Когда мы вернемся (СИ)

— Здорово! — восхитился Вадим. — А другая точка пеленгации — их ведь нужно две, верно? — будет на станции «Океан»?
— Да, именно там. — согласилась Влада. Я как раз завтра отправлюсь туда — договориться о взаимодействии, установить аппаратуру, то-сё… Если, конечно, Юль… Лидия Андреевна не будет возражать.
  
Ну, наш капитан её уговорит! Она же его мать, верно?
— Полагаете, молодой человек, я сама не справлюсь? — Влада притворно-строго нахмурилась. — К вашему сведению, я знакома с ней лет сорок с лишним, по земному, локальному времени, разумеется…
Вадим слегка напрягся. Ещё бы, злорадно подумала девушка, осознать, что предмет твоего эротического интереса вдвое тебя старше — такое не принять просто. Пожалуй, стоит слегка сбавить обороты…
— И вообще, не думаю, что она, будучи научным руководителем станции «Океан» станетвозражать. — продолжила она. — Как раз наоборот — ничуть не сомневаюсь, что и ей эти поиски будут интересны до крайности!
— Ещё бы! — молодой человек торопливо закивал. — Я вот что хотел спросить, Владислава Михайловна… — он запнулся. — А можно и мне отправиться с вами на станцию? Вам ведь понадобится помощник, чтобы наладить оборудование и установить поисковые программы, а я уже немного с ними освоился?
Сказано было с такой мольбой, с такой робкой надеждой, что Влада не могла устоять — даже если бы и пыталась.
— Что ж, пожалуй, это будет правильно. — сказала она. — Но с одним условием.
— Каким? — Вадим чуть заметно напрягся. — Впрочем, какая разница, я заранее согласен!
— Не бойся, ничего выходящего из ряда вон я просить не собираюсь. — она взяла парня за руку и с удовольствием ощутила, как дрогнула его ладонь. Только одно: ты больше никогда не будешь называть меня по имени отчеству. В конце концов, я всего на пять лет старше вас, а ты из меня чуть ли не старуху делаешь!
И отвернулась к монитору, делая вид, что не заметила, какой радостью вспыхнули глаза собеседника.
* * *
Всё здесь имело лиловый оттенок — и пульты, и пилотские ложементы, сейчас пустующие, и одежда людей и их лица. Виной всему был гигантский лиловый пузырь, медленно поворачивающийся за панорамными иллюминаторами. То же зрелище демонстрировали гигантские обзорные экраны — качество изображения было таково, что Влада порой не понимала, на что она смотрит — на Пространство, отделённое от неё толстыми кварцевыми стёклами, или на картинку, которую исправно транслируют наружные видеокамеры корабля?..
Всего экранов было три — один в промежутке между иллюминаторами, и ещё два — сзади, по бокам от входного люка. Все вместе они образовывали почти замкнутое кольцо, и от этого казалось, что помещение мостика, не такое уж просторное, распахнуто в космос. А палуба под ногами — всего лишь крошечный островок металла, пластика и электроники, подвешенный среди звёзд специально для того, чтобы несколько человеческих существ могли стоять на нём и беседовать о каких-то своих делах. Или сидеть в пилотских ложементах, глядя в плоскую коробочку видеофона, закреплённую на краю пульта — как делал это сейчас капитан «Ермака». Видеофон был развёрнут к Владе ребром, но она хорошо видела картинку на экране. Рядом, на панели мигал зелёный огонёк — ага, значит видеокамера работает, и на той стороне видят и капитана видит и его, и всё, что находится за его спиной. Девушка прикинула угол обзора– так, похоже, сама она вне поля зрения. Вот и хорошо, вот и не нужно…
Чего именно не нужно, и какой стати ей вдруг захотелось держаться вне поля зрения собеседника Данилы она додумать не успела.Капитан, не оборачиваясь,негромко сказал:
— Штарёва, подойдите ближе, пожалуйста. С вами хотят говорить.
Это обращение, нарочито официальное больно резануло Владу. Но виду она не подала — шагнула к капитанскому ложементу, так, чтобы оказаться в поле зрения собеседника Данилы, и…
Она знала, кого увидит, и тем не менее, вздрогнула. С экрана на неё смотрела Юлька — повзрослевшая, с седыми прядками, предательски просвечивающими в тёмных волосах, с упрямой складкой и паутинкой морщин, разбегающихся от уголков глаз. И сами глаза — принадлежащие взрослой женщине, давно уже разменявшей пятый десяток.
— Влада, милая, как я рада тебя видеть!
А вот голос у неё остался прежним, машинально отметила влада — мягким, по-девичьи чистым — таким, какой она впервые услышала, когда её представили новым одногруппникам перед тем, как заселить в «Астру». Помнится, тогда это знакомство кончилось изрядным скандалом, да и позже они вряд ли могли назвать друг друга подругами — пока не оказались после гибели Валеры леднёва не оказались в одной исследовательской группе. Впрочем, и тогда их общение сводилось к сухо-рабочему, не лишённому, впрочем, известной симпатии.
Юлька, похоже, ни о чём подобном не задумывалась.
— Значит, решила навестить нас? Вот и хорошо, очень рада буду с тобой поговорить. Знаешь, я тут без тебя работала над удивительными вещами! Оказывается…
— Лидия Андреевна, об этом потом, если можно… — перебил Данила, и Владу поразила официальная сухость его слов. — Дело в том, что товарищ Штарёва собирается к вам, на станцию — и я бы хотел, чтобы вы сейчас обсудили кое-какие детали…
— Да, конечно! — спохватилась Юлька, и Влада отметила, что вся та зрелость, которую она отметила в ней в первые секунды, пропала, не оставив следа. — Я сейчас на нижней станции, и проведу тут ещё дня три — надо кое за чем приглядеть, хозяйским, так сказать глазом…Может, и вы тоже сюда?
Влада уже знала, что «нижней» здесь называли станцию «Океан-Атмосфера», плавающую в атмосфере планеты. Благодаря исправно функционирующему Нуль-Т, люди свободно перемещались между двумя станциями -поболтать со знакомым, обсудить что-нибудь не по видеофону а лично, да просто попить чайку по поводу или без такового. Исключение составляли довольно длительные периоды, когда станции находились по разные стороны планеты — тяготеющая Масса океана, как и масса Земли, препятствовала установлению «червоточин» между порталами «верхней» и «нижней» половинками.
— Да, разумеется, Юль, как скажешь… — Влада едва не вставила официальное «Лидия Андреевна», но вовремя спохватилась. — Так мы сначала на орбитальную станцию, а оттуда к вам?
— Зачем? — Юлька удивилась. — Давайте прямо сюда. Верхняя станция ещё три часа будет в прямой видимости, настройки Нуль-Т вам сейчас скинут, жду!
* * *
Тахионное зеркало, натянутое на металлическую раму, полыхнуло лиловым, Цвет энергетической плёнки может меняться в довольно широких пределах в зависимости от тонких настроек установки, и здешние техники нарочно предпочли этот оттенок, господствующий здесь, в системе Океана. как и всё здесь, в системе Океана. Нуль-Т установка на борту «Ермака» была новейшего типа — её контур можно было поворачивать по вертикали, и даже раздвигать, для удобства перемещения габаритных грузов. Сейчас это, впрочем, не требовалось — она вслед за Данилой и Вадимом поднялась по короткой металлической лесенке на постамент и шагнула в лиловую плёнку, привычно зажмурив глаза и задержав дыхание.
  
Выдохнула она уже на той стороне. Ещё не успев сделать первй шаг, Влада едва не выронила переноску с Шушей — не такая уж и тяжёлая в условиях половинной гравитации на «Ермаке», здесь она чувствительно оттягивала руку — сила тяжести на станции немного даже превосходила привычную, земную. Вадим подхватил её ношу — на миг раньше, чем это успел сделать Данила, отметила девушка, — и быстрыми шагами направился к выходному люку.