А отличники сдохли первыми – 3: снова в школу. Часть 2 (СИ)
— Слушай, Баджер… — Захрипела она опять. Но всё-таки прокашлялась и заговорила уже нормально. — А на чьей машине ты сюда приехал?
— Э-э-э… — Паренёк озадачено почесал бритый затылок. — Ну… Фил сам её нам отдал… Ну, в смысле, на вашей, получается… А чё?
— Вот именно! — Этот ответ явно был предназначен мне, а не Баджеру. — На нашей. Из Москвы.
Столичный житель нахмурился, но, всё-таки сообразил, к чему она клонит:
— Ты всё из-за вчерашнего, что ли дуешься? — Открытая улыбка, которая появилась на лице паренька, исчезла так же быстро, как появилась, когда он снова глянул на мёртвое тело. — Да не считаем мы тебя злодеем, успокойся уже. Просто… Ну…
— Чего «ну»⁈
— Хотя… Если вспомнить, то ты меня как увидела — так сразу с ножом к горлу бросилась…
В ответ девчонка лишь шумно фыркнула и отвернулась.
— Да ещё на связанного… Ну лан, это я так, прикалываюсь! — Щербатая улыбка просто обезоруживала. — Ну вот зырь… Например, когда я обратно из Саратова в Москву добирался — мне кто-только не помогал… Я даже на вертолёте летал, прикиньте!
— Фига-а! — Рикардо раскрыл глаза так, что они чуть не выскакивали. — Прям на настоящем⁈
— Ага! Круто было! Я ещё пострелять хотел, но Фёдор не разрешил… Но это ладно, я вот к чему всё… — Баджер опять обратился к морячке. — Если вот щас где-нибудь от Саратова до Тамбова найти ребят, которые… Ну… Ну, например, спокойно растят курей где-нить у себя в деревне… И вот спросить их — типа, чё за кадетов скажете? Вот лично я — никого не встречал, чтобы жаловались. Там у них щас даже чё-то типа почты работает, хоть и медленно. И ещё они всех зовут к себе или на острова жить — там у Насти работы полно… Прикольная девчонка, кстати… А если чё-нить в технике соображаешь или хочешь научиться — то Джон со Славой училище забабахали! И мастерскую с лабой при нём… Ну или просто в патрули можно добровольцем. Но там отбор жёсткий. Кит — и то не всех берёт. А Альфа — так это ваще…
Когда Баджер вдруг обнаружил, что у него всё-таки кончился воздух в лёгких, ему пришлось сделать паузу. В которую я и вклинился:
— Ничего не понятно, но очень интересно. Ты хотел нам сказать — к чему это всё?
— А, ну да… Я это к тому, что вы, может, и не плохие ребята. Уж Фил — так точно нормальный пацан. Просто об этом, получается, никто не знает. Вот все и думают, что вы какие-то фашики, которые только себя за людей считают. А на всех остальных — плевать хотели.
— Да сам ты фашик… — Чуть слышно пробормотала Белла, снова пряча лицо в руках, уложенных на подобранные колени.
Наверняка ей было, что возразить по существу. Но либо девчонка очень устала, либо, в словах простодушного паренька всё-таки было больше истины, чем в её оправданиях.
Но юный панк тоже не стал спорить. Лишь хитровато глянул на нас с Рикардо, выразительно вздохнул и беспечно пожал плечами.
— Ладно… Будем считать, что новый день начался. Всё равно скоро уже рассвет… — Я поднялся на ноги и аккуратно накрыл тело Барби простынёй. — Маэстро, будь добр, введи пока нашего нового друга в курс дела. А то… — Глянув в сторону Беллы, я заметил, что и Хард на соседней с ней кровати тоже зашевелился. — А то он — вон. Даже глухого разбудил.
— Да не вопрос… — Чернокожий паренёк широко зевнул, почмокал пересохшим ртом и глянул на Баджера. — Пойдём пожрём?
— Как говорят в Британии — фекали квешн! — Кажется, настроение этому пареньку вообще ничего не могло испортить. — Чего там, много вчера нашли?
— Харда не забудьте…
— Канеш… Хард? — Рикардо повернулся к норвежцу, но потом хлопнул себя по лбу. — Блин, ну да… Его ж толкать надо…
Сходив вместе с новым приятелем до койки глухого парня, они пригласили его на завтрак жестами и все вместе направились в кладовку. По пути пацаны принялись упражняться в своём кривом английском, вспоминая наши приключения у маяка и «Калины». А люберецкий паренёк лишь присвистывал от удивления. И только перед тем, как за ними закрылась дверь, он понимающе закивал и назвал Хафгуфу «ещё одним мегажорой».
Закрыв банку с чёрными шариками, я кинул её себе в карман и снова повернулся к Белле.
Быстренько спрятав от меня взгляд, девчонка отвернулась в стену и сделала вид, что внимательно изучает фрагмент граффити. И если бы там было изображено хоть что-то, кроме какого-то гигантского пурпурного языка с маленьким белым грибком на нём, это было бы похоже на правду.
Заряженный «Суоми», на этот раз, лежал рядом на тумбочке. Наверное, всё-таки отдавил ей шею своими килограммами. Или порохом вблизи слишком сильно воняет…
— Просто послушай. — Я присел на соседнюю койку. — Если хочешь знать моё мнение — я тоже не считаю нахимовцев плохими парнями…
— «Ты» — это кто? — Не глядя огрызнулась морячка. — Рик или Брокер⁈
— Будем считать, что Рик. За Брокера пока отвечать не могу. При всём желании.
— Да уж конечно… — И она снова принялась изучать неровности пурпурного языка.
— Повторю: вы вовсе не плохие парни. Вы прагматичны. Судя по всему, обладаете хорошей дисциплиной. Умеете выживать и смотрите в будущее немного дальше, чем… — Я оглянулся на тело, накрытое простынёй. — Чем остальные бедолаги…
Повернувшись обратно, я увидел, что и Белла тоже грустно смотрит на Барби мимо меня.
— … И хотя все эти качества можно обнаружить и у какой-нибудь итальянской мафии… Но я, всё же думаю, что вы — лучшее, что может предложить этот мир для выживания. Если не считать чисто биологической стороны вопроса, конечно… Тут у крабов, скорее всего, большое преимущество…
— Ну спасибо… — Уколов меня взглядом, девчонка опять отвернулась. — Чё б я без тебя делала…
— Это я могу тебе сказать. В лучшем случае — лежала бы обглоданной и дохлой в избушке для консервов.
— А в худшем⁈
— Была бы там же. Но ещё жива.
— А не напомнишь, как же так получилось? — Когда девчонка опять оглянулась, в её глазах была уже знакомая холодная сталь.
— Напомню. Твой отряд, обладая преимуществом в огневой мощи, допустил разгромное поражение от толпы оборванцев с палками и камнями.
— Д!.. — Вспыхнула Белла, задыхаясь от злости и обиды. — Д!..
Я примиряюще поднял перед собой руки:
— Подожди… Я не для того начал этот разговор, что бы ссориться с тобой дальше.
— А для чего⁈
— Давай будем честны сами с собой. Я, в свою очередь — лучшее, что этот мир может сейчас предложить для выживания тебе…
За дверями кладовки что-то грохнуло на пол и звонко разбилось. После этого ещё несколько секунд сдавленные матюки пацанов там перемежались с их же озорным хмыканьем.
Убедившись, что завтрак за дверями всё-таки продолжается, я обернулся обратно к девчонке:
— Парни — орлы, в этом нет никаких сомнений… — На этом месте Белла всё-таки тоже хмыкнула. — Но так ли ты уверена, что доберешься вместе с ними обратно до своей школы?
— Да уж как-нибудь…
— Вот только тебе не надо «как-нибудь». Тебе надо быстро. До «Камчатки» может и дойдёте. Но Рикардо, скорее всего, там и останется…
— Он же обещал нам помочь! — Судя по взгляду девчонки, направленному на кладовку, она и сама сомневалась в крепости чужого слова.
— Обещал. И я ему тоже верю. Но я не знаю, кто там у них в «Камчатке» за главного… И на их месте я бы его никуда не отпустил.
Этот аргумент Белла оставила без комментария. Лишь снова отвернулась.
— Баджер… — В кладовке снова что-то стукнуло, и за переборкой раздался бодрый мальчишеский хохот. — Сама понимаешь… А Хард… Хард, конечно, орешек крепкий — удержался на ветке… Но в верности, он клялся мне, а не тебе.
Я помолчал, предоставляя девчонке немного времени на то, чтобы переварить все эти мысли.
— А зачем тебе вообще помогать мне идти в Питонию? — Глаза Беллы превратились в две узкие щёлочки. — Это у тебя такой «план Б», да? Хочешь теперь к нам по тихой проникнуть? Для этого ты добреньким прикинулся?
Я покачал головой:
— Как раз с этого я и начинал. Вы — лучшее, что мне сейчас может предложить этот мир для выживания. Хотя я и сам, судя по всему, обладаю неплохими ресурсами… — Я кивнул на «Суоми». — Может, не только тебе пригожусь в итоге.