мужчин! Не смей выворачивать ситуацию в свою пользу! — закипаю от очередной подлости мужа.
— Зато теперь можешь смело бежать к своему… — Катя задумывается перед тем как выпалить грубое: — хахалю! Мы с папой не смеем тебя задерживать.
Как же так? Почему моя родная дочь отказывается меня понимать?
Я девять месяцев носила её под сердцем, ночами не спала, оберегала от любого зла. Как же получилось, что моя Катюша встала на сторону предателя?
— Вот уж не думала, что выращу настолько неблагодарную дочь, — мой голос наполнен горечью, которую я и не пытаюсь скрыть.
— А я не могу поверить, что ты моя мать, — выплёвывает с яростью. — Зачем ты пытаешься навязать мне лживое чувство вины?
— Время рассудит, чья вина лживая, а чья — самая настоящая.
Понимаю, что сейчас все разговоры бессмысленны. Любые мои слова будут восприняты в штыки, поэтому нет смысла убеждать.
Обида, злость и разочарование варятся в едином котле эмоций, превращаясь в обречённость и принятие.
Я принимаю решение. Единственно верное в сложившейся ситуации.
За час успеваю собрать необходимые вещи. На удивление их оказывается совсем немного.
Средства личной гигиены, небольшой набор косметики, одежда да принадлежности для рисования — вот и весь мой нехитрый скарб.
Упаковав дорожную сумку, я неторопливо одеваюсь в коридоре в ожидании дочери. К счастью, Кате хватает совести, чтобы выйти меня проводить.
— Ты моя дочь, и я люблю тебя. Когда поймёшь, что хочешь поговорить, позвони мне.
Так и не услышав ответ, выхожу из квартиры и пишу Серёже: «Я согласна». В ответ приходит адрес, по которому мне предстоит жить в ближайшее время.
Подъехав к элитному дому, я любуюсь входной группой, украшенной яркими гирляндами. Надо почаще себе напоминать, что это не принадлежит мне, а то привыкну к роскоши ненароком.
Внезапно мужская рука пытается забрать у меня сумку, а я вцепляюсь в неё намертво и уже собираюсь закричать, но вовремя узнаю «грабителя».
— Серёжа? Ты что здесь делаешь?
— Тебя жду. Я не знал, сколько ты взяла с собой вещей, поэтому решил встретить на улице и помочь донести. А тебя за оградой высадили? Не видел, чтобы во двор заезжали чужие машины.
— Я на метро добиралась.
— Что? — кажется, что его возмущению нет предела. — Почему мне не сказала, что собираешься с тяжеленной сумкой ехать на метро? Я бы вызвал тебе такси.
— Она не такая уж и тяжёлая.
— Да какая разница! Ты же женщина, тебя нельзя было просто так отпускать на ночь глядя одну с вещами. Я тоже идиот, надо было заранее позаботиться.
Какое же разительное отличие.
Владик разве что ногами меня не выпинывал из нашей квартиры, надеясь поскорее избавиться. А Сергей переживает, как я добиралась. Как приятно почувствовать себя маленькой девочкой, которую опекают словно самую большую драгоценность в мире.
Пока мы поднимаемся наверх я не перестаю любоваться внутренним убранством дома. Я, конечно, была уверена, что все стены будут начищены до блеска, но чего уж никак не ожидала, так это встретить в холле живые цветы.
— А кто за ними ухаживает? — показываю на горшки.
— Понятия не имею, — Серёжа смеётся, — никогда не интересовался. Вот именно поэтому ты мне и нужна, я бы и не задумался над этим вопросом. Сразу видно разницу между мужчиной и женщиной.
— Я всё ещё не уверена, что смогу оказать профессиональную помощь, — снова начинаю сомневаться в успешности затеи.
— Мне не нужны профессионалы, мне нужен женский взгляд. Времени у нас полно, поэтому можешь не торопиться.
Серёжа купил квартиру, которую хочет подарить дочери. Но вручать ключи пока слишком рано, потому что та до совершеннолетия живёт с матерью.
У меня есть год, чтобы пожить в квартире и подсказать, что именно нужно в ней изменить, чтобы она подошла для девушки. Выбрать технику. Прикинуть расстановку мебели. Спланировать ремонт. Помочь с кучей мелочей, которые создают уют. И всё в том же духе.
— Мы так и не договорились об оплате, — робко напоминаю у самых дверей в квартиру.
Мне совесть не позволяет жить в чужом доме бесплатно.
— Оплата? Даже не знаю. Двадцать пять в месяц устроит?
Ну конечно, а что я ожидала?
Это ещё неслыханно дёшево, учитывая статус района и дома. Не признаваться же, что денег у меня нет совершенно.
— Можно я заплачу после зарплаты? — выдавливаю из себя, чувствуя комок в горле. Будто побирушка на вокзале.
— Не понял. Погоди. Ирина, это я собираюсь платить тебе за работу, а не наоборот. И это не обсуждается.
Серёжа открывает дверь и закатывает сумку внутрь.
— Ты заходишь?
  
Глава 16
 
— Мам, ты уверена, что мне не стоит вмешиваться? — в который уже раз вопрошает сын по телефону.
— Абсолютно. Попробуешь сказать Кате что-то в противовес, она ещё и на тебя обозлится. Твоя сестра — девочка не глупая, со временем разберётся. А уж терпения мне не занимать. Я дождусь.
— Но, мам, я переживаю за тебя. Где ты теперь? Почему страдать должна именно ты?
— Страдать? — с улыбкой смотрю в окно, откуда открывается шикарный вид, затем, вспомнив, что ванна уже почти заполнилась водой с расслабляющей пеной, ставлю бокал вина на стол и заканчиваю разговор: — Пожалуй, в этот раз я вполне неплохо справляюсь с проблемами. Спокойной ночи, сынок, передай привет Марине.
Прошла уже неделя с того момента, как я заселилась в новую квартиру. Серёжа предоставил мне полную свободу и не тревожил. Мы договорились, что сначала я обустроюсь, а затем уже буду давать рекомендации по изменениям.
На первый взгляд, в квартире и так всё есть, но я уже начала отмечать моменты, которые хотелось бы поправить. Например, в ванной нет ни одной розетки, это уму непостижимо. Ни электрическую щётку зарядить, ни фен подключить.
Серёжа говорил, что здесь долгое время жила престарелая мать какого-то бизнесмена. Видимо, она была чересчур параноидально настроена на безопасность, поэтому и попросила заделать все розетки.
Свои разрозненные мысли я сразу заношу в блокнот, чтобы позднее разложить идеи по полочкам и сформулировать полноценное предложение.
Помню, как впервые собиралась ехать отсюда на работу. Пока выбирала маршрут, пришла смс: «Утром буду ждать у подъезда». С тех пор я езжу в офис на директорском «Мерседесе».
Мне жутко неудобно, что Серёже приходится заезжать за мной, но не могу отказать себе в удовольствии проводить с ним побольше времени.
Мы разговариваем обо всём и ни о чём одновременно. Можем болтать без умолку, а потом затихнуть. И тишина не будет сколько-нибудь гнетущей, наоборот, это прекрасно, когда мы можем молчать вместе без ощущения неловкости.
  
За эту неделю, как я узнала от Димы, Владик притащил в наш дом любовницу вместе с Аней. Так что моя Катя живёт под одной крышей с сестрой и новоявленной мачехой.
Мне жутко хотелось позвонить дочери, узнать, не обижают ли её там, но…