Альфа-особь (СИ)

Врачи засыпали его вопросами: можно ли чувствовать зараженных на расстоянии, насколько велика зона действия, можно ли различить стадии мутантов по ''сигналу'', а Вадим, то отвечая серьезно, то с мрачной иронией, сам в лоб спросил:
-Ладно, а теперь еще раз по сути. При ваших мозгах и моем даре. Шансы есть вообще разложить мой штамм по молекулам в этих условиях? Или это все теории?
  
Исаев замялся, потом решительно произнес:
-В полевых условиях - нет. Мы можем лишь выделять антитела, смотреть реакции. Но без секвенаторов, без анализаторов белков - это гадание на кофейной гуще.
-А другие зараженные помогут понять вирус?
-Смотря какие, -ответил Исаев. -Более редкие особи - наиболее ценные.
-О! -хлопнул в ладоши Вадим. -С этим проблем нет. У меня есть суперпрыгун по имени Дружок, которого я недавно научил читать, он страшный на вид, за один присест сжирает четырех зомбаков, но в целом милый. Потом целая стая упырей второй стадии, парочка из них беременна, непорочное зачатие, епт... И, наконец, бывший шимпанзе из зоопарка, вымахавший до размеров Кинг-Конга.
-Я не могу понять, вы шутите или нет?
-Говорю по факту.
Пара секунд молчания, Лидия вдруг подпрыгивает с места.
-Говорящий прыгун и беременные особи второй стадии!? Я хочу их увидеть.
-Увидите.
Разговор постепенно сместился с научных терминов к более насущным темам, на совещание включилась пара помощников ''пророка''. Самуил налил себе стакан воды, отпил и, постукивая пальцами по столу, произнес:
-Кудрово, Кронштадт, ЛАЭС... все это их дрязги. Военные, силовики - бандиты под новыми вывесками. Нам, простым людям, туда соваться незачем. Мы выживаем здесь. У нас дети, старики, больные. Зачем лезть в мясорубку?
Вадим усмехнулся, но без тени веселья.
-Я тоже сначала так думал. Только вот проблема: эти ребята на АЭС не похоже, чтобы были просто шайкой мародеров. Я слушал эфир последнюю неделю, внимательно. У них бронетехника, вертолеты, дроны, экспериментальное вооружение. И это не ''по случаю нашли'', они подготовлены. Такой гарнизон, как на ЛАЭС, выбить могли только люди с серьезным вооружением и дисциплиной.
Исаев нахмурился:
-Но зачем им станция? Электричества ведь в городе толком нет, сети все равно мертвы.
-Вот именно, -кивнул Вадим. -Но они там что-то строят. Я не знаю, реактор ли их интересует, или они лабораторию лепят. Но факт в том: они не уйдут. А если кто-то зачищает стратегический объект, заводит туда дронов, броню и вертолеты, значит, у него планы. Долгоиграющие. На весь регион. На Питер.
Лидия тихо добавила:
-Если это правда… столкновение неизбежно.
Самуил покачал головой, подняв глаза к потолку, будто ища ответ там.
-Господь испытывает нас, но не велит бежать на меч добровольно. Пусть воюют между собой. Мы сохраним чистоту и дождемся, когда чаша гнева прольется на всех, кто заблудился.
Вадим подался вперед, его голос стал жестким:
-Нет. Вы можете закрыться в своей крепости, молиться и ждать, пока к вам придут. Но я видел, как такие истории заканчиваются. Эти люди - не случайные выжившие. Они возьмут город под себя, и вы станете для них очередной проблемой. В лучшем случае зачистят, в худшем пустят на опыты.
В зале повисла тишина. Даже врачи, обычно далекие от стратегий, смотрели на Вадима с тревогой.
-Ты предлагаешь что? - спросил Самуил, уже без напыщенности, тихим голосом.
-Понимать, что мир изменился, -отрезал Вадим. -И те, кто строит планы на город, либо станут вашими союзниками, либо вашими врагами. Среднего не будет.
Самуил долго смотрел на него, потом устало потер переносицу.
-Сам-то чего хочешь?
Вадим пожал плечами:
-Жить. Не умереть под пулями или когтями. Если придется для этого давить других, значит, так. Колебаться не буду. Но лучше договориться.
Исаев глухо пробормотал:
-Мы-то думали, что угроза только от вируса... А выходит, люди страшнее.
  
Глава 11. Поиск путей
 
Зал для совещаний Шайенна был оформлен просто, но строго: гладкие серые панели отделки, длинный овальный стол, по периметру флаги всех еще сохранившихся штатов, хотя от большинства их оставались только тени на карте. Атмосфера была напряженная, словно воздух здесь стал тяжелее обычного.
Когда Галловей и Баккера ввели под конвоем морпехов, оба ученых, обычно погруженные в схемы и формулы, ощутили холодок в животе. Официального суда или трибунала не было, их просто ''пригласили''. И это было хуже. Сандерс проболтался военным про план биоцида.
У торца стола сидел командующий базой - четырехзвездный генерал Рэндольф Кейси, седой, с квадратной челюстью, лицо которого казалось высеченным из гранита. Его взгляд был холодным и цепким, каждое движение отточенным. Рядом, на огромном экране загорелся канал видеосвязи. Картинка слегка рябила, спутниковые ретрансляторы работали на износ.
На экране возник белый мужчина шестидесяти пяти лет. Морщинистое лицо, уставшие глаза с синяками, но в них все еще тлела жесткая энергия. Президент Соединенных Штатов, точнее, того, что еще оставалось от страны. Флаг позади него выглядел мрачным символом прошлого величия.
-Доктор Галловей. Доктор Баккер, -голос был хрипловатый, но твердый. -Я ознакомился с вашим предложением. Наночастицы, которые должны разрывать вирусные цепочки Хронофага и предотвращать репликацию. Все верно?
-Да, сэр, -первым заговорила Галловей. Ее голос звучал сухо, но в нем чувствовалось напряжение. -Теоретически это единственный способ обойти невероятную скорость мутаций вируса. Химические ингибиторы или традиционные вакцины не успевают адаптироваться. Мы предлагаем решение на другом уровне - молекулярном.
Президент чуть склонил голову.
-Генерал Кейси утверждает, что это оружие. Ваши наноагенты не слишком разборчивы. Они могут уничтожить вирус… но с той же вероятностью могут разорвать биохимию самой жизни.
Баккер вмешался:
-Господин президент, мы отдаем себе отчет в рисках. Поэтому мы и не стали продвигать этот проект дальше без высшего одобрения. Но поймите: у нас нет времени. Вирус завоевывает планету. Иммунные анклавы сокращаются. Каждая неделя на счету.
Президент наклонился ближе к камере, его взгляд стал острым, как нож:
-Я хочу, чтобы вы оба ответили честно. Только честно. Каковы шансы успеха вашей программы, если вы получите все ресурсы? А они серьезно ограничены.
Ученые переглянулись. Молчание тянулось несколько секунд. Первым заговорил Галловей:
-Мы не можем гарантировать. По самым оптимистичным оценкам… шанс не выше тридцати процентов.
Баккер добавил, чуть тише:
-Но вероятность того, что мы погубим биосферу, выше. Гораздо выше. Мы не сможем контролировать поведение наночастиц за пределами изолированных камер. Они могут выйти в экосистему и начать цепные реакции, которые будут необратимы... Которые мы никак не сможем спрогнозировать. Природа - слишком сложная вещь с триллионами обратных связей.
В зале повисла гробовая тишина. Даже генерал Кейси, обычно каменный, слегка нахмурился.
Президент несколько секунд молчал, потом выдохнул и произнес медленно, отчетливо:
-В таком случае, я официально отклоняю ваш проект. Соединенные Штаты не станут жечь дом ради того, чтобы убить таракана.
Галловей не выдержала, резко ударила ладонью по столу:
-Тогда что?! Какой у нас выбор? Доживать остатки дней в бункерах, разрозненными анклавами в горах и пустынях? Смотреть, как остатки цивилизации разлагаются и сжирают сами себя?
Президент выдержал его взгляд. В его голосе не было ни злости, ни раздражения, только тяжесть.
  
-Альтернатива есть. Мы должны сосредоточиться на другом пути. Не на уничтожении вируса. На интеграции и на том, чтобы научиться жить с ним.
Галловей и Баккер одновременно нахмурились.
-Простите, сэр, но что вы имеете в виду? -осторожно спросил Баккер.
Президент откинулся назад в кресле и сказал: