В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)

— Еще трое, — ответила и постучала по дну сундука, призывая остальных показаться.
— Премилая компания, — хмыкнул декан, осмотрев всех моих зверюшек, и тут же добавил, — но на свою территорию не пущу — не хватало еще, чтобы ими позавтракали.
— Да, брось, Фареен, они твоим питомцам на один зуб, — хмыкнул профессор, которого больше занимали рисунки на полу, чем животные. — Лэс Маршелин, вы, когда будете составлять список дисциплин, которым вашим подопечным надлежало обучаться в Кротштоне, впишите туда же рунологию и портальную магию — вашим девочкам не помешает освежить в памяти эти предметы. 
  
Слова профессора вызвали гораздо больше удивления, чем застрявший между порталами сундук, попытка его расчленить и фееричный выход Чары. Да такого грохота падающих челюстей ни одна академия лет сто не слышала, даже боевая. И жутко хотелось переспросить: «Что-что? Какие предметы? Какой список дисциплин? Мы же должны покинуть эту академию и отправиться туда, куда и планировали — в Кротштон».
Мы все, включая декана, трех адептов и шестерых магических животных, удивленно посмотрели на профессора, а потом и на лэс Маршелин, которая все это время стояла замороженной статуей и не выказывала ни толики беспокойства, словно у ее все под контролем.
— Лэссины, присядьте, — куратор обвела всех своим знаменитым замораживающим взглядом, от которого хотелось обратно завернуться в синюю шубу и спрятаться за метлой.
Особый замораживающий взгляд остановился на мне, шикарно-идеальная бровь неспешно поползла вверх, отчего я тут же сняла защитную сеть и тут же вернулась на свое место. Примечательно, что впереди меня прыгали, летели, скакали, ползли все мои питомцы, которые боялись виасерскую нимфу больше, чем огня.
— Сообщаю вам, лэссины, — хорошо поставленный голос нимфы было слышно даже поварам в кухне за закрытыми массивными дверями, а не только нам, чье внимание итак было приковано к куратору, — что ближайшие три месяца вы будете проходить обучение в Академии Кронстон.
Мы продолжали сидеть прямо, с высоко поднятыми подбородками и сосредоточенными лицами — все, как учили в академии. И мы ждали продолжения. Не сказать, чтобы лэс Маршелин славилась легким характером, смешливостью и любовью к шуткам, но в данный момент мы определенно надеялись, что кто-нибудь из мужчин хотя бы возразит и начнет уверять, что наш куратор не так все поняла.
Минута…Три…Пять…
В оглушающей тишине мы услышали шепот тех двух адептов, что охраняли нас недавно.
— Как думаешь, почему они молчат?
— Они в обмороке.
— В него же падать нужно и глаза закатить.
— От шока глаза не закрываются.
— Как думаешь, к обеду отомрут? Не хотелось бы в такой обстановке есть — нервирует.
Думаю, тот адепт надолго потерял аппетит, потому что на нем скрестились пятьдесят гневных взглядов очень впечатлительных и немного нервных девушек, и взгляды эти были весьма обещающими…
Эх, у девушек стресс, так что мужчинам разумнее разбегаться до завершения катастрофы. 
  
Глава 9
 
Заселение
 
Эдера 
Нас поселили в женском общежитии, освободив сначала десять комнат, но когда в двухместные строгие комнатки с трудом влезли по одной кровати, встал вопрос, куда размещать еще двадцать адепток. Именно тогда волевым решением коменданта остальных вселили в апартаменты, которые выдавались по особому указанию ректора дочерям высокопоставленных лиц.
Видели бы вы лица хозяек этих апартаментов, к которым подселили по четыре соседки — ощущение было, что уже ночью нас всех прикопают. Меня отказались принять в аристократических покоях, так как мой питомник вызывал у чванливых девиц брезгливое передергивание плечами. В узких двухместных комнатках, временно ставших трехместными, моя компания тоже была не к месту — компактные животные слишком часто попадались под ноги, о них спотыкались или за них цеплялись.
В итоге пришлось разделиться — я в комнату с Доли и Клар, а моих питомцев поселили в подсобке на этаже, в которой в тот момент находился уборочный инвентарь. Так что вместо собственно заселения и обеда я совершала героический поступок — расчищала, отмывала, переоформляла подсобку под нужды питомника, с горечью вспоминая, что эту работу несколько бытовых артефактов выполнили бы быстрее и лучше и при этом не лишили бы меня ужина и информации (обедом нас все же накормили до заселения).
Информации катастрофически не хватало. Чему нас будут учить в боевой академии. Как вообще мы будем тут жить, ведь уже нажили как минимум двадцать пять врагинь, выселив их из обжитых комнат. Чем вообще нам грозит фатальная ошибка в написании названия академии.
Первое, что мы все сделали, когда испепелили взглядами неосмотрительных адептов, рассуждавших о нас, будто мы ничего не слышим или ни капельки не понимаем, — все разом достали из карманов зеркальца и принялись связываться с родителями или опекунами. Судя по тому, как каждая из нас закрывалась непроницаемым куполом, разговоры проходили на высоких нотах.
Под моим куполом ор стоял невероятный, а все потому, что накануне тетушке Лилиной приснилось, что строптивая телочка вместо того, чтобы послушно идти по берегу реки, с разбегу перепрыгнула эту самую реку и очутилась на другом берегу. Этот сон мне еще утром поведала тетушка, а заодно и всему семейству, правда не сумев правильно интерпретировать его значение. Зато теперь она кричала громче всех, не давая и слова вставить ни отцу, ни маме, ни старшему брату, который несколько раз открывал рот, чтобы сказать что-то важное. В итоге после десятой попытки, Рич оттеснил тетушку и выдал не самое утешительное.
— Вы останетесь там, скорее всего, хотя родители наседают на попечительский совет и ректора, требуя обратиться к королю напрямую. Если все получится, то вас вернут в Соверен, но это произойдет не скоро — несколько недель точно понадобится, и то, если все пойдет гладко.
— Эдера, дочка, все будет хорошо, — как только брат замолчал, а отец укрепил заклинание молчания, наложенное на тетушку, заговорила мама. От ее теплой улыбки и уверенного голоса самой становилось спокойнее. — Главное, не отступай от плана — изучай зоомагию и не обращайся к артефакторике. Даже обучаясь в чужой академии необходимо удерживать уровень баллов высоким, чтобы попасть на практику в королевский корраль.
— Да, детка, без диплома даже в обычные зоомаги не берут — только в подсобные работники, — напомнил отец ту истину, которую я слышала чуть ли не на каждом воскресном обеде, когда приезжала домой после учебной недели.
Я кивнула и, попрощавшись, оборвала связь. Было немного грустно и не от того, что я сейчас слишком далеко от родных, а потому что в словах и брата, и отца, и мамы подтекстом шло какое-то неверие в мои силы, словно вот теперь, когда случился сбой в хорошо продуманном плане, я точно сойду с дистанции и не доведу дело до конца — не получу диплом зоомага. Надеюсь, они там не подыскивают мне жениха, пока я за морем еще даже не начала учиться.
Вспомнился зависший в столовой сундук, от которого не смогли избавиться ни к обеду, ни к ужину (девочки рассказывали, когда приносили еду мне и питомцам), я тряхнула головой — вот в этом точно не я одна виновата. Нас пятьдесят человек было как-никак.
— Кстати, твой охранник просил передать, что сегодня после ужина ждет тебя в библиотеке — готовить доклад для профессора Илиота, — пыхтела рядом со мной Долли, помогая проделывать в стене проем под окно, благо ломать магией мы умели все — нужно было только правильно приложить силу.
  
— Какой охранник? — с недоумением смотрела на неровный проем, в который нещадно задувал ветер, и пыталась вспомнить формулу тонкой слюдяной пленки, которую мы до каникул отрабатывали на уроках по бытовой магии. Кажется, я ее не помнила.
— Он не представился, — Долли поежилась и попыталась затянуть проем слюдой, но после силы разрушения призывать силу созидающую не имело смысла — требовалось время.