Я еще Скелет? Не прикалывайтесь! Книга II (СИ)

Кто-то — неизвестный, какой-то наглец вернул ему его же отраву. Причем таким способом… Черт возьми, да это было наглейшее объявление войны, о котором он только слышал!
Морг схватился за подоконник дрожащими руками. Пытаясь втянуть слюну в пересохшую глотку, от шока, Морг чуть было не вдохнул зажжённую сигару, которую держал зубами. Беспомощно поперхнувшись и задыхаясь, он упал перед окном на колени. Дым от огня из сада под ним уже мало по малу просачивался сквозь створки, но сигара, наконец, выплюнутая из его рта, тут же оставила ожог на дорогом золотистом ковре.
  
Сердце Морга билось так часто, что он мог бы потерять сознание, однако остаточная злоба внутри продолжал его душить, не давая ему этого сделать.
Кто осмелился бросить ему вызов? Кто посмел так нагло захватить его склад и обратить его же величайший инструмент влияния на этот город против него самого⁈ Какая-то букашка посмела восстать против него? Непростительно! Абсолютно непростительно! А что делать с такими выскочками, Морг знал лучше всего… он на себе познает всю мощь «Ржавых Кинжалов»!
  
Глава 10
 
Я вернулся на захваченный склад под покровом ночи, оставив за спиной зарево пожара в богатом квартале. Дым всё ещё поднимался столбами над особняком Морга, окрашивая округу в кроваво-красные оттенки.
На территории склада меня встретила гробовая тишина. Бойцы «Подполья» замерли, словно каменные изваяния, и смотрели на далёкие всполохи пламени над городом. Их лица выражали смесь ужаса и благоговения — они прекрасно понимали, что именно я совершил этой ночью.
Скрежет стоял в центре двора, его многочисленные ножки нервно постукивали по мостовой в быстром, тревожном ритме. Когда я вошёл в круг света от магических фонарей, он первым пришёл в себя и развернулся ко мне всем своим массивным телом.
— Ты безумец! — его рокочущий голос дрожал от смеси ярости и страха. — Ты хоть понимаешь, что наделал⁈ Они сметут нас! Весь город будет против нас!
Он подполз ближе, его глаза сверкали в отсветах далёкого пожара.
— Мы не можем вести открытую войну с целым кланом! У них больше бойцов, больше денег, связи с властью! У нас нет таких ресурсов! Это самоубийство!
За его спиной послышались голоса поддержки. Старый гном-кузнец нервно сжимал рукоятку молота, зверолюд-волк скалил клыки от тревоги, а арахниды щёлкали хелицерами. Их лица были бледными, в глазах читался ужас перед неминуемой расправой.
— Они придут сюда со всей своей армией! — продолжал Скрежет, его лапы царапали каменный пол. — Они нас найдут, окружат, вырежут до единого! А потом займутся нашими семьями, нашими укрытиями по всему городу!
Я спокойно выслушал эту вспышку паники, не прерывая и не возражая. Дал им выговориться, выплеснуть накопившийся страх. Только когда голоса стихли, я телепатически обратился сразу ко всем присутствующим. Мой ментальный голос прозвучал ровно и холодно, без тени сомнения.
«Ваш страх понятен, вот только он не оправдан. Вы видите их силу, но не видите их уязвимости».
Я сделал шаг вперёд, и они невольно подались назад.
«Неужели вы не видите, что они — опухоль? Злокачественная опухоль, построенная на деньгах и чужом горе! И такие опухоли надо вырезать в первую очередь! К тому же, это не так сложно, если знать, куда именно бить.»
Я медленно обвёл взглядом собравшихся. В их глазах всё ещё читалась неуверенность.
«Вы ведь видели, чем был забит их склад? „Серая смерть“ — та самая отрава, которая убила ваших детей, ваших родителей, ваших друзей. Сколько семей она разрушила? Сколько невинных душ отправила в могилу ради их прибыли?»
Наконец по толпе прокатился глухой ропот, лица исказились от ненависти. Я видел, как сжимаются кулаки, как блестят обнажённые клинки.
«Разве вы не хотите отомстить? Разве не хотите уничтожить эту заразу раз и навсегда? Так знайте же, сегодня у нас есть такой шанс. Может быть, единственный!».
Старый гном-воин, чьё лицо было изрыто морщинами горя, медленно поднял свой боевой топор. Его голос прозвучал хрипло, но твёрдо:
— Костяной прав. Моя дочь… она умерла от этой дряни в страшных муках. Хватит прятаться по углам. Пора платить по счетам!
— Да! — выкрикнул молодой зверолюд. — Мой брат тоже… Довольно! Пусть горят в аду!
— За наших мёртвых! — подхватила арахнид-женщина, её голос звенел от ярости.
Ропот согласия перерос в яросный гул. Страх в их глазах сменялся огненной решимостью. Они вспоминали лица погибших, и это давало им силы. Паника отступала, уступая место жажде справедливого возмездия.
Скрежет молчал, наблюдая за изменением настроений в толпе. Наконец он тяжело вздохнул всеми своими лёгкими и кивнул мне.
— Хорошо, — пророкотал он. — Допустим, ты прав. Но что дальше? У тебя есть план?
«Разумеется», — ответил я. — «Сейчас Морг в ярости и растерянности. Он потерял лицо, потерял товар, его особняк горит. Он бросит все силы, чтобы вернуть этот склад и восстановить свою репутацию, но попадёт… прямо в ловушку. Так что, пожалуйста, следуйте моим приказам, и я обещаю вам победу. Мы не только отобьём их атаку — мы вырвем эту заразу с корнем и сожжём всё, что от неё останется. Раз и навсегда!».
Окружающая толпа взорвалась одобрительными выкриками.
Как только всеобщее возбуждение немного стихло, я указал на окружающие здания.
«Вы укрепите это место и превратите его в мясорубку. Каждый проход, каждое окно будет, как смертельная западня. И пока они будут ломать зубы о ваши стены, я нанесу финальный удар. Прямо по их самой уязвимой точке — их лидеру!».
Мою абсолютную уверенность словно передалась всем остальным. Они выпрямились, плечи расправились, в движениях появилась чёткость и решимость. Впервые за долгое время у них появился шанс не просто выживать, а по-настоящему победить.
— Мы сделаем, как ты сказал, — Скрежет медленно кивнул, принимая неизбежность. — У нас теперь всё равно больше нет выбора. Ты нас всех втянул в эту войну, а значит… будем воевать до конца.
Он развернулся к своим людям, его голос зазвучал с командной властностью:
— Вы слышали! За работу! Превратим эту дыру в могилу для всех, кто посмеет сюда сунуться!
Он развернулся к бойцам, и его голос зазвучал с прежней командной властностью.
— Все слушать мою команду! — рокотал Скрежет. — Превращаем этот склад в крепость! У нас есть немного времени до рассвета — к тому времени здесь должна стоять мясорубка, в которой захлебнётся любая бандитская армия!
Преображение произошло мгновенно.
Бойцы, словно по команде невидимого дирижёра, рассыпались по складу. Страх исчез без следа, сменившись яростной активностью. Они работали как единый организм, каждый знал своё место и свою задачу.
Группа арахнидов и гномов принялась за основные баррикады. Тяжёлые ящики полетели с места на место, образуя многоуровневые укрепления. Обломки стеллажей превращались в частокол, металлические листы — в щиты. За считанные минуты прямые проходы склада превратились в извилистый лабиринт узких коридоров.
Зверолюди-волки и коты занялись ловушками. Их природная ловкость позволяла устанавливать растяжки в самых неожиданных местах. Я наблюдал, как Клык натягивает тонкую, почти невидимую проволоку между балками.
В другом углу группа бойцов копала замаскированные ямы. Дно усеивали заточенными кольями — не смертельно, но достаточно, чтобы вывести из строя.
Опытные лучники забирались на верхние ярусы. Арбалетчики устраивали импровизированные бойницы, прорубая отверстия в стенах на разной высоте. Скоро весь склад просматривался с десятка разных позиций под перекрёстным огнём.
  
Старый гном-воин, тот самый, что первым поддержал меня, с силой вбивал заточенную арматуру в землю, создавая противопехотные препятствия, а молодая арахнидка вместе с подругами плела хитроумные сети в проходах между баррикадами. Их естественное умение создавать ловушки пригождалось как никогда.
Я наблюдал за этим преображением с растущим удовлетворением. Мой холодный расчёт оказался верным — их ярость была именно тем топливом, которое мне было нужно. Страх сменился жаждой мести, и эта жажда делала их в десять раз сильнее. Каждый боец, вбивая очередной гвоздь или натягивая тетиву арбалета, знал — он строит не просто укрепление. Он создаёт орудие возмездия.