Прекрасная месть (ЛП)
Внутрь ввалился лысый громила, в джинсах и футболке. Ростом метра два, бледный, весил точно за сотню.
Он уставился на меня своими голубыми глазами и пожал плечами:
– Мой косяк, Мони.
Я расширила глаза:
– Сноу, ты охуел?
Сноу хрустнул шеей:
– Твой батя накосячил.
Черт. Сколько отец должен теперь ?
Следом в дверной проем втиснулся его брат, Датч. Такой же высокий, как Сноу, но куда менее накачанный. На нем был черный костюм по фигуре, без галстука.
С детства у Датча была странная одержимость каким-то актером по имени Джеймс Дин. До него я и не знала, кто это. На площадке он мог часами разглагольствовать о нем и показывать мне черно-белые фотки.
Сегодня его светлые волосы были уложены точь-в-точь как у Джеймса Дина – классический помпадур: спереди длинные пряди зачесаны наверх и назад, а виски выбриты.
С дверного косяка посыпалась щепа и упала ему на плечо. Он стряхнул ее и уставился на мое ружье:
– Почему, когда бы я сюда ни пришел, на меня все время кто-то наставляет ствол? Сначала твой отец, теперь вот ты.
Я отступила на шаг:
– Датч, ты чего творишь? Почему просто не постучал или..?
Он проигнорировал меня и кивнул на Сноу:
– Помнишь, как когда-то давно ее отец наставил на меня ружье?
Сноу хмыкнул:
– Помню. Ты тогда наложил в штаны.
Датч зыркнул на него:
– Я не срал в штаны, мать твою. Мне вообще не было страшно.
Сноу сморгнул, сбитый с толку:
– Но у тебя же джинсы сзади были все мокрые и коричневые. Помнишь? Мы еще крались через черный ход, чтобы отец нас не увидел и не отхерачил...
– Хватит! – Датч снова повернулся ко мне. – Опусти ружье, Мони.
Но я все еще держала ствол:
– Что мой отец опять натворил?
– Вчера вечером он зашел в казино. Я пригласил его сыграть в блэкджек с крупными игроками.
Я задрожала:
– Зачем ты это сделал? У него ведь нет денег.
– Он был пьян, – сказал Сноу. – И поставил на вас.
Я вскинула брови:
– В каком смысле, поставил на нас?
Датч усмехнулся:
– Он предложил тебя и твоих сестер в качестве залога.
– Он не мог так сделать. – Я покачала головой. – Мы ему не принадлежим.
– Ага. Мне все это показалось чертовски смешным, – Датч оглядел гостиную. – Я его никогда всерьез не воспринимал, но все равно дал сыграть.
Вошли трое мужчин в джинсах и футболках.
– Стоп. – Я навела ствол прямо на голову Датча. – Скажи своим, чтоб не входили. Иначе я выстрелю.
– Ты знаешь, что я влюбился в тебя, потому что ты такая оторва? – Датч подмигнул. – Это охренеть как сексуально. Но опусти ружье, Мони.
Я сдвинула стреляющую руку и положила палец на спусковой крючек.
– Зачем ты здесь, Датч? Я не видела отца с маминых похорон. Для меня они оба умерли в тот день.
Сноу нахмурился:
– Вы получили наши цветы?
Я кивнула:
– Спасибо.
Сноу расплылся в улыбке:
– Я сам их выбирал.
Датч кивнул на своих парней:
– Ты не против, если мои люди поищут твоего отца?
– Его здесь нет.
– Я хочу убедиться.
Я поежилась, потом отступила в сторону, оставив широкий проход в коридор – и между ним и собой.
– Валяйте.
Они поспешили внутрь.
– Прикольная пижама, – Датч усмехнулся. – Я, правда, никогда не фанател по Коржику. Мой любимчик был Большая Желтая Птица.
– А я обожал Оскара-Грубияна, – добавил Сноу.
– Слышал, ты сейчас официантка в Scarlett’s Exotic Lounge, – Датч окинул меня взглядом, полный явного желания. – Знаешь, куда ведет такая карьера? Прямо в проституцию.
– Сто процентов, – кивнул Сноу.
– Официантки просто не выдерживают, – пожал плечами Датч. – В конце смены они смотрят, как танцовщицы сгребают со сцены кучи денег, а сами стоят сбоку, убитые на каблуках. Потом, бац, и официантка решает стать стриптизершей. А потом появляется нужный клиент, предлагает штуку баксов за минет... и вот она уже трахается за деньги.
Я нахмурилась:
– Я просто работаю официанткой.
Датч склонил голову набок:
– И до каких пор?
– Пока не начну делать то, что сама хочу.
Датч поднял брови:
– И что это?
– Пока не знаю.
Он покачал пальцем:
– А Мони до сих пор не знает, в чем ее страсть.
– Моя страсть – убивать людей, – Сноу показал мне свое оружие.
– Вот это, я понимаю, страсть, которая приносит хорошие деньги, – Датч подмигнул брату. – А я, лично, стараюсь зарабатывать деньги любым доступным способом. И считаю это своей страстью. Ты согласна, Мони?
– Вполне можно так сказать.
– Но у тебя нет страсти?
– Пока нет.
– Я ожидал от тебя большего. – Датч облизнул губы. – Хотя... я могу дать тебе больше.
Я сглотнула.
Его люди вернулись из комнат.
Один из них протянул Датчу мою сумочку:
– Его там нет.
Датч взял сумку и продолжал смотреть на меня:
– А ее сестры?
– Их тоже нет.
Мой палец дрожал на спусковом крючке.
– Тебе не нужны мои сестры. Ни для чего.
– Увы, нужны, Мони, – Датч поднял руки перед собой. – Твой отец сыграл, и проиграл. Мы бы спокойно отпустили его, даже не стали бы требовать деньги. Мы и так знали, что у него изначально ничего не было.
Сноу скривился:
– Но он вскочил, схватил сумку со стола игроков на высокие ставки, и смылся.
Датч пожал плечами:
– До сих пор поражаюсь, что у него вообще получилось.
Я задрожала от страха:
– Сколько он унес?
– 75 000$.
У меня живот скрутило. Я еле держалась на ногах.
– Датч, у меня сейчас и 75 баксов нет.
– Посмотрим. – Датч открыл мою сумку и вывернул ее. Все содержимое высыпалось: помада, мелочь, ключи от машины, жвачка и перевязанная резинкой стопка карточек по биологии Тин-Тин.
Один из парней взял мой бумажник и вытащил мятые купюры с прошлой ночи. Повертел в руках.
– Тут, может, тридцать, ну сорок долларов.
– Печально. – Датч присвистнул. – Папаша, значит, не заехал помочь своим прекрасным дочкам?
– Не заехал.
– Не верю. – Датч ухмыльнулся. – Думаешь, я идиот, Мони?
– Нет.
– Где твои сестры?
– В школе и...
– Врешь!
Я вздрогнула.
Датч тяжело вздохнул:
– Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. Не пользуйся этим.
– Я не пользуюсь, Датч. Ч-честно.
Сноу ухмыльнулся, не веря ни слову:
– Тогда где они?
– Когда я услышала шум у двери, я сказала им бежать по пожарной лестнице.
Датч прищурился:
– Вы живете на пятом этаже.
– Они не боятся высоты.
– И твой отец не появлялся?
– Нет.
Датч пожал плечами:
– Если я его не найду, значит, долг на тебе.
Я задрожала:
– П-пожалуйста, Датч. Не надо. Я же просто работала вчера. Я не имею к этому никакого отношения.
– Это легко исправить, Мони. – Датч развел руками. – Ты знаешь, чего я хочу.
– Свидание?
– За семьдесят пять тысяч я хочу больше, чем свидание. – Он огляделся. – Ты будешь со мной. Вся моя. В моей постели и всегда рядом.
– Я не могу оставить сестер...
– Они будут с нами.
Я покачала головой:
– Я не собираюсь растить сестер в отеле казино.
– У тебя нет выбора. – Датч ткнул в меня пальцем. – И это еще не все.
Тревога сжала грудь.
– Что еще?
– Джо придется надеть парик, выйти на улицу и заработать для меня хотя бы 10 000 долларов...
– Нет!
– У нее будет выбор: торговать задницей на улице или в отеле...
– Ни за что. – Ружье дрожало в моих руках.
Я могла убить Датча. Возможно, успею зацепить и Сноу.
– И это еще не все. – Датч усмехнулся. – Хлое в следующем месяце восемнадцать, верно? Даже не представляешь, сколько парней в округе обсуждают это. Ее девственность стоит очень, очень дорого.
Я окинула взглядом трех парней. Если что – они успеют добраться до меня, прежде чем я выстрелю в Сноу.
– Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, Мони, – Датч покачал пальцем. – Если убьешь меня или Сноу, проблем станет только больше. Мой отец тоже был там.