В переплет по обмену, или Академия должна выстоять (СИ)
— А когда был ужин? — я выглянула в проем, с сомнением разглядывая черные набухшие дождем тучи, которые даже на черном небе были видны отчетливо, словно их обвели светящимися красками.
— Давно…
— Что тут у вас происходит⁈ — вопль комендантши заставил нас с Долли подпрыгнуть на месте. — Так вот почему на этаже холодно! Вы в курсе, что все стены пропитаны утепляющими заклинаниями, и повредив одну, вы рискуете заморозить весь корпус?
Мы с Долли переглянулись и, развернувшись лицом к комендантше, попытались закрыть спинами собственноручно созданный оконный проем. Выходило откровенно плохо — из «окна» дуло, да еще и дождь пошел, и резкие ледяные струи тут же намочили плечи и спину.
— Мы все сейчас исправим! — уверенно пискнула я и, не оборачиваясь, набросила на проем заклятье слюдяной пленки — дуть и лить перестало, но лицо у комендантши вытянулось от удивления.
Мне жутко хотелось повернуться и посмотреть, что же там такое случилось, и в то же время вспомнилась фраза: «Если не видишь, то не знаешь». Что бы то ни было за нашими спинами, но, судя по меняющемуся выражению лица комендантши, это не сулит нам ничего хорошего.
Может, пора бежать?
Кажется, день у девушек закончится не скоро…
Глава 10
Первые казусы
Эдера
Оказалось, что сперепугу я накинула на «окно» и стену вокруг такую слюдяную пленку, что отскрести ее с каменной кладки без странной фразы «твою ж ревизию» не получилось ни у нас с Долли, ни у комендантши, ни у завхоза. Хотя нет, у завхоза не получилось с первого раза, но при использовании упомянутой фразы работа пошла более споро. Даже мы с Долли тихо-тихо да проговаривали нужные слова, когда процесс оттирания стопорился.
Сначала мы, конечно, возмущались требованию оттереть непотребство, пытаясь убедить комендантшу, что нет ничего страшного в белесой пленке, пульсирующей на каменной кладке разными цветами радуги. Когда же между слюдой и камнем стали проступать ругательства, написанные за время существования академии ее адептами в сильнейшем эмоциональном порыве, причем с упоминанием родовых имен уважаемых профессоров и их сравнениями с различными животными и частями тел, пришлось согласиться. Это непотребство действительно следовало устранить, особенно в свете того, что декан Фареен собирался с утра проверить, как разместили моих питомцев, а имя декана раз десять встретилось под слюдой, причем прописано было очень жирно и броско — не пропустишь.
Оттирая слюду, мы с Долли густо краснели, кусали губы, даже старались не читать, пока не догадались снять кулоны-переводчики, которые позволяли нам понимать чужой для нас язык Кронстона. С этого момента работа пошла быстрее и успешнее, да еще фраза «твою ж ревизию» облегчала наш труд.
— Зачем, скажи на милость, ты захватила с собой весь питомник? — еле волоча ноги в сторону нашей комнаты, вопрошала Долли. — Оставила б его в нашей академии — нам бы не пришлось тут возиться полночи.
— Похоже, кто-то забыл, как подкинул мне идею найти хозяев для животных в Кротштоне, — вяло отмахнулась я, пытаясь в одинаковых серых дверях опознать нашу.
— Так ты для троих нашла — остальных-то зачем захватила?
Хотела ответить, да только рукой махнула — не напоминать же, в самом деле, как воодушевленные успехом, мы с подругой на пару строчили письма в академии, что находились по соседству с той, куда нас направили. И даже ответа не дождались — решили, что все будет преотлично, даже не смотря на то, что двое из трех непристроенных — хладнокровные, а мы отправляемся в королевство льда и холода.
— Ректор отказался оставлять часть питомника в академии, — буркнула я, на цыпочках пробираясь между чемоданов к своей кровати. — Сказал, что оплатит довольствие на чужой территории на всех, только чтоб эту мелочь хотя бы три месяца не видеть. Представляешь, он не верил, что мы сможем их всех пристроить.
— Вот ведь вредный какой! Что, ему жалко, что ли?…А домой отправить? — Долли в темноте чем-то гремела, что-то роняла и при этом ругалась сквозь зубы, так что с уверенностью можно было сказать — она вовсю старается не разбудить нашу соседку, которая ни разу не заглянула в подсобку, в которой мы трудились не покладая рук, щеток и прочего инвентаря.
— Дома либо животных заморят излишним вниманием, и они разбегутся, либо они разбегутся, потому что мамины подруги решат найти им новый дом.
От воспоминаний прошлого благотворительного мероприятия, когда мама и ее подруги организовали выставку-показ питомника и его обитателей, у меня и моих зверушек до сих пор нервно дергается глаз и подкатывает тошнота. В прошлый раз от причиненного добра заиками едва не стали половина питомника, а мне потом еще и принимать обратно пришлось некоторых, кто не вписался в аристократический интерьер. Нет уж, мы через это уже проходили, и повторить желания не возникало. Лучше сама.
Пока я раздумывала о судьбе питомника, Долли успела раздеться и заснуть, кажется, не успев даже повстречаться с подушкой, а вот я все лежала и думала. Странный выдался день: очутились в другом королевстве, да еще за морем, а за день успела увидеть только полигон, столовую и подсобку. Позор! Завтра нужно наверстать и рассмотреть все внимательно, раз уж нам суждено тут провести три месяца.
Дальше мысли начали путаться и разлетаться, а уже через мгновение жутко противная птица начала трубить какую-то мелодию, от которой хотелось эту птицу пустить на рагу или фарш. И радости не прибавила и прискакавшая Чара, возвестившая, что уже со всеми познакомилась, и вставать нам нужно раньше, а теперь в помывочной такая очередь, что можно опаздать не только на завтрак, но и на первую лекцию. Жога приполз откуда-то с потолка, сообщив, что мини-полоз Лана уже напугала часть девиц из аристократических апартаментов, а сорока Лежа обзавелась блестяшками и скоро к нам пожалуют хозяйки этих блестяшек.
Хозяйки блестяшек появились практически тут же, злобно сверкая глазищами и демонстрируя неполный комплект драгоценных гарнитуров. На мой вопрос, зачем в боевой академии такие ценные украшения, на меня ошарашено посмотрели и что-то принялись объяснять. Ни в первый раз, ни во второй я понять ничего толком не смогла. Складывалось ощущение, что у девиц проблемы с дикцией и все разом шепелявят, картавят и гнусавят. Жуть.
— Вы поняли хоть что-нибудь из того, что они сказали? — на всякий случай уточнила я у Долли и Клар.
Долли отрицательно покачала головой, а вот Клар ехидно хмыкнула и достав из сундука плащ, на выходе сообщила.
— Похоже, вы потеряли артефакты-переводчики. Если быстро вспомните, где их снимали, то не пропустите завтрак и не опозоритесь на вводных лекциях.
Нам даже вспоминать не надо было — с Долли мы рванули в подсобку, где устраивали места для проживания моих питомцев но там было совершенно пусто. Все шесть мелких проказников успели испариться, оставив на полу след — разобранную на запчасти заколку из драгоценных камней, придушенную мышь и скорлупу от орехов. Ощущение было, что животные сбежали буквально только что.
А ведь день только начался…
Как же он дальше-то пойдет, первый учебный день?
Глава 11
Как найти общий язык?
Эдера
Мы с Долли влетели в столовую одними из самых последних. Кто-то уже выходил, позавтракав. Наши сокурсницы сидели за одним длинным столом в дальнем конце огромного помещения и строили глазки соседям. Причем, кокетничали все, помолвленные и свободные. И есть успевали. Как говорится: любовь и война невозможны на голодный желудок. Кто-то, может, и поспорит с данным утверждением, но точно не я — вчерашний полуголодный день показал, что я отчаянная противница диет, а мой желудок — тем более.
— Эди, Долл, скорее сюда, — Ада замахала нам рукой так энергично, что едва не потеряла собственные окуляры, что постоянно сползали на кончик носа.