Зов пустоты (СИ)

— Грегори Квинлан, Братство Стали, — скриптор склонился к изголовью. — Я сейчас сниму повязку, а вы отвечайте чётко, ясно и без лишнего шума. Кто вы и почему вас здесь держат?
— Ad victoriam! — проорал мужик, как только Квинлан, особо не церемонясь, рывком сдёрнул изоленту. — Я Фрэнк Феррелл, Аннет — лживая сука на побегушках у Анклава, и не она одна. Весь Никсонвилль лёг под Анклав, начиная с моей жёнушки.
Эмили только вздохнула. Не то чтобы новость была совсем уж неожиданной. Этот день слишком дерьмово начался, чтобы закончиться чем-то хорошим.
— И почему тогда вас не убили из-за столь трагического расхождения во взглядах? — Квинлан расстегнул пластиковый хомут, удерживавший правую руку Фрэнка.
— Держат меня тут, как туз в рукаве. Аннет думает, мой сын будет плясать под её дудку, пока я здесь. Такие мрази, как она, всех по себе мерят. А Фрэнки не такой. Никогда он не предаст Братство, — мужчина презрительно усмехнулся — и напрасно: едва затянувшийся порез на губе разошёлся и закровоточил.
— Кто это вас так? — не выдержала Эмили.
— Прощальный привет от жёнушки, — Фрэнк сплюнул кровь на грязные простыни. — Молодчики Аннет пришли уже на всё готовенькое.
Эмили поймала недоумевающий взгляд Квинлана. Роста Фрэнк был немаленького, да и телосложением его бог не обидел. Что ж там за Брунгильда такая?
— Кстати о вашей жене, — негромко произнёс скриптор. — Мы должны её найти.
— С каких это пор Братство ищет сбежавших шлюх? — мрачно улыбнулся Фрэнк.
— Раз уж Ида подружилась с Анклавом, она могла организовать похищение андроида.
— Вы про ту историю с «женой» Тома? — кавычки в речи Фрэнка слышались отчётливо. — Могла. И организовала. Но не думаю, что вы многое от Иды узнаете. У этой несчастной шлюхи одна забота была — как бы поудобнее устроиться на…
— Как минимум, она может вывести нас к тем, кто похитил Мэри, — скриптор отбросил в сторону второй пластиковый хомут.
Фрэнк со стоном вытянул руки, разминая запястья.
— Жюри-стрит, — сказал он наконец. — Там их логово. Но вдвоём вы с ними не сладите, ребята. Их много. И Иду вы вряд ли найдёте. Сто к одному, что она уже валяется в придорожной канаве с пулей в тупой башке. Туда и дорога… — его голос стал тихим до неразборчивости.
— Мистер Феррелл, соберитесь. Мы забираем вас с собой, — бестрепетно пообещал Квинлан. — Вы ценный свидетель. Вы нужны Братству.
Эмили с сомнением покачала головой. Левая ступня Фрэнка почернела и распухла — видно, врачам в Никсонвилле не хватало ни опыта, ни благонамеренности. До лагеря в Спрингвейле было не так уж далеко, но что делать с этим громилой потом? Тащить его в Восемьдесят Седьмое? Или тратить время на то, чтобы доставить мистера Феррелла в Цитадель? Ещё неделю назад она бы так и поступила. Неделю назад папа был жив.
— Не настолько я ценный кадр, чтобы вам из-за меня под пули лезть, — Фрэнк словно прочитал её мысли. — Помогите мне спуститься, не хочу я на проссанном матрасе подыхать. А потом уходите, правда.
Спустить Фрэнка на первый этаж оказалось задачей нелёгкой — во всех смыслах. Кое-как Эмили и скриптор довели беднягу до середины гостиной. Фрэнк тяжело рухнул в кресло, с глухим вскриком вытянул загипсованную ногу. Схватил со стола графин, жадно начал пить — грудь при каждом глотке так и ходила ходуном.
— Что дальше? — так и не дождавшись ответа, Эмили обернулась — и увидела в глазах Квинлана отражение собственного смятения. Безуспешная попытка наскоро скомпилировать две несовместимые программы: «Братство своих не бросает» и «Задача должна быть выполнена».
— Ружьё мне подай, милая, — хрипло сказал Фрэнк, протягивая Эмили опустевший графин. — Вот, у входа. Кресло чуть разверни, чтобы мне стрелять было удобнее. И хватит с меня.
Только сейчас Эмили заметила, что подставка для зонтиков в углу гостиной выполняла функцию оружейного шкафа. Арсенал был невелик — обшарпанный обрез да «Винчестер» с погнутым прицелом. Ну да хоть что-то взамен бесполезного «Магнума». Патроны отыскались неподалёку, на полке с приправами. Коробку с картечью Эмили швырнула Фрэнку, десятимиллиметровые пересыпала в карман куртки.
— Через дверь не лезьте, — Фрэнк покачал головой, заряжая дробовик. — Под лестницей окно в сад — так надёжней будет.
Квинлан кивнул и направился к окну — настолько неторопливо, что Эмили захотелось отвесить скриптору пинка. Со двора уже доносились приглушённые голоса и осторожные звуки шагов: Аннет вернулась, и вернулась не одна.
— Как там мой Фрэнки? — спросил мужчина с неожиданной теплотой. — Хорошо справляется?
— Превосходно, — ответил Квинлан, не оборачиваясь. — Я видел имя в сводках. Он отличный солдат, мистер Феррелл. У командования на особом счету.
— Так я и знал, — Фрэнк спокойно взвёл курок. — Пусть устроит этим мразям из Наварро ад на земле. А вы передайте ему, что его папка хоть немного да помог.
— Так, мальчики-девочки, я вернулась, — донёсся из прихожей преувеличенно бодрый голос Аннет. — И Фрэнка привела. Фрэнк, ну-ка иди сюда!
— Да с удовольствием, сука ты старая, — почти весело сказал Фрэнк, вскидывая дробовик навстречу появившейся в дверях Аннет.
Дальше всё произошло очень быстро. Ровно в тот момент, когда Фрэнк выстрелил, Квинлан наконец одолел оконный замок. Рама с возмущённым треском распахнулась, впуская в комнату речную сырость. Кто-то перемахнул через тело старосты; Эмили успела увидеть лишь силуэт в пороховом дыму: Квинлан с неожиданной силой подтащил её к окну и вытолкнул наружу. Слава богу, падать было невысоко, да и чахлые побеги мутафрукта, росшие прямо под окном, смягчили удар.
В доме раздался выстрел, потом ещё один. Кто стрелял, в кого — Эмили не знала и выяснять не собиралась. Квинлан неуклюже перекатился через подоконник, и они рванули прочь. Хотя «рванули» — это сильно сказано: чёртов палисадник Аннет оказался хаотичным нагромождением колючих зарослей, через которые приходилось в прямом смысле продираться.
Кто-то выстрелил им вдогонку. Луч фонарика полоснул землю рядом с ногой скриптора. Эмили инстинктивно шарахнулась в сторону, не разбирая дороги: одной рукой приходилось прикрывать лицо от веток, которые так и норовили выцарапать глаза, а в другой тащить злополучный винчестер. Правая нога зацепилась за что-то острое, и Эмили растянулась на земле. Очень вовремя, что и говорить.
Ругнувшись сквозь зубы, она перекатилась на спину — посмотреть, что там с ногой. Нога была в порядке. А вот ботинку пришёл каюк. Подошва треснула пополам и почти полностью оторвалась.
— Мисс Данфорд, вы живы? — услышала она над ухом взволнованный шёпот — и с перепуга чуть не огрела Квинлана винчестером. Да уж, когда ещё довелось бы порадоваться собственным заторможенным рефлексам.
Эмили молча предъявила Квинлану то, что осталось от ботинка.
— Досадно, — пропыхтел скриптор. — Так, ладно. Я их уведу за собой — а вы пробирайтесь на север, к мосту. Ясно? Встретимся у моста.
Почему к мосту-то? — хотела спросить Эмили. Но скриптора уже и след простыл.
На четвереньках — у земли проклятые кусты были не такими колючими — она поползла вроде бы на север: по крайней мере, шум реки становился всё более отчётливым. Пришлось разуться (плюс к скрытности, минус к скорости, как в старых настольных играх). Проклятое ружьё мешало передвигаться, цеплялось за всё подряд, да и весило будь здоров — но не бросать же его, в самом деле!
В стороне опять послышались разрозненные выстрелы, и Эмили прибавила ходу. Спроси её кто-то, чего ради она так старается не умереть — и она не смогла бы ответить. На счастье, вероятность повстречать философски настроенного интервьюера в палисаднике Аннет равнялась нулю. Так что Эмили просто ползла и ползла, без цели и смысла, пока не увидела прямо перед лицом ботинки. Очень знакомые ботинки.
Она медленно подняла голову.
Харон смотрел на неё сверху вниз — на босую, исцарапанную, грязную, с идиотским ружьём в руках…
Наверное, он был единственным человеком на Пустоши, кто не стал задавать вопросов.