На золотом крыльце 3 (СИ)

— А-а-ах! — горбоносый улетел спиной вперёд и рухнул на газон, а я оглянулся — и тут же кинулся на помощь к своим.
В целом мы давили, но давить нужно было быстро! Поэтому — я влупил под коленку противнику Кирилла, и он тут же потерялся, поймал пару ударов от нашего капитана, и запрыгал на одной ноге, отступая.
— Ложись! Ложись, ять, а то уработаем! — заорал Кирилл.
И ирининцы сдались! Трое оставшихся на ногах парней-геомантов опустились на одно колено! Нет, ну это было разумно, у нас-то в строю все оставались, запинали бы противника мы очень больно.
  
— Первая сшибка — за Пеллой! — провозгласил комментатор.
А на трибунах бесновались наши.
— Вперед, бело-синие! Впере-о-о-од бело-синие!!!
Да что там говорить, даже те, кто пришёл болеть за другие команды, волей-неволей заражались энтузиазмом нашего сектора. Оно ведь как — когда на поле борются два соперника, ты по Бог знает каким признакам выбираешь своего фаворита. Вот и эти, на трибунах, выбирали. Конечно, приятнее болеть за победителей
Конечно, мы взяли и вторую сшибку, несмотря на то, что ирининцы поменяли почти всю команду, а мы — никого. Я форсанул — зашёл с ноги вертушкой, на дурачка (в голову-то по правилам бить ногами нельзя, влупил в плечо) — и все получилось, он потерял равновесие — тут уж не дремали и мои соратники, встретили его и приветили, и на землю уложили, они-то, в отличие от меня, головы не теряли, и не только за своим противником смотрели. Короче — первый тур был за нами, мы проходили дальше — к выборжцам.
В раздевалке нас ждали целители во главе с Розеном, и тренер.
— Все красуешься? — покачал головой Мих-Мих. — Прилетит тебе за это, Миха! Аккуратнее надо работать. Без понтов!
— Без понтов было бы, если б ногами в голову не запрещали, — хмыкнул я, вытирая лицо полотенцем. — Я б его достал и всё, аллес капут! Победили же, чего вы?
— У тебя ещё сколько боев впереди, артист? — погрозил пальцем тренер. — Смотри у меня!
— Смотрю, — ответил я.
Плохо смотрел, как выяснилось.
* * *
Озарение, как оно в моей жизни в последнее время часто бывает, пришло ко мне одновременно с битием по морде. Наваляли нам ребята-сыскари, и наваляли за дело — мы зарвались. Прав был Мих-Мих. Вот на пятом бою, во второй сшибке, мы и огребли — и притом все. Легли, как доминошки, один за другим. Я — с трясомозгением, то есть — с мозготрясением, или как оно там называется? Вылетел в полную несознанку и, пребывая телом в состоянии овоща, разумом опять кино от Королева смотрю.
Там какие-то азиаты в пиджаках другим азиатам орден вручали, и говорилось о некоем политической убийстве. Похоже, это был новостной выпуск, мол, «Орденом Восходящего Солнца» награжден посмертно премьер-министр Японии. И орден — крупным планом, Восьмиконечная звезда!
— Хакко итиу, — сказал я, осознавая себя в своей Библиотеке. — Восемь углов мира под одной крышей. Дебил, ять. Придурок. Пялился в карту, как баран на новые ворота. Нафига вообще книжки читать, если параллелей не проводить? Менталист недоделанный. Подсказок же ещё накидали, а я сидел, смотрел…
Я почти моментально собрал на столе все необходимое: со стеллажей прилетела и развернулась карта Ингрии — с островами, потом — в виде газетных вырезок вокруг разместились новости из Сети про бесчинства японцев. Материалы касались восемнадцати происшествий: самоубийств, взаимоубийств или якобы несчастных случаев с участием островитян. Мне ничего не стоило снова отметить эти места на карте, а потом взять в руки линейку и красный маркер (это же МОЯ Библиотека, тут все есть, что мне для работы нужно!) и провести линии — так, чтобы получилась восьмиконечная звезда, которую вполне можно вписать в окружность. Кое-какие недостающие сначала точки внезапно обнаружились аж на острове Котлин, а центр октаграммы — в Маркизовой луже.
Я был уверен — там японцы тоже что-нибудь отчебучили, просто мне об этом было неизвестно.
— Ну, и дичь, — озадаченно проговорил я. — Не, ну… И как теперь узнать, что они там такое мутят?
Самый очевидный ответ — хтонический Прорыв. Если ритуальные убийства — то первым делом всегда эту версию проверяют. Второй вариант — масштабное проклятье какое-нибудь, эдакая порча на весь город. Третья — массовый телепорт. Ага, Страна Восходящего Солнца перенесёт сюда танковую армаду, на дно залива, и они покатят на штурм Грибанала. Или свои авианосцы — они же матки дронов. Под удары береговых батарей Котлинских фортов. Значит — всё-таки Хтонь? Но в море… Почему в море? Что это вообще может быть?
Я читал что-то такое, смутно знакомое, но где? Где-где… На букву «Г»! В два прыжка я оказался у того самого, заветного томика Большой Энциклопедии Государства Российского зашелестел страницами.
— О! Итак… Годзира — гигантский монстр-мутант, дайкайдзю, хтонический доисторический гигантский ящер-самец, проснувшийся из анабиоза после испытаний водородной бомбы и вследствие этого мутировавший. Очень хорошо плавает… — я захлопнул книгу и сказал — Сука. Дайкадзю. Пошлятина какая. Совсем они без фантазии.
А потом вышел из библиотеки
И сел на кушетке:
— Ох!
— Миха! Очнулся, — обрадовался Розен.
— Мы Отборочный прошли? В чемпионат выбились?
— Выбились, — странно посмотрел на меня он. — Сыскарям проиграли, но выбились. Как раз вы и они. Остальные дальше не идут.
— Что — и ревельцы? — удивил я.
— А ревельцы и вам, и им проиграли, — пожал плечами целитель. — Это вправду единственное, что тебя сейчас интересует?
— Еще бы куратору позвонить, я тут понял кое-что важное, и…
— Нескоро ты кому-то позвонишь, я это тебе гарантирую, — досадливо проговорил он. — У нас тут воздушная и хтоническая тревога по всей Ингрии одновременно.
— Это как? — удивился я, осознавая, что нахожусь не в раздевалке и не в медпункте, а в каком-то помещении без окон с бетонными стенами.
— А вот так! Дракон над городом, и одновременно угроза нового Прорыва и классического ингрийского инцидента! А мы — в бомбоубежище, под стадионом! Тут оно большое, на весь Крестовский остров рассчитанное, — развёл руками Денис.
— А дракон — это что ты имеешь в виду? — не мог не поинтересоваться я.
— Ну, как я успел рассмотреть — большой, зеленый, огнедышащий. Летел куда-то в сторону острова Котлин, а потом сирены загудели, и нас всех стали под землю спускать. Так что сидим вот, друг на друга глядим!
— Похоже, я опоздал со своими откровениями, — мрачно констатировал я. — Давай, я хоть тебе скажу, хочешь?
— Ну, давай, выкладывай… Подожди, сейчас я тебе реакции проверю, всё-таки после сотрясения мозга всякое может быть… — он начал светить мне в глаза фонариком.
— Короче, Дэн, японцы во всем виноваты. Они по всей Ингрии убивались, и если отметить на карте все точки с этой дичью и соединить линиями — то получится восьмиконечная звезда! Хакко итиу — восемь углов под одной крышей, господство Японии, короче, понимаешь? А центр всего этого получается где-то в середине Невской губы!
— Куда дракон как раз полетел, — кивнул невозмутимо Розен. — Понятно.
— И что делать? Мы же должны кому-то это сообщить! — я горел жаждой действия.
— Ничего не делать. Ждать, когда выйти разрешат, — сказал Денис. — Ты думаешь, что один такой умный?
— Ну да, — я тяжко вздохнул. — Не один. Как минимум — ещё дракон в курсе событий, похоже, был.
— Действительно, — кивнул Розен.
Сверху что-то грохнуло, земля затряслась, с потолка посыпалось, где-то раздались возбужденные голоса.
— Пошли к своим, — предложил Денис. — Ты последний в себя пришел, остальные там перекусывают.
  
Хтонь, драконы, инцидент… Дурак я, что ли, от перекуса отказываться?
герб Пеллы, например
 Глава 15 
 Спорное решение