Обряд (СИ)
Ведара тут же вскинулась, услышав негромкое признание главной богини Хемшфира. Чего-то такого она и ждала, надеясь, что их связь с Шайенном ошибочна, но то, что она могла уже быть когда-то супругой одного из коровососущих? Как именно к этому относиться, она не знала и вдруг вспомнила портрет умершей больше ста лет назад обожаемой супруги графа Соммерсета. Оливия, они с ней даже внешне были похожи, не говоря уже о характере и роде занятий. Не этим ли объясняется излишняя нежность графа к ней, которую он расточал сам того не замечая? А бабочки, магия ушедшей Оливии, она ведь приняла ее за полноправную хозяйку, и слушалась беспрекословно? Да и сама Ведара ловила себя на мысли, что ей здесь все знакомо, хотя она до этого никогда не выезжала за пределы королевства. А как забилось сердце, когда она впервые увидела задумчивое лицо Мердо с ярко-голубыми глазами, так не похожими на вампирские и от того более человечные и теплые?
— Вижу, что-то произошло такое, что тебя тоже наводит на мою мысль, — утвердительно проговорила Баст, пристально следя за мимикой женщины и та, подумав, решилась согласиться:
— Я не знаю, как такое возможно в столь короткие сроки, но можно как-то узнать, с кем я была связана узами истинной пары?
— Не была, а связана и сейчас, — покачала головой Баст, начиная походить на мудрую женщину, которая вмещает в себе и власть, и ум и сопереживание, как и положено богине любви, — Обряд Обретения не имеет обратной силы. И если ты когда-то полюбила и пошла на этот шаг, то каждый раз твоя душа будет искать своего избранника. Не факт, что найдет, но без него ты не обретешь себя, все остальное не в счет.
Это прозвучало больше как проклятие, чем радостная новость. Мердо ей больше, чем импонировал, но становиться тенью той женщины, которую он когда-то любил, пусть это и была она сама, Ведара не хотела. Ведь здесь, прямо сейчас, получив бесценный опыт прошлой и нынешней жизни, она сильно изменилась и выросла. И даже ее любовь, получи она почву для развития, была бы совсем другой. А Мердо… он такой, какой есть и будет видеть только прошлое. Сосущее одиночество рядом со своим возлюбленным, который смотрит на тебя и видит погибшую супругу пусть и в новом воплощении, это хуже, чем если бы она вообще не нашла того, на кого укажет сердце.
Баст ощутила острый укол совести, хотя обычно за ней подобного не водилось. Ведьма тщательно прятала в глубине серых глаз отчаянье и необузданную силу не примирения с бытностью, что богине стало неловко, ведь именно ее действия и привели к этой ошибке.
— Если ты закроешь глаза, расслабишься и позволишь мне заглянуть внутрь себя, то я могу сделать так, что ты увидишь того, с кем связана, — вдруг предложила Баст, хотя изначально не собиралась помогать выскочке, которая так нахально вторглась в ее владения и принялась командовать.
— Допустим, — медленно проговорила ведьма, еще не зная, хочет ли она знать все наверняка, не проще ли жить в догадках и тогда можно будет списывать свое бездействие на отсутствие информации, — но что это изменит?
— Твой избранник жив, иначе бы знаки не ожили. А это значит, он сможет обновить вашу связь и метка alere поменяет опечаток с ауры Шайенна на того, с кем однажды ты уже прошла Обряд Обретения, — уже охотней пояснила Баст:
— Правда мой верный служитель сэр Херефорд в таком случае может остаться вообще без пары, потому что он уже завязан на тебя. Забавная ситуация получается, ты первая, кто сможет выбрать с кем прожить эту жизнь.
Представив, что Шайенн может стать ее вторым истинным мужем и скорее всего, встретиться ей в следующем воплощении, ведьму ощутимо передернуло. Она мысленно взвесила все «за» и «против» и молча кивнула, соглашаясь на помощь богини, которая без разрешения использует свои силы для привлечения новых невест своим поданным из числа человеческих женщин
Не зная, правильно ли она поступает сейчас, но кожей чувствуя опасность от опрометчивого шага, если она окунется в прошлое, Ведара сжала зубы так, чтобы из нее не вырвалось ни одного лишнего звука, и только убедившись, что держит себя в руках, просипела:
— Нет, не стоит, мне не нужно знать, как я жила раньше, сейчас у меня совсем другая жизнь и идти по ней надо по-другому.
— Ты можешь идти или бежать куда угодно, но все равно придешь к тому, что суждено, — покачала головой Баст, с интересом разглядывая стоящую перед ней женщину.
Она впервые встретила ту, что сумела не только справиться с любопытством, которое родилось задолго до первой девочки, но и осознанно лишала себя определения, обрекая на вечную борьбу. Без костылей в виде судьбы и предрешения не только очень тяжело, но и страшно и почти всегда заканчивается одиночеством: мало кто готов идти рядом в неизвестности.
— Ты же богиня, — Ведара слабо улыбнулась, чувствуя как решительность тает словно дым, но отчаянно цепляясь за свое место под солнцем, — знаешь, что каждому из нас дается путь, а как мы его пройдем, решать только нам самим. Прошлая жизнь должна остаться в прошлом, и я не хочу ничего менять.
Баст понимала, что внутренний огонь этой ведьмы слишком велик, чтобы уместиться в привычных рамках вампирского быта и если толкнуть комиссара на уже проторенную однажды дорогу, то в скором времени она просто сгорит. Ведаре нужен был воздух и пока она его не получит, а будет жить по чужим канонам, пытаясь удовлетворить других, каждую новую жизнь она будет возвращаться к тому, от чего отказалась ради тихого семейного счастья. Рано или поздно ей придется пройти по этому пути, обдираясь при каждом шаге. Сила, бурлившая в женщине, никогда не давалась просто так и ей мало быть просто любимой. Но…
— Именно потому, что я богиня, хочу тебе напомнить, что ты все равно остаешься всего лишь человеком и не должна решать за другого, вдруг он тебя ждет? Раз ты такая смелая и готова пожертвовать собой, чтобы, наконец, дойти до конца и освободиться, скажи ему об этом. Вдруг он поймет тебя и не станет держать рядом, а пойдет следом?
Это было слишком смелым предположением и так похоже на сказку, чтобы отражать реальность. В мире, где все слишком зациклены на себе, представить, что кто-то добровольно отпустит тебя на волю, просто не возможно. Ведара не выдержала и хмыкнула, понимая, что эта сладкая фантазия не про нее.
— Кто он? Мы даже не знаем, с кем именно я прошла Обряд.
Баст расхохоталась и погрозила женщине пальцем:
— Знаешь-знаешь и ты, чтобы лишний раз не мучиться, отказалась окунуться в прошлое, понимая как сильно тебя тряхнет. Поэтому хочешь по-быстрому сбежать отсюда, думая, что душа забудет, как страдает по своей половине. Все хочешь подсунуть ей идею сохранения мира, цепляясь за избранность Верховной Ведьмы? А ты попробуй хранить мир вместе с мужем, это достойнее, чем брать на себя ношу, которая пусть и по силам, но от нее затрещат все жилы!
— Я…
Богиня выпрямилась, став неожиданно похожа на свою статую, такая же царственная и недосягаемая и посмотрела Ведаре прямо в глаза:
— У тебя не должно быть никаких оправданий. У каждого из вас, кого отправляют сюда, чтобы вы научились определенным вещам, только одна конечная цель — быть счастливым. Я знаю, зачем ты пришла сюда, но помогать не стану, даже если ты созовешь Ковен. Ты должна поговорить со своим графом, хотя бы из былых чувств к нему, он не заслужил, чтобы его вера, надежда и верность была опошлена твоим спешным побегом после того, как ты найдешь убийцу.
Ведара застыла, словно ее поразили невидимой стрелой. Нутро невыносимо заныло и запылало, богиня знала куда бить и сделала это весьма виртуозно, одним словом отомстив за вмешательство на свою территорию без должного уважения и ритуалов. Значит, она не ошиблась, и их с Мердо действительно связываясь нечто большее, чем просто симпатия с первого взгляда и пока не случилось непоправимое, ей лучше убраться отсюда по добру по здорову, пусть Баст и говорит другое. Она не сможет смотреть его светлости в глаза и говорить, что от его Оливии, которую он так мечтал увидеть еще раз, осталось одно лишь имя.