Виктория - значит Победа. Сердцу не прикажешь (СИ)

- Они так всем и говорили, но злые языки утверждали, что сроки не сходятся. И что Аделин никак не могла быть в тягости, когда уезжала к мужу. Но маленькая девочка несомненно походила на Антуана, а точного дня её рождения я не знаю. По возвращении в поместье к девочке взяли множество нянек, потому что Аделин не особо-то за ней смотрела. Слуги болтают, и если правильно расспрашивать – болтают обо всём. Аделин не любила девочку, называла её бастардом, обвиняла Антуана в измене. Наверное, оттого он и отослал дочь в пансион – чтобы не ссориться постоянно со своей вздорной супругой.
  
Вот так история, да? Интересно, кто дома может быть в курсе? Галка? Кто-то ещё? Викторьенн – дочь господина де Сен-Мишеля и его дамы сердца? И кем могла быть та дама сердца?
- А вы никогда не спрашивали его о том, чья дочь Викторьенн?
Как-то так вышло, что оба мы стали говорить о Викторьенн в третьем лице. Быстро и сразу.
- Однажды попытался, - усмехнулся маркиз. – Но он только улыбнулся и сказал, что это лучшая женщина на свете. Самая добрая и самая прекрасная. И надо полагать, о супруге своей он таких слов сказать никак не мог, об их ссорах вся округа сплетничала. Но поищите в его документах – вдруг найдёте какой-нибудь след?
- Благодарю вас, непременно. И спасибо за этот рассказ.
- Что вы, Викторьенн, мне всё это необыкновенно любопытно. И что, говорите, готовы учиться?
- Я всегда готова учиться, - пожимаю плечами.
- Отличное качество, - соглашается он. – Значит, как соберётесь, давайте знать. С утра я обычно занят делами поместья, но во второй половине дня, как правило, свободен.
- Благодарю вас, господин маркиз, - я поднялась и поклонилась, и он тоже поднялся. – Думаю, мне пора домой.
- Анатоль проводит вас, - кивнул он с поклоном и снял защиту с комнаты.
Прибежал Шарло – с сияющими глазами, принялся рассказывать о старинных пушках и чём-то ещё, что ему показали в оружейной. А ещё пообещали бой против некроманта.
- Вот и славно, вместе будем ходить заниматься, - сказала я и подала руку Анатолю.
И мы отправились домой.
А обо всём сказанном я ещё подумаю.
  
27. Вопросы хозяйственные и не только
 
Дома меня встретили так, будто я вернулась не от соседей, а от какого-нибудь кровного врага, не иначе.
- Живы, слава богу, - выдохнула госпожа Жюстин.
- И как вы их не боитесь-то, этих де Риньи, - качала головой Лилу.
- Мне тут уже наговорили всякого, что я зря отпустил вас только с Шарло, - усмехнулся господин Фабиан.
- Ничего страшного, маркиз де Риньи – отменный собеседник, и округу здешнюю отлично знает, и подсказать может многое, - непререкаемым тоном сказала я. – И я ещё собираюсь его пару раз навестить до своего отъезда.
Если у нас выйдет с ним пара уроков – я буду рада. Опять же, дома можно попробовать попросить о подобных уроках господина де Люса… или виконта Гвискара. Вдруг получится?
Виконт просил рассказать ему о нашей с маркизом встрече, я подумала… и не стала сама никого вызывать. И просто легла спать – потому что завтра новый день.
Новый день начался со стука – я просила Мари разбудить меня чуть до рассвета. Потому что если я хочу вернуться к Рождеству, то нужно пошевеливаться. На сегодня у меня запланирован решительный разговор с Меленом-старшим, решение вопроса с управляющим, и потом нужно пойти в кабинет господина Сен-Мишеля и посмотреть, есть ли там документы, и какие.
За завтраком меня приветствовали господин Фабиан и Шарло.
- Господин Фабиан, вы не знаете, случайно, кому принадлежит тот дом, в котором живёт Мелен с семьёй? – спросила я.
Потому что мне совсем не хотелось оставлять здесь такое вот явление.
- Вам, Викторьенн, - тут же откликнулся господин Фабиан. - Ранее в этом доме жил предыдущий управляющий.
- То есть если я увольняю Мелена-старшего, то он должен освободить дом и покинуть мои владения?
- Верно.
- Значит, приглашайте после завтрака, сообщим ему, что он уволен. Дать три дня на сборы, как вы думаете?
- Как вам будет угодно, Викторьенн. Можно и не давать, - поджал губы господин Фабиан.
- Мы ведь посмотрели – он совсем обнаглел в два последних года, а до того служил плюс-минус прилично? – глянула я на господина Фабиана.
- Верно. Но мне кажется, Жюль Мелен не тот человек, с кем нужно быть добрым, - заметил он.
- Я пытаюсь быть вовсе не доброй, но справедливой и… реалистом, что ли. У него ж там домочадцы, вещи, всё это нужно собрать и куда-то вывезти. Пускай собирает и вывозит.
- Вам виднее, - кивнул господин Фабиан. – Я поддержу вас, командуйте.
После завтрака я решила сразу обосноваться в кабинете отца Викторьенн и велела пригласить Мелена именно туда. Кабинет стоял запертым, пыль там, впрочем, вытирали исправно. Я разместилась за столом и огляделась – у стола имелись ящики, уж наверное, в них что-то лежит, и ещё сбоку стоял большой шкаф. Ключей нигде видно не было, я попробовала открыть верхний ящик стола – о, есть связка. Отлично, после разговора с Меленом попробую открыть здешние тайны.
Мелен пришёл вместе с господином Фабианом. Шарло я ещё за завтраком попросила постоять снаружи и покараулить, и если господин Мелен надумает делать глупости – войти и помочь мне. Он радостно согласился.
- Госпожа де ла Шуэтт, - начал Мелен обиженно. – Для чего вы вчера расспрашивали Николя? Этот глупец не отличит дня от ночи и овцы от коровы, зачем он вам?
- Господин Мелен, я вчера беседовала со всеми, кто здесь живет и служит мне. И с вашим племянником – в числе других. И приняла решение – вам больше нет нужды ломать голову о том, где взять деньги на налоги и прочие расходы, с этим теперь будут справляться другие люди. Вы у меня более не служите, извольте освободить дом через три дня, - вот, я это и сказала.
Поглядим, что ответит.
- Как вы так можете, госпожа де ла Шуэтт! – взвился Мелен. – Вы… вы…
- Я могу, господин Мелен, в том и дело, что могу. Господин Фабиан свидетель всего того, что я уже смогла, если вы до сих пор его не расспросили – ну увы.
- И кто же возьмётся вытаскивать из дерьма ваши владения? – пафосно возгласил он.
- Это уже не ваша печаль, - улыбнулась я. – Ваша задача – чтобы к утру субботы вы освободили дом.
- И где я, по-вашему, должен жить? У меня супруга, сыновья и племянник!
- Возможно, вашим сыновьям пора на службу, чтобы сами о себе заботились? Впрочем, это ваше дело. И племянник ваш тоже, полагаю, справится сам.
- Ваш отец никогда бы так не поступил! А если бы и поступил, то хотя бы дал денег на дорогу! – продолжал страдать Мелен.
- Ещё одно слово, господин Мелен, и я сдам вас под стражу. И мы проверим все ваши счета, все до самой последней мелкой монетки. И если только там хоть что-то не сойдётся, то отправитесь в долговую тюрьму. Сейчас же я вас пока ещё готова просто отпустить – чтобы вы не обременяли меня своим присутствием. Но если вас это не устраивает – хорошо, пойдём по другому пути. У меня здесь солдаты его высочества герцога Монтадора, они приглядят за вами и доставят, куда нужно.
Солдат за эти дни видели все, и Мелен сник. Вздохнул тяжело, глянул на меня недобро и вышел.
- Шарло, попроси сержанта приглядеть, - сказала я ему вслед.
- Будет исполнено, госпожа Викторьенн! – радостно сказал тот и припустил за Меленом, видимо – хотел проконтролировать сам.
- Ну что, зовём господина Николя и ставим ему задачу? – улыбнулась я господину Фабиану. – К моему отъезду он должен утвердиться тут.
- Зовём, - согласился мой бесценный управляющий.
Николя появился вскоре.
  
- Что, вы прогнали дядюшку? – спросил он первым делом. – Я ж едва ему под горячую руку не попался.
- Прогнали, - кивнула я. – Скажите, вам есть, куда деться на эти дни? Они не попортят ваши вещи? Если что, мы поселим вас пока в этом доме.
- Я соглашусь жить в доме, - закивал тот. – Сделаю вид, что собираю вещи. Вы ж пока не сказали ему, что оставляете меня здесь?