Обратное течение (СИ)
— Долгов у него не было. Федор Ильич всегда старался жить по средствам.
— Он оставил завещание? Кому отошло имущество?
— Да, завещание было составлено и заверено у нотариуса. Я уже говорила, что Федор Ильич щепетильно относился к деньгам. Он разделил имущество между мной и Лизой. Но в конце сделал приписку. Я должна управлять всем имуществом до тех пор, пока Лиза не выйдет замуж.
— Вот как? — удивился я. — Очень старомодное правило. Это условие можно оспорить через суд.
— Да, — кивнула Екатерина Федоровна. — И я сразу сказала Лизе, что готова разделить наследство. Но для этого придется продать имение и земли.
— Елизавета Федоровна не хотела продавать дом?
— Она не захотела даже разговаривать со мной. После смерти отца девочка словно сошла с ума. Она обвиняла меня в его гибели.
— Почему? — заинтересовался я. — Ведь свидетели подтвердили, что это был несчастный случай.
— Горе повредило ее разум. Я даже хотела позвать целителя. Но сразу после похорон Лиза сбежала. Я не знала, куда она поехала. А на зов она не отвечала.
— Вы пытались ее разыскать?
— Пыталась. Я предположила, что у нее могут быть знакомые в столице — девочки, с которыми она вместе училась. Я обратилась к ректору Смольного института, и он обещал помочь.
Екатерина Антоновна посмотрела прямо на меня.
— Теперь вы позволите мне увидеться с Лизой?
— Нет, — прямо ответил я. — Но я сообщу ей, что вы приехали. Если Елизавета Федоровна захочет с вами говорить, она скажет вам об этом сама.
— Господин Тайновидец, это уже слишком! — взорвался Прудников. — Мы битый час отвечаем на ваши вопросы. У меня есть подозрения, что Елизавета Молчанова причастна к нападениям на других девушек. Она знала их! Она была не в себе! Я должен ее допросить!
— А на себя она тоже напала сама? — поинтересовался я.
— Мне приходилось видеть и не такое!
Я покачал головой.
— Слабая версия, господин Прудников. В прошлый раз вы подозревали меня, теперь обвиняете Елизавету Федоровну. Так вы не раскроете это дело.
— Что вы себе позволяете⁈
Я поднялся с места, и Прудников тоже вскочил.
— В своем доме я позволяю себе то, что считаю нужным, — спокойно ответил я. — А теперь позвольте вас проводить. Где вы остановились, Екатерина Антоновна?
Молчанова тоже встала.
— В гостинице «Корона».
— В таком случае, вам лучше вернуться в номер и отдохнуть.
Екатерина Антоновна молча повернулась и пошла к калитке.
— Я этого так не оставлю! — хрипло сказал Прудников.
Но я не обратил на него никакого внимания.
Возле калитки Екатерина Антоновна остановилась.
— Степан Богданович дважды назвал вас Тайновидцем, — негромко сказала она. — Что это значит?
— Это мой магический Путь, — улыбнулся я. — Разбираюсь с любопытными магическими загадками и происшествиями.
— И как, успешно?
— Вполне.
Екатерина Антоновна молча кивнула и пошла к мобилю.
* * *Когда они уехали, я прошел в дом. Особняк встретил меня тишиной — Игнат до сих пор не вернулся. Удивленно хмурясь, я послал ему зов, но старик не ответил.
— Что за чертовщина? — пробормотал я.
И решил потревожить Мишу Кожемяко. Я хотел, чтобы он послал пару городовых к Прасковье Ивановне и отыскал Игната.
Но тут вмешался дом. Теплая волна прошла по телу, успокаивая взвинченные нервы.
— Хочешь сказать, что тревожиться не о чем? — спросил я. — С Игнатом все в порядке?
Еще одна теплая волна подтвердила мою догадку. У меня не было причин не верить дому — между особняком и Игнатом давно установилась тесная ментальная связь.
— Ладно, — согласился я. — Подожду до утра.
Я вошел в кабинет. Секунду смотрел на пустой стол, за которым еще утром сидела Елизавета Федоровна. Потом перевел взгляд на часы.
Время перевалило за полночь. Заказывать ужин было поздно, да и мысли перебивали аппетит.
Я сел в свое кресло и удобно откинулся на спинку, заново прокручивая в голове разговор с Екатериной Антоновной. Любопытное дело, очень любопытное…
Магическая лампа под потолком плавно померкла. Мои глаза закрылись, и я крепко уснул.
Глава 14
Утром меня разбудил зов Никиты Михайловича.
— Доброе утро, Александр Васильевич, — привычным холодным тоном поздоровался Зотов. — Собирайтесь, вам пора на службу. Я, между прочим, терпеть не могу опоздания.
Я изумленно помотал головой, прогоняя сон.
— Доброе утро, Никита Михайлович. Не припомню, чтобы я соглашался работать в Тайной службе.
— Правда? — деланно удивился Зотов. — А разве не вы на днях представились сотрудником Тайной службы, когда обманом проникли в квартиру на Левом берегу?
— Это был самый простой способ договориться с квартирной хозяйкой, — объяснил я, начиная понимать, в чем дело.
— Допустим, — не сдался Никита Михайлович. — Но вам и этого показалось мало. Вчера в тот же самый дом явился еще один агент. По словам дворника, это был седой и очень вежливый старик. Он долго выспрашивал, где живет госпожа Молчанова. Кто это был? Ваш слуга Игнат?
— Я отправил его за вещами Елизаветы Федоровны, — объяснил я. — Пришлось поддерживать легенду.
— Ну, хорошо, — согласился Зотов. — Хоть эти объяснения мне и не нравятся, я готов закрыть на них глаза. А зачем вы сказали квартирной хозяйке, что Елизавета Федоровна Молчанова теперь тоже работает на Тайную службу?
Я уже улыбался до ушей. Мой наскоро придуманный план сработал.
— А как вы об этом узнали? — спросил я.
— Как? Да об этом теперь знает каждый дворник, каждый городовой в округе. Разумеется, квартирная хозяйка все разболтала. Ну, и понеслось. И дошло до меня, разумеется. У меня ведь есть свои агенты в городе — настоящие, а не липовые.
— На это и был расчет, — рассмеялся я.
— На то, чтобы меня разозлить? Имейте в виду, господин Тайновидец, по отношению к сотрудникам у меня очень широкие полномочия. Например, я могу засадить провинившегося агента на воинскую гауптвахту, суток на пятнадцать. А могу отдать под трибунал. Вам не кажется, что вы очень похожи именно на такого провинившегося агента? Объясните сейчас же — зачем вы это сделали?
— Чтобы защитить Елизавету Федоровну Молчанову, — сказал я. — Человек, который напал на нее, до сих пор разгуливает на свободе. Я должен учитывать, что он может снова попытаться убить девушку. Но теперь он поостережется. Во всяком случае, я на это надеюсь.
— Почему просто не приставить к ней охрану? — поинтересовался Зотов. — И вообще, этим делом занимается полиция. При чем тут вы?
— Это долго объяснять.
— Ничего, я с удовольствием послушаю. Через час я иду с докладом к императору, ему будет очень интересно.
— Что ж, извольте.
Я коротко пересказал Зотову все, что случилось с того момента, как я пришел на Шепчущий мост.
— Следствие вы провели умело и очень быстро, — признал Никита Михайлович. — Хоть и наделали немало шума.
Он сменил тон:
— Я вас очень прошу, господин Тайновидец, больше не делайте так. Это не шутки.
— Договорились, — улыбнулся я. — А у меня к вам есть ответная просьба, Никита Михайлович. Не мог бы кто-нибудь из ваших людей выяснить обстоятельства гибели родителей Елизаветы Федоровны?
— Я могу затребовать копии полицейских отчетов.
— Этого мало, — сказал я. — Возможно, родители Елизаветы Федоровны были убиты.
— Вы подозреваете ее мачеху? Но как она могла это подстроить?
— Пока не знаю. Но история очень подозрительная.
— Я хочу сам поговорить с Молчановой, — решил Никита Михайлович. — Она до сих пор у вас?
— Нет, вчера я отвез ее в Воронцовский госпиталь. Елизавете Федоровне стало хуже. Целители подозревают магическое воздействие.
— Ее охраняют?
— Да. Возле палаты все время дежурят два охранника нашей семьи.
— Хорошо. Встретимся там вечером. я очень хочу посмотреть вам в глаза и повторить вслух все, что думаю о ваших методах.