Пехотинец Системы 7 (СИ)

Ну, ломать не строить, а пара сюрпризов для вас, уродцы, у меня еще есть.
  
Глава 7
 
Я развалился за зазубренным, словно обкусанным великаном, гребнем скалы, где-то в километре от того, что еще недавно было аванпостом этих железяк. И с нескрываемым удовольствием наблюдал за их суетой.
Картина была настолько хороша, что я даже позволил себе роскошь — достал старую, еще с докалидарской эпохи, когда я попал в Дом, трубку и набил ее остатками табака, что когда-то, еще мальком купил в Тракове, перед отплытием. Горький, едкий дым смешивался с доносимым ветром запахом озона и горелого металла, создавая букет, который любой ценитель разрушений счел бы божественным. А я, скромно себя к таким причисляю, а чего. Люблю запах напалма по утрам.
  
— А вот теперь ловите, пидоры, — пробормотал я в пустоту, выпуская колечко дыма и нажимая на пускателе одну единственную кнопуку, дождавшись нужного момента.
Эх! Последние остатки роскоши.
Несколько батарей, что у меня были, сейчас, хитро заложенные, лежат на пути вероятного следования ремонтных бригад. Я превратил их в простенькие, но от того не менее смертоносные мины. И они, сработали как часы.
БАМ!
Первый взрыв был произведением искусства.
Неуклюжий, здоровенный шагоход, похожий на беременного богомола, переваливаясь через обломки, вошел точно в зону поражения. Грузовой, скорее всего, так как навалено на нем было прилично, судя по виду, раза в два больше, чем сама бандура. Секунда — и эта груда металла превратилась в рваный, искореженный букет из проводов, гидравлики и горящих панелей.
Он еще и за собой в адское пламя утащил пару мелких патрульных машин, что плелись следом, видимо, для охраны. Весь их драгоценный груз запчастей и инструментов взлетел на воздух огненным фейерверком. Красота.
БА-БАМ!
Второй взрыв, чуть поодаль, накрыл целую стайку мелких роботов-техников. Эти серебристые хреновины, похожие на тараканов-переростков, как раз сбились в кучу, видимо, пытаясь оценить ущерб или разобрать то, что еще я не успел спереть. Их корпуса разлетелись во все стороны, словно горсть брошенных гаек.
Хаос. Прекрасный, восхитительный, рукотворный хаос. Вот за такие моменты я и любил свою работу. Вообще, когда-нибудь, я буду просто тыкать пальцем, и всё вокруг будет взрываться. Великий бадабум!
— Нет, ублюдки, — я довольно оскалился, — свободно вы тут разгуливать не будете. Не для того я эту поляну вашими же потрохами минировал.
Третий взрыв, самый мощный, я приберег на десерт. Он грохнул минут через десять. Как раз, когда эти железяки, видимо, уже решили, что все закончилось. Что дикий зверь наигрался и ушел. Они снова наводнили руины аванпоста десятками ремонтников, патрульных машин и даже парой тяжелых грузовиков. И вот тогда я нажал последнюю кнопку. Земля вздыбилась. В небо взметнулся столб огня и земли, поглотивший добрую четверть всей этой суетливой братии.
— Столько добра пропадает, — с деланым сожалением вздохнул я, пряча трубку.
Пора было и себя показать. Я поднялся во весь рост на гребне, становясь идеальной мишенью. Достал из-за сумки десяток трофейных копий. Древнее, слабое говно, про которое я бы и не вспомнил, если бы не нужда в эффектном появлении.
И начал метать. Одно за другим.
Для физического монстра вроде меня, особенно на сорок пятом уровне, километр — не такое уж и большое расстояние. Но вот меткость, видимо, решила взять отгул. Я целился в самую гущу этих «внешников», но из десяти копий цели достигли только два. И те, умудрились, отскочить от их брони с жалким звяканьем, не оставив даже царапины.
— Суки, — уверенно заключил я. Не зло, а просто констатируя факт. Броня у них что надо. — Но внимание привлек. Айда валить!
Я помахал им рукой, словно старому приятелю, и картинно сплюнул. Пускай знают. Пускай эти бездушные железки поймут, что на их территории, в их уютном, стерильном мирке появился хищник. Хищник, который не просто охотится — он, блять, наслаждается процессом.
Который умеет не только рвать клыками, но и расставлять капканы. Запрос на взрывчатку уйдет к Карасу сегодня же. У него этого такого добра должно быть с избытком. Так что минную войну в этом секторе я им обеспечу по высшему разряду.
Я начал неспешно отходить, оттягивая на себя часть вражеских сил. А им ничего не оставалось, кроме как преследовать. Иначе я бы так и сидел на холме, методично мешая им во всех их попытках отстроить эту чертову базу.
Это было очевидно и мне, и, судя по их реакции, им. Хотя, если честно, я до сих пор не понимал, на кой-хер им сдался этот аванпост именно здесь. Логики в расположении — ноль. Но внешники, почему-то считали иначе. Я натыкался еще на похожий аванпост, в сотне километров южнее у огромной реки, тянущейся через весь континент, но тот был гораздо более серьезно укреплен. Там даже стены были, и судя по всему, какое-то производство. Может добывают ресурсы?
Эх, мне бы сейчас живого «внешника» в лапы. Потрясти, допросить, узнать, что это вообще за твари. Но судя по их машинам, по технологиям… я вообще не удивлюсь, если окажется, что всеми этими машинами управляют человекоподобные ублюдки.
Как говаривал один мой покойный знакомый, люди — самая, популярная и самая активная раса во всех известных мирах, не только в Игре. Так почему бы и внешникам не быть человеками?
Противник наконец соизволил выползти из лагеря. Негусто. Один тяжелый шагоход, тот самый «богомол», только целый, и полтора десятка патрульных машин. Они дошли до моей лежки на холме, потыкались там своими манипуляторами и остановились. Дальше не идут. Боятся? Или чего-то ждут?
Очень скоро я понял, что второе. Они, походу, ждали подкрепления. Ну а я ждал вместе с ними, готовый к тому, что меня попытаются обойти, или устроить ловушку. Главное — забрать всё внимание на себя.
А потом я услышал гул.
Он пришел не с земли. Это был не рев двигателей, не скрежет металла. Этот гул шел с неба. Глубокий, низкочастотный, он проникал, казалось, не в уши, а прямо в кости, заставляя вибрировать каждую клетку тела. Я медленно, с очень, очень хреновым предчувствием, поднял голову.
Похоже, не один Карас был мастером сбрасывать мне на голову всякие сюрпризы.
Ясное, почти безоблачное небо было исполосовано огнем. Несколько десятков огненных следов прочерчивали атмосферу. Они падали с орбиты — не хаотично, как метеоритный дождь, а стройным, выверенным порядком. И все они, сука, до единого, целились в одну точку — в руины разгромленного мной аванпоста.
— Япона мать… — выдохнул я, инстинктивно вжимаясь в камень так, словно пытался с ним срастись.
Они входили в атмосферу под острым углом, раскаляясь добела. Рев их падения нарастал, превращаясь в оглушительный, физически ощутимый вой, от которого закладывало уши и хотелось выблевать собственный завтрак.
Первая капсула врезалась в землю с такой чудовищной силой, что скала подо мной содрогнулась, как от землетрясения. Ударная волна, плотная и горячая, как дыхание доменной печи, ударила по своим же машинам, что остались внизу. Тот самый тяжелый шагоход и его патрульный эскорт разметало, словно игрушки. Похоже, эти ребята не особо парились насчет потерь среди своих.
Следом ударила вторая, третья, десятая… Земля под ногами ходила ходуном. Это была не высадка. Это была, блять, ковровая бомбардировка собственными войсками. Метод, который мог прийти в голову только тому, для кого и планета, и собственные базы, и солдаты — лишь расходный материал на балансе корпорации.
Очень скоро стало понятно, что били не по мне и промазали. Это были десантные капсулы. Тяжелые, бронированные, каждая размером с небольшой дом.
  
Из гигантских облаков пыли и дыма, там, где еще мгновение назад были руины, начали проступать силуэты. Огромные. Гораздо, несравнимо больше тех грузовых шагоходов, что я так весело взрывал. Они были шире, массивнее, и сама их форма, их геометрия, излучала чистую, концентрированную угрозу.