Когда мы вернемся (СИ)
'А впрочем… — она решительно тряхнула головой, — … вот возьму, и пойду прямо сейчас по рукам! На станции несколько десятков мужчин, большинство из них свободны и, конечно не откажутся скрасить её одиночество. Даниле, правда, нелегко будет наблюдать за этим — ну так не мальчик, как-нибудь переживёт…
Девушка потянулась. Конечно, ничего подобного она не сделает, не для этого она прилетела сюда, за сотню световых лет от земли — но помечтать-то можно? Она закинула руки за голову и стала смотреть, как из-за обреза иллюминатора медленно выплывает лиловый пузырь Океана. Под боком завозился Шуша — кот устроился на ночь у неё в каюте, под простынёй и, похоже, считал это само собой разумеющимся. Девушка свернулась под простынёй калачиком, засунула под щёку сложенные ладошки — под левую, чтобы даже случайно не прикоснуться во сне к постылому металлу. Любопытно, мелькнула напоследок мысль, почему этой звезде до сих пор не дали собственного имени, — не нашли времени или не хватило фантазии? Додумать Влада не успела, провалившись в глубокий, без сновидений сон — словно не кружилась она вместе с кораблём вокруг чужой, незнакомой планеты в системе чужой, незнакомой звезды, а засыпала на родительской даче в Завидово, и в стекло каюты иллюминатора мягко светила луна, а не тускло пялился сдвоенный красный диск TOI-1452…
IV
— … Форматы хранения данных поменяли после Большого Сбоя в девяносто девятом. — говорил Вадим. Давадцатичетырёхлетний выпускник знаменитого ВИФа, Внеземельно-Инженерного Факультета Бауманки угодил на «Ермак» прямо из аудиторий родного ВУЗа — Данила говорил, что он самолично отобрал лучшего на курсе выпускника, проходившего к тому же преддипломную практику на строящейся тогда станции «Барьер», и пригласил в свой экипаж. Сейчас Вадим помогал Владе перекачивать данные с доставленных с «Зари» блоков магнитной памяти в память корабельных компьютеров.
— Тогда все здорово напугались, и чтобы предотвратить возможность повторения чего-то подобного ввели единый международный стандарт защиты информационных сетей… — продолжал молодой человек. — Все используемые сейчас программы-архиваторы и системы хранения данных как раз ему и соответствуют — отсюда и сложности совместимости с вашим программным обеспечением. Оно было создано задолго до создания единой общепланетной ИнфоСети, и воспринимается современными антивирусными программами как безусловно вредоносное. Отсюда и возня с согласованием протоколов передачи данных, и постоянные затыки, и всё остальное…
Влада покивала, соглашаясь с собеседником. Буквально четверть часа назад они едва не потеряли большой объём информации из-за того, что скрытая в недрах очередной программы-архиватора антивирус воспринял архаичный формат, как угрозу и, прежде чем они опомнились, уничтожил около десяти процентов его содержимого. К счастью, у Влады имелась копия — и сейчас они с Вадимом были заняты вознёй синхронизацией и восстановлением данных.
— И что же, с тех пор вся ИнфоСеть находится под тотальным контролем? — осведомилась девушка. Ничего подобного на её памяти создано ещё не было, но она смутно вспомнила о разговоре, состоявшемся на «Заре». Тогда Юрка-Кащей завёл разговор о создании всепланетной системы обмена и хранения информации ( планы на этот счёт строились ещё до отправления их экспедиции)и Лёшка Монахов, неожиданно завёлся. В получасовом спиче, произнесённом с нетипичной для него пылкостью, Алексей предрёк превращение будущей компьютерной сети в… как он тогда выразился? — да, в «информационную помойку», где будут властвовать информационные хулиганы, а то и целые шайки сетевых преступников, занятых похищением информации и распространением вредоносных программ. Алексея тогда дружно подняли на смех, и сама Влада, помнится, язвительно осведомилась: уж не почитал ли он на ночь пару страниц какой-нибудь низкопробной фантастики, что фонтанирует мрачными предсказаниями? Алексей тогда не стал спорить, перевёл разговор на другую тему. Но сейчас, после рассказов Вадима, ей вдруг подумалось: а если это было предвидение, как с книгой Пратчетта? Выходит, права была Оля, и Алексей действительно полон странностей? Что ж, отложим пока в копилку — сейчас обдумывать эти факты — весьма, надо сказать, многозначительные — недосуг, а вот когда копилка переполнится…
Но сперва надо закончить дела, которые привели её сюда, в созвездие Дракона. Влада вставила в древний дисковод не менее древнюю дискету (не она ли сама каких-то пару месяцев назад в системе звезды Юлианна, удалённой от Солнца на двадцать пять тысяч световых лет, записывала на неё результаты наблюдений за Хрустальными Пирамидами, обнаруженными на планете Заря?) и запустила программу разархивации. На этот раз обошлось без неурядиц — на огромном плоском экране монитора появилась табличка с удлиняющейся полоской, демонстрирующей процесс перекачки содержимого дискеты в информационные хранилища «Ермака». Влада откинулась на спинку кресла и потянулась, разминая затёкшие мышцы. При этом её грудь, эффектно обрисованная тонкой серебристой тканью комбинезона, выгнулась вверх, и девушка краем глаза поймала заинтересованный взгляд Вадима, обращённый к этой части её тела. Молодой человек правильно истолковал мелькнувшую на её губах усмешку, густо побагровел и отвернулся, делая вид, что увлечён исключительно мелькающими на экранах мониторов столбцами строк. Ну вот, ещё один юный поклонник, которому нет дела до украшения её лица, подумала девушка, прикоснувшись кончиками пальцев к гладкому титану — что ж, может не так уж всё и плохо?
— Если не секрет, Владислава Михайловна, как вы собираетесь искать эти штуки? — Вадим показал на экран, где светилась намеченная тонкими линиями контур Хрустальной Пирамиды. — Вы же для этого перекачиваем данные в компьютеры «Ермака»?
Влада поморщилась — её нечасто называли полным именем-отчеством, и уж совсем не хотелось ей слышать столь официальное обращение обращение от симпатичного молодого человека. Хотя, может оно и к лучшему, легче будет держать его на расстоянии… во всяком случае, пока она сама не определится с кандидатурой будущего… партнёра? Любовника? Девушка помотала головой — фу ты, что за вздор лезет в голову…
— Этот метод мы опробовали ещё в восемьдесят пятом, когда искали по всей Солнечной «звёздные обручи». Работали методом триангуляции — брали пеленги на аномалии тахионного поля, не совпадающие с известными нам объектами, способными генерировать подобные аномалии, вроде действующих станционных и корабельных «батутов» и уже известных нам «звёздных обручей», и определяли таким образом место их расположения.
— Да, я читал… — кивнул помощник. — Так вы нашли марсианский «обруч».
— Ну, положим, это сделали не мы, а одна из работавших на плато Большой Сырт исследовательских групп, а мы только указали возможный район поисков. Но мысль верная, так я и собираюсь действовать. Видишь ли, тахионный отпечаток Хрустальных Пирамид весьма характерен, его ни с чем не спутать. У нас, в солнечной Системе ничего подобного нет — так может, они найдутся здесь, в системе TOI 1452? Заодно и «звёздные обручи» поищем — тот, через который мы попали в шаровое скопление М-13, был связан с Хрустальными Пирамидами на планете Заря своеобразной «червоточиной». Материальные объекты вроде звездолёта перемещаться по таким не могут, зато они как нельзя лучше подходят для передачи сигналов. Засечь «тахионные струны» — так я их назвала, — довольно просто, вот с этого мы и начнём. А если повезёт — обнаружим и «звёздный обруч» и Хрустальную Пирамиду. Уверена, она должна быть тут, не может не быть!
И она подвигала мышью, заставив контур Пирамиды вращаться вокруг своей оси.