Морок над Шадизаром (СИ)
Феруза промолчала.
* * *
В главном Феруза была права: Шадизар жесток, он холоднее горных пиков и равнодушнее пустынь. Одинокому чужаку без друзей, денег, опыта и знаний тут не выжить. Тем не менее, юному Конану Киммерийцу улыбнулась удача в тот самый момент, когда он оставил любые надежды на благоволение богинь судьбы...
* * *
Главной достопримечательностью «Уютной норы», а заодно и квартала Нарикано, был и оставался Райгарх из Асгарда, формально выполнявший при таверне роль вышибалы с невеликим жалованием и записью в налоговой книге городского наместника.
В реальности круг его обязанностей был значительно шире — Райгарх с большим пониманием относился к интересу одинокой женщины, тянущей на себе немаленькое хозяйство и утешал Лорну всеми доступными способами: увлеченно ругался с ней по поводу и без повода, умел поменять колесо на телеге и подлатать прохудившуюся лестницу, без малейшего напряжения таскал неподъемные бочки с пивом, торговался с мясником и хлебопеками, а вечерами уединялся с Лорной в её комнате наверху — как выражался острый на язык Ши Шелам, «подвести баланс».
В том, что владелица постоялого двора и могучий вышибала состоят в игривых отношениях секрета никакого не было, отчего многочисленные городские налётчики обходили заведение Лорны десятой дорогой — бритунийка и сама прекрасно могла постоять за себя и нажитое своим горбом невеликое богатство, а в паре с Райгархом была способна отразить нападение как минимум тяжеловооруженной кавалерийской сотни.
Асиры и так-то по природе своей народ рослый и широкоплечий, но Райгарх выделялся даже на общем фоне. Четыре с лишним локтя в высоту, широкий как буйвол, с бочкообразной грудью, смахивающими на бревна жилистыми руками и жутких размеров кулачищами. Вышибале было немногим за пятьдесят, возраст солидный, однако он доселе производил совершенно неизгладимое впечатление — человек-скала.
Когда одолевала тоска, Райгарх ходил развеяться в «Клетку» — на ристалище для кулачных бойцов возле Шемской башни. Нечастые схватки с его участием вызывали в Шадизаре нездоровый ажиотаж, принося владельцам «Клетки» едва ли не четвертьгодовой доход. Одна беда, делать ставки на противников асира никто из местных не решался (а приезжие всегда проигрывали) — каждому было известно, что полуночный варвар вздует любого, самого опасного противника. Райгарх традиционно покидал арену с раздутым кошелём, люди просто шли «посмотреть на этого огромного дикаря».
...Невероятные странности начались в городе вечером, вскоре после спешного отъезда Джая Проныры с соратниками в Аренджун. Провозвестником удивительных событий выступил именно Райгарх, ворвавшийся в трапезную залу «Уютной норы» с изумленным воплем:
— Лорна, бегом на двор! Ты только посмотри! Да разрази меня Доннар!..
Хозяйка насторожилась и машинально коснулась упрятанного на полке под стойкой арбалета — вышибала нечасто проявлял столь бурные эмоции.
— Иштар милостивая, — выдавила бритунийка, узрев разворачивавшийся под окнами таверны спектакль. — Это что ещё такое?..
«Это» являлось роскошным паланкином, который тащили на плечах восемь здоровенных чернокожих рабов. По правую и левую сторону от носилок вышагивали телохранители, не меньше дюжины. Лорна, знавшая толк в этом деле, сразу оценила насколько внушительна охрана: такие жуткие рожи, что за безопасность нанимателя паланкина можно быть абсолютно спокойным. Оружие наилучшее, очень дорогое, судя по приметным узорам на ножнах клинков — пуантенское, а слава тамошних кузнецов гремит по всем королевствам Заката.
Безмолвные негры установили носилки перед крыльцом «Уютной норы» и с шелковых подушек слез сухонький старичок в богатых одеждах. Золотое шитье, камушки, буфы на рукавах, колет заужен к талии. На голове старичка красовался темно-пурпурный берет с белоснежным пером и драгоценной брошью. Пояс отягощал необычный кинжал, узкий, с короткой гардой и коваными золотыми якорями. Орденская цепь с сапфирами и опять же морской тематикой — якоря, кораблики, миниатюрные акулы с осьминогами.
Что за чепуха? До ближайшего морского побережья от Шадизара по прямой не меньше восьмисот лиг! Кроме того, по прямой летают только птицы, на лошади и того больше.
— Покрой зингарский, — проворчал Райгарх, оценив костюм незнакомца. — Как он не задохнулся в тесном колете на такой жаре?..
Сам старичок не представлял из себя ничего выдающегося. На вид лет под семьдесят, из-под берета выбивается венчик седых волос, так же седая бородка клинышком. Кожа загорелая, но с болезненной желтизной. Нос с горбинкой, маленькие темно-карие глазки. Роста невеликого, асиру по грудь.
— Свободны, — каркающе-хриплым голосом сказал командиру телохранителей старикан и перекинул ему внушительный кошелёк. — Понадобитесь, отправлю посыльного.
— Как пожелает ваша милость, — ровно ответил неблагообразный мордоворот со шрамом через всю физиономию, поклонился, махнул рукой неграм, те подняли пустые носилки и зашагали к воротам. Попутно выяснилось, что четверо рабов волокли за паланкином немаленький сундук, который так же остался во дворе.
— Гм... — Лорна прокашлялась. — Рада приветствовать благородного господина. Что вам угодно?
— Угодны лучшие комнаты, стакан аргосского красного вина урожая восьмилетней давности, утка на вертеле и ванна с горячей водой.
Райгарх неприлично фыркнул, будто дворовый пёс. Старикан взглянул на великана грозно.
— Так же угодно, — не терпящим возражений тоном продолжал удивительный гость, — чтобы на постоялом дворе не ошивались посторонние. Сколько комнат сейчас занято?
— Ни одной, — призналась Лорна. — Не сезон, весенняя ярмарка закончилась, а следу...
— Очень хорошо, — перебил старичок. — Я снимаю все комнаты до единой. Оплата втройне, чистым золотом. Главное условие: кроме меня вы не принимаете никого другого, окажись он хоть королем Немедии!
Хозяйка с вышибалой недоуменно переглянулись. «Уютная нора» была последним местом в обитаемой вселенной, куда мог заглянуть немедийский владыка.
— Сундук наверх, — продолжал командовать седой. Было видно, что старец привык к беспрекословному повиновению. — Ужин к восьмому полуденному колоколу, трапезничать буду в своих покоях.
— Покоях... — выдавил Райгарх, неимоверным усилием воли сдерживая хохот. — Нет, ну вы это слышали?
— Сперва необходимо утрясти некоторые детали, — Лорна оставалась стоически-невозмутимой, положение обязывает. — Райгарх, зови Малыша, переправьте сундук в комнату с лазурными занавесками. Ши Шелама ко мне, бегом!
Асир лишь крякнул удивленно: лазурными занавесками обладало единственное помещёние в доме: собственная спальня Лорканы Бритунийки, в которой было наведено некое подобие уюта: зеркало, изразцовый столик, потёртые офирские кресла, ложе с шёлковыми простынями. Бывшая наёмница на склоне лет хотела пожить с удобствами — больше никаких ночевок в конюшнях и на грязных чердаках! Иные комнаты были обставлены совсем незамысловато и рассчитаны на непритязательных вояк или помощников небогатых купцов.
Лорна не привыкла сдаваться и пасовать перед самыми невероятными трудностями. Ванна? Отлично, будет ему ванна, даже с самыми дорогими шемскими благовониями! Утка? Да хоть лебедя в апельсинах!
Примчавшийся на зов Ши Шелам получил быстрые и чёткие распоряжения: молнией бежать на рынок к птичнику и виноторговцу, срочно позвать в таверну живущую через два дома госпожу Шошану, которая иногда помогает по кухне при наплыве гостей. Одна нога здесь, другая там!
Ши испарился, будто призрак в лучах рассвета. Конан с Райгархом, пыхтя и надрываясь, тащили на второй этаж неподъёмный сундучину. Асир полушепотом сквернословил.
Пока вокруг царила неприметная, но весьма бурная суета, гостя требовалось чем-то занять. Лорна, вздохнув, полезла в секретный шкафчик, где хранила кувшинчики с наилучшим вином, какое могла себе позволить. Выставила на стол у окна вместе с единственным в доме серебряным кубком.