Когда мы вернемся (СИ)
— Лидия Андреевна нас ждёт? —
Встречающий, высокий, сорокалетний мужчина с пилотскими нашивками на сером комбинезоне, покачал головой.
— Она сейчас снаружи. — он ткнул пальцем вверх, имея в виду гигантскую двояковыпуклую линзу, наполненную лёгким газом, благодаря которой станция могла держаться в верхних слоях атмосферы планеты. — Сканирующие датчики на куполе уже третьи сутки гонят какие-то странные показания, а наш электронщик сейчас на орбите, готовится принимать ваш груз. Вот Лидия Андреевна и решила сама всё проверить. Да вы не волнуйтесь, это ненадолго, часа на полтора от силы…
— Я и не волнуюсь. — сухо отозвался Данила. — Тогда давайте сделаем так: мы сейчас заселимся, приведём себя в порядок и будем ждать её в кают компании. Перекусим заодно, и от брони этой заодно избавлюсь…
И постучал пальцем по нагрудному блоку с аппаратурой — в отличие от Влады и Вадима, натянувшие для перехода на станцию в обыкновенные гермокостюмы, капитан Ермака облачился в лёгкий пилотский скафандр.
— Как скажете. — легко согласился пилот. — Тогда пойдёмте со мной, я покажу вам ваши каюты.
И, отобрав у Влады чемоданчик с вещами, он пошагал по коридору.
* * *Часы на переборке каюты показывали 22.43. Влада вздохнула — похоже, её так и не удастся сегодня поговорить с Юлькой. Вместо обещанных пилотом полутора часов ожидание затянулось на все четыре — за это время они успели пообедать, осмотреть станцию и даже выбраться наружу, на обзорный балкон. Открытая всем ветрам галерея опоясывала станцию по периметру, и чтобы выйти туда, пришлось надеть лёгкие дыхательные аппараты. Вообще-то атмосфера Океана вполне подходила для людей, объяснил провожатый, однако, здесь, на высоте, содержание кислорода примерно соответствует земному Эвересту, и это вполне может привести к приступу горной болезни. Гости не стали спорить — послушно натянули резиновые маски, перешагнули через непривычно высокий комингс и…
От открывшегося зрелища у Влады перехватило дыхание — так что пришлось схватиться за поручень, тянущийся по краю балкона. Багровый, переходящий в черноту небесный купол с тусклым двойным пятном красного карлика TOI-1452 в самом зените местами был исполосован жиденькими лентами стратосферных облаков; сплошная клубящаяся облачная пелена под ногами — тоже багровая, местами переходящая в пурпур. Пурпурные отсветы играли и на гладкой, почти зеркальной поверхности несущего баллона станции — с виду он казался твёрдым, монолитным, но стоило подуть ветерку — и бока титанической линзы принимались колыхаться, отчего лиловые, пурпурные, багровые отсветы разбегались по егё поверхности подобно абстрактным энергетическим завихрениям «червоточин». Ветер усиливался, свистя в стальных тросах, поддерживающих обитаемый модуль — на миг Влада заледенела, представив, как они ломаются один за другим, и металлическая коробочка со своим тёплым, живым содержимым падает, кувыркаясь, вниз и скрывается в облачном море… Нелепая мысль ушла так же быстро, как и возникла — в самом деле, инженеры, проектировавшие станцию, знали своё дело туго, и с чего бы это надёжным, свитым из титановых жил с добавлением карбоновых нитей и особого алмазного волокна тросам лопаться?..
На балконе они пробыли недолго — куртки на синтетическом меху, которые пилот-провожатый всучил им сместе с дыхательными приборами, не очень-то защищали от ледяного ветра, свирепствовавшего на высоте, и Влада испытала облегчение, вновь погрузившись в уютное, почти домашнее тепло станции. Пока они любовались видами планеты, Юлька успела вернуться и сейчас ждала Данилу в своей каюте. Влада с ним не пошла — не хотела мешать встрече матери и сына. Этим двоим есть о чём поговорить и помимо предстоящего монтажа нового орбитального «бублика», одно возвращение Алексея чего стоит… А она успеет пообщаться с Юлькой и завтра. Сутки на Океане составляли тридцать девять часов, но на станции вёлся отсчёт по единому земному времени, как на «Ермаке». Девушка вздохнула — сдвоенный график ещё доставит ей неудобств, и лучше хорошенько выспаться, пока есть такая возможность. Это поможет организму приспособиться к непривычному режиму смены дня и ночи — впрочем, для неё, опытной обитательницы Внеземелья, это было делом обыденным.
Шуша встретил её недовольным взглядом. Попав в каюту, кот выбрался из переноски — неуклюже, сказывался чересчур быстрый переход к увеличенной силе тяжести, — побродил по каюте, попытался запрыгнуть на койку, но не смог и свалился на выстланный мягким ворсистым пластиком пол, и принялся жалобно мяукать. Пришлось брать его на руки и сажать обратно в переноску, где кот отошёл от потрясения и задремал. И теперь смотрел на Владу парой жёлтых, немигающих глаз, в которых явственно читался вопрос: «За что ты так со мной?..»
— Потерпи, немного, пушистик… — Влада потрепала Шушу за треугольное ушко, за что была вознаграждена урчанием. — Обещаю, мы тут долго не задержимся. А сейчас — не пора ли ужинать?
И потянулась к кармашку переноски, где хранились запечатанные пакетики с влажным кошачьим кормом. Шуша верно истолковал это движение — беззвучно разинул розовую пасть и полез наружу. Влада помогла хвостатому звездолётчику, выложила содержимое пакетика в маленькую пластиковуюмиску, села за стол, и распахнула крышку портативки. Спать хотелось неимоверно, но девушка сделала над собой усилие — завтрашний день обещал стать хлопотным, и стоило подготовиться заранее.
V
— Извини, не смогу сейчас с тобой встретиться. С «Ермака» сообщили — у них там какие-то проблемы с отстыковкой секций «батута», требуется моё присутствие. Постараюсь поскорее разрулить и вернусь обратно…
— Можешь не торопиться. — Влада потянулась и уселась на постели, с удовольствием отметив, как торопливо Данила отвёл глаза. Хотя — что он может увидеть, чего не видел раньше, причём с куда большими подробностями? На этот раз она изменила своему обыкновению спать голой, и, перед тем как лечь, облачилась во скромный белый комплект из топика и хлопчатобумажных трусиков, достаточно длинных, чтобы скрывать всё, способное вызвать эротические позывы. Впрочем, много ли надо мужикам? Влада здраво оценивала степень воздействия своих чар, и ничуть не сомневалась, что стоит её подать хотя бы крошечный знак — и «требуется моё присутствие…» превратится в «ничего, сами разберутся…»
Нет, не стоит вынуждать сурового капитана межзвёздного буксира пренебрегать служебным долгом. Сделав ручкой на прощание, она отключила видеофон, подумав, что стоит заблокировать видеосвязь во избежание подобных коллизий в будущем, и стала одеваться. Шуша, всю ночь пролежавший в ногах, следил за ней, не приподнимая головы с простыни и слабо подёргивая хвостом. Коту явно было не по себе — ещё бы, подумал Влада, провести почти три года при половинной силе тяжести и вот так, без предупреждения оказаться здесь, где стрелка гравиметра уверенно стоит на делении один и три! Конечно, хвостатый космонавт прошёл в своё время положенный курс тренировок, в том числе и в центрифуге — но всё равно, стресс, вызванный столь резкой переменой обстановки давался ему нелегко.
На неспешный туалет ушло около четверти часа. К счастью, ограничений на потребление воды в гигиенических целях здесь не было — станция получала её вдоволь из атмосферной влаги, осаждаемой конденсаторами на поверхности несущего корпуса, — и Влада, вдоволь понежившись под контрастными струями, а потом и в потоках тёплого, почти горячего воздуха вернулась в каюту и стала одеваться.