Обратное течение (СИ)

Зотов повернулся ко мне.
— И, наконец, у вас достаточно ума, чтобы хорошенько припрятать этот свиток. Так, чтобы я не мог его найти. Поэтому я не просто подозреваю вас, Александр Васильевич, я вас обвиняю. И хочу напомнить вам, что это дело государственной важности. Со всеми вытекающими последствиями.
— Я вас понял, — сказал я. — Хотите знать, что я думаю об этом?
  
— Очень интересно, — фыркнул Зотов.
— Я думаю, что вам стоит обыскать мой дом. Как в свое время это сделал господин Прудников, помните? Я не стану чинить вам препятствий, даже ордера не потребую. Как думаете, вы найдете здесь свиток с описанием ритуала?
— Бросьте, — устало махнул рукой Зотов. — Никакого свитка у вас в доме нет. Я прекрасно знаю, где вы его спрятали.
— В таком случае обыщите Незримую библиотеку, — предложил я. — Получите разрешение у его величества, возьмите с собой побольше полицейских. Вам напомнить рецепт ячменных лепешек? Или он у вас записан?
— Ничем вас не прошибить, да? — неожиданно спросил Зотов.
— Пожалуй, что так, — согласился я. — Не прошибить, это вы очень правильно выразились, Никита Михайлович.
— Что ж, тогда я просто напомню вам, что из-за этого ритуала уже были убиты семь человек. И неизвестно, сколько еще убийств произойдет, если свиток попадет в случайные руки.
— Вы не поверите, — кивнул я, — Но именно это меня и беспокоит. Я тоже не хочу, чтобы свиток с неизвестным ритуалом попал в случайные руки.
Мы дошли до обсерватории и повернули обратно к калитке.
— Нет смысла ссориться, Никита Михайлович, — сказал я. — Вы знаете, что Елизавету Федоровну сегодня выписывают из госпиталя? По этому поводу у меня дома будет вечеринка. Приглашаю вас заглянуть. Отдохнете от забот, выпьете немного вина. Сможете подняться в мою обсерваторию. Ночь сегодня ожидается ясная. Не поверите, но простое наблюдение за другими мирами прекрасно успокаивает нервы.
— Благодарю, но у меня слишком много дел, — буркнул Зотов.
У самой калитки он повернулся и посмотрел мне в глаза.
— Александр Васильевич, я настоятельно прошу вас до окончания следствия не покидать пределы столицы. Это официальное распоряжение. Имейте в виду.
Проводив начальника Тайной службы, я отправился в гараж. Там артефактор Кузьма Петрович как раз закончил наносить на мой мобиль защитное магическое плетение.
— Все готово, Александр Васильевич, — проворчал он. — Эх, и хорошая у вас машинка. Имейте в виду, что она работает на магии, поэтому долго с таким плетением не проездит. Ей нужна постоянная связь с магическим полем.
— Понимаю, кивнул я. — Мне главное, чтобы я смог доехать до госпиталя и обратно.
  
Глава 27
 
— Вот вы и свободны, Елизавета Фёдоровна, — весело сказал я, широко распахивая дверь госпитальной палаты. — Ваше заключение окончено.
— Вы нашли того, кто на меня напал? — не поверила Елизавета Фёдоровна. — И я могу идти? А как же магия?
— Не беспокойтесь, — улыбнулся я. — Мои друзья-артефакторы здорово постарались, так что вы будете под надежной защитой. Кстати, вы помните, что я обещал вам сюрприз?
— Конечно, помню, — кивнула Елизавета Федоровна.
Глаза девушки вспыхнули любопытством.
— Прошу!
Я подхватил ее чемодан, и вместе с девушкой мы вышли из палаты.
На пороге Елизавета Федоровна обернулась.
— Теперь у меня два дома, — сказала она. — Комната в вашем особняке и эта палата.
— А скоро появится третий, — улыбнулся я. — Настоящий красивый загородный дом. С камином, садом и библиотекой.
— Откуда вы знаете? — с детским любопытством спросила Елизавета Федоровна.
— Чувствую.
В коридоре нас дожидался дядя Серёжа.
— Спасибо за то, что так хорошо охраняли меня, — сердечно поблагодарила его Елизавета Фёдоровна. — С вами я чувствовала себя в полной безопасности. Даже жаль, что мы больше не увидимся.
— Рад стараться, барышня, — усмехнулся дядя Сережа.
— А где ваша жена? — спросила Молчанова. — Пожалуйста, передайте ей, что я очень, очень благодарна. Я всегда буду вспоминать вас добрыми словами.
Она медленно пошла к лестнице.
— Жду вас вечером, — тихо сказал я дяде Серёже. — Соберите все необходимые вещи и не опаздывайте.
Дядя Серёжа кивнул, добродушно улыбаясь.
— Давненько мечтал переехать на пенсии на природу, — заговорщицки сказал он. — Вот мечта. Эх, рыбачить буду, охотиться!
Иван Горчаков догнал нас на лестнице. Вид у целителя был озабоченный. Он отвел меня в сторону.
— Саша, вы точно все хорошо подготовили? — требовательно спросил он. — Ты же помнишь, что для Елизаветы Федоровны опасно любое магическое воздействие?
— Все в порядке, Ваня, — успокоил я его. — Артефакторы ручаются за свою работу головой. А ты же знаешь наших артефакторов, они очень дорожат своими головами. Да я и сам все проверил.
— Ну хорошо, хорошо, — согласился Иван. — Просто я беспокоюсь за пациентку.
— Ты сам-то приедешь? — спросил я. — Все наши соберутся.
— Постараюсь вырваться, — с улыбкой пообещал Иван. — Спасибо за приглашение, Саша.
Когда мы вышли в парк, Елизавета Федоровна заметно повеселела. Кажется, она только сейчас всерьез поверила, что наконец-то уезжает из госпиталя.
— Как же хорошо! — повторяла она, с любопытством вертя головой, рассматривая деревья, траву, скамейки. — Как же хорошо!
— Вам до сих пор не верится, что у вас теперь новая жизнь? — улыбнулся я.
— Да, — призналась девушка. — Но я привыкну. Обязательно привыкну.
— Лучше не надо, — рассмеялся я. — Продолжайте удивляться. Вам это очень идет.
Мы не спеша дошли до ворот. Я открыл дверцу мобиля, приглашая девушку. Елизавета Федоровна устроилась на переднем сиденье и озабоченно нахмурилась.
— Что-то знакомое, — сказала она. — Подождите, здесь такие же ощущения, как в моей палате! Ваш мобиль изолирован от магии?
— Вы угадали, — улыбнулся я. — Это для вашей защиты.
— Но как же вы? — встревожилась Елизавета Федоровна. — Вы же будете чувствовать себя неуютно.
— Нам недалеко ехать, — успокоил я ее. — Все в порядке.
А потом мы ехали по набережной. Дорога была свободна, и я с удовольствием прибавил скорости. Слева тянулась сверкавшая на солнце широкая лента реки. По ней, задорно гудя, плыл белый пароходик. Слева мелькали графские и княжеские дворцы.
— Какая красота! — вздохнула Елизавета Федоровна. — Чудесный город!
Она посмотрела на меня.
— Знаете, все эти дворцы, они очень красивы, но как-то похожи друг на друга. Статуи, колонны, балконы. Ваш особняк намного лучше. Он особенный, он один такой.
— Вы совершенно правы, — улыбнулся я.
Свернув на Шепчущий мост, я немного притормозил. Проезжую часть уже отремонтировали, но булыжники еще лежали не слишком ровно.
— Остановите, пожалуйста, — вдруг попросила Елизавета Федоровна.
Я остановил мобиль. Девушка вышла и подошла к перилам. Посмотрела вниз на медленно текущую невскую воду.
— Вот здесь началась вся эта история, — тихо сказала она. — Здесь началась моя новая жизнь.
Елизавета Федоровна повернулась ко мне.
— А этот убийца, кто он?
Я не видел причин скрывать от нее правду.
— Граф Мясоедов, — сказал я.
— Тот самый, который ограбил инженера Изюмова? — удивилась Елизавета Федоровна. — Именно, — кивнул я.
— Вот негодяй! — нахмурилась девушка. — Но зачем? Зачем он совершал все эти убийства?
  
Я пожал плечами.
— Кто знает. При нашей последней встрече граф показался мне сумасшедшим.
— Что с ним стало? — спросила Елизавета Федоровна. — Его арестовали?
— Можно сказать и так, — кивнул я. — Во всяком случае, вы больше никогда его не увидите.