Виктория - значит Победа. Сердцу не прикажешь (СИ)

- Не сказала, - улыбнулась я. – Сделайте вид, что собираетесь, и тихонько идите сюда. Если что – Шарло и сержант помогут. Идите тогда сейчас сразу, да?
- Да, - закивал Николя. – Но скажите, я что тут делать-то буду, без дядюшки?
Мы с господином Фабианом переглянулись и рассмеялись.
- А найдётся, что делать. Скучать не будете, это точно, - ответила я.
Николя ушёл, я выдохнула.
  
- Думаете, не будут пакостить? – спросил господин Фабиан.
- Не уверена, - покачала я головой. – Но если мы ждём и готовимся – это уже хорошо. Врасплох не застанут.
Ладно, вводить Николя в курс дела позже, а сейчас можно отправить господина Фабиана читать дальше Меленовы документы, а самой заглянуть в шкаф и ящики стола.
Первым делом я магически заперла дверь – мало ли, что тут можно найти, и по закону подлости меня попытаются прервать в самый неподходящий момент. А потом подумала – и ключ в замке тоже повернула. И только потом открыла тот самый ящик с ключами, достала кольцо, на котором все они висели, и рассмотрела.
Кольцо да и кольцо, и на нём пять одинаковых небольших ключиков, один побольше и один совсем маленький. И… ой, как я не заметила? Что-то вроде брелока, миниатюрная подвеска, похожая на те, что у меня на браслете позвякивают. Сердце из металла, похожего на золото, а в него помещена жемчужина. Ровная, золотистая. Красивая.
Я ощупала подвеску, и кажется, уловила немного магической силы, когда-то влитой в этот предмет. Несомненно, это был артефакт, но что он делал? Ладно, разберёмся.
Более того, я отцепила это самое сердце и продела свой браслет через кольцо от подвески. Пускай пока висит.
А пока – можно осмотреть ящики стола. Пять штук, по два в каждой тумбе и один сверху, под крышкой. Интересно, а потайные ящички есть? Маленький ключик прямо намекал на это. А самый большой ключ от чего?
И я принялась отпирать ящики стола. Начала с самого верхнего. И что же? Ключ проворачивался в замке и ничего не отпирал, хоть по размеру и форме подходил идеально. Что за ерунда?
А потом до меня дошло, и я только что по голове себя не треснула – уважаемый Антуан-Валентин был магом, и скорее всего, держал свой стол запертым от любопытных – не только при помощи ключей. Я прикрыла глаза, сосредоточилась – точно, запирающее заклинание, причём – наложено так, что походя не заметишь. Покрутишь ключ в замке, поцелуешь тот замок да и пойдёшь себе.
Заклятье ещё и снялось не сразу – умелым магом был господин де Сен-Мишель, я такое с ходу не наложу. Нужно будет попробовать, кажется, я поняла, что и как делать, но нужно сделать самой, и с господином графом посоветоваться тоже не мешало бы. А пока…
Ящик с лёгким треском открылся, и он был заполнен бумагами, как я и предполагала. Что ж, начинаем разбирать.
Здесь лежали разные официальные документы. Супер, просто супер. Насколько я знала, завещание господина де Сен-Мишеля прислали в пансион, где воспитывались Викторьенн и Тереза, и на его основании Викторьенн признали наследницей имущества её отца, и этот-то документ как раз был приобщён к другим прочим у господина Гаспара. А вот бумаги о том, что триста лет назад именно эта земля была получена предком господина де Сен-Мишеля от тогдашнего короля за верную службу – ценно. И насколько я смогла судить – Сен-Мишели бережно хранили то, что им досталось, не увеличив нисколько, но и не утратив ни поля, ни грядки. Очень хорошо, но не вполне то, что мне сейчас нужно.
Дальше здесь же лежали бумаги, свидетельствующие о рождениях и смертях, завещания предков Викторьенн, брачные записи и, например, документ, говорящий о том, что дед Викторьенн, тот самый господин Валентин, что якобы запер чрево своей невестке, храбро сражался и получил от его величества Луи Предыдущего орден. Орден лежал тут же, в углу, в мастерски подогнанной шкатулочке, широкой и плоской. Я открыла – ну да, лента и орден, кажется, тут написано что-то о святом Бонифации. Отлично, слава героическим предкам Викторьенн, и я сейчас без малейшей иронии.
Но – это было всё, что нашлось в ящике. На всякий случай я просветила его магическим шариком – нет, никакого двойного дна, никакой дополнительной замочной скважины под маленький ключик. Хорошо, идём дальше.
В правой тумбе я нашла переписку господина де Сен-Мишеля с его отцом, господином Валентином. Младший находился в столице, на службе, и отец наставлял его в праведной жизни, страшил всяческими карами, если он собьётся с пути и начнёт пить сверх меры и играть, и сверх меры же тратить деньги на женщин – хоть на придворных красавиц, хоть на продажную любовь. Судя по датам, господину Антуану было лет двадцать или около того, самый возраст делать глупости и пробовать жизнь на вкус, и мне даже стало интересно – слушался он своего строго папеньку или нет, как любой молодой человек?
О, а вот письмо, в котором господин Валентин сообщает, что нашёл господину Антуану невесту. Девица хороша собой, одарена магически, ей шестнадцать лет, и за ней дают не просто деньги, но участок земли, приносящий заметную сумму годового дохода, что упрочит положение семьи. Кстати сказать, судя по документам, семья никогда не была слишком большой – обычно у главы семьи рождался один сын, редко два. Дочерей не было – до Викторьенн, я просмотрела бумаги лет так на двести назад. Ответы господина Антуана нашлись в соседней стопке, и я прочитала, как он убеждал отца не торопиться, и в конце концов обещал приехать и всё с ним обсудить. Больше писем не было.
А в другом ящике нашлась переписка господина Антуана со своей супругой. Точнее, её писем не было – видимо, господин Антуан не хранил их. Зато его письма лежали по порядку, и начинались с сухого «Приветствую вас, госпожа Аделин». Совсем не похоже на переписку людей, которые состояли в браке сколько лет? Десять до рождения Викторьенн и ещё восемь после, госпожа Аделин скончалась, когда Викторьенн было восемь лет. Была ли Викторьенн к ней привязана? Хотела ли во что бы то ни стало добиться её любви? И почему господин Антуан не построил супругу и не оставил дочь здесь, он ведь любил Викторьенн, я вот прямо ощущала, что любил?
Кстати, Тереза рассказала, что Викторьенн хранила отцовские письма, которые тот исправно присылал ей до самой кончины. Но когда она прибыла в дом господина Гаспара, тот лично просмотрел все её вещи, и едва ли не собственноручно выбросил старую одежду, пару тряпичных кукол, бережно хранимых в сундуке, и те самые отцовские письма – со словами, что нечего хранить старый хлам. Я снова пожалела Викторьенн, как уже сто раз до этого.
Ящики стола закончились, тайны не начались. И где же?
Или нет никаких тайн, я их себе просто придумала?
Так, вспоминаем всё, что господин граф рассказывал о магическом поиске. И о том, что любое магической действие можно усилить своей кровью.
Я нашла на платье булавку, сморщившись, проткнула палец и капнула прямо на стол, добавив магической силы. И я буду не я, но в этот момент где-то в недрах стола раздался громкий отчётливый щелчок.
Так, и где же?
Верхний ящик послушно показал дно, но – ничего. Я снова просмотрела обе тумбы, но – тоже ничего. И только потом догадалась встать, обойти стол и посмотреть с другой стороны. И с третьей, и с четвёртой.
Что же, некая панель отошла сбоку, и бок этот был обращён к окну, и если не знать, никогда не поймешь, что за той панелью что-то есть. Сейчас же я присмотрелась и поняла, что ящики этой тумбы были немного уже, чем у второй, и эту разницу как раз заняло потайное отделение. У него была замочная скважина – крохотная, под тот самый маленький ключик. Я живо вставила его, и добавила магической силы – полагая, что без неё не выйдет. И точно, с приложением магии ключик живо повернулся, и ящик всё равно что выдвинулся сам. И там тоже лежали письма.
  
В небольшом ящике этих писем было набито… много. Так, интересно, отправитель один и тот же, или нет?
Я аккуратно вытащила листы и разложила по столу. Да, отправитель один, почерк аккуратный и мелкий, и – нигде не указано, как зовут эту даму. Вместо подписи она рисовала ему сердечко.