"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– Садись, Дон, – Джерри ухмылялся с явным предвкушением, – и расскажи Бредли о его бычках. Он о них беспокоится, – и, не сдержавшись, захохотал.
– Бычки отличные, – Дон сел за стол и улыбнулся. – Фризы?
– Да, – кивнул Джонатан, – решил попробовать.
– Очень даже не плохо получается. Надо будет и мне подумать о таких.
– Ты о пастухах скажи, – вмешался Джерри.
Дон улыбнулся и сел поудобнее.
  
– Бычки у тебя отличные, – начал он тоном опытного рассказчика, – но пастухи…
– А что? – встревожился Джонатан. – Опять пьяные были?
– Если они такие трезвыми, – засмеялся Дон, – то к спиртному их и подпускать нельзя. Где ты таких болванов откопал, Бредли? Что один, что другой. У любого бычка ума больше, чем у них двоих вместе взятых. Индеец у тебя, конечно… нет слов… Я всегда знал, что индейцы умом не блещут, но такого… Любой вопрос по пять раз повторяешь, а он только глаза на тебя лупит и даже не мычит. Дал ему карточку, так он её вертел, вертел, а потом так убеждённо говорит: «Нее, человек не плоский, я знаю, сэр».
Джонатан хохотал с таким удовольствием, что на них стали оглядываться от других столов. Фредди молча улыбался, покачивая головой.
– То есть, дурак он невероятный. Ни дня недели, ни числа, ни года не знает. Да, битый час я с ним выяснял, что когда было, не появлялся ли кто у стада на этой неделе, и знаешь, что выяснил? – Дон сделал интригующую паузу. – Неделя – это день, в который привозят жратву.
Джерри заржал, перекрыв гул салуна. Вокруг стали собираться слушатели.
– Словом, – продолжал Дон, – я не выдержал, замахнулся. Он, стервец, как сиганёт от меня к бычкам. И встал в серёдку. Я по краю вокруг, а он от меня. Ловок, конечно, парень, – одобрительно улыбнулся Дон, – и стадо у него в порядке. Бычки его знают, а на меня, гляжу, рога выставляют. Вымахали они у тебя, Бредли, как надо, и он среди них сигает, не угонишься. Словом, я плюнул и, чтоб стадо не сорвать, отъехал. Он стоит, на бычка опёрся, и вот они вдвоём на меня лупятся. Только у бычка морда посмышлёнее, конечно. Выходи, говорю. Я спешился, плеть отстегнул, положил, на три шага отошёл и сел, – Дон, сохраняя серьёзное выражение, обвёл круг хохочущих слушателей смеющимися глазами. – Тогда он вышел, встал, как положено. Видно, школили его как следует. И стал я у него выяснять, кто был у стада, а кто при стаде. То есть для него это вещи разные. При стаде их двое, а у стада никого не было. А когда не было? Ну, тут мы в грозах запутались. Дней он не знает, так до грозы или после грозы… – слушатели хохотали, заглушая рассказчика. – Тут прискакал ему на смену второй, белый. Кстати, вот кого позором расы можно и нужно считать, а не… ладно, словом болван оказался похлеще этого. Ну, индеец ни времени, ни места определить не может, говорит так, что понимаешь его с трудом, только что сэра умеет выговаривать. Но белый-то хоть что-то соображать должен! Плюнул я на индейца, отправил его… куда хотелось.
– А куда хотелось, Дон? – спросил кто-то из толпы.
– Адреса не знаешь? – удивился Дон. – Ну, запоминай…
Затейливый оборот вызвал новую бурю восторгов.
– Ну, послал я его туда, а пошёл он к стаду. И стал я с белым беседовать. Объяснил всё, дал карточку. Он смотрел, смотрел, и спрашивает. «А когда он придёт?» Понял, называется… Я объясняю, дескать, может, приходил уже. Он спрашивает: «А зачем?». В ковбои наниматься – говорю. И тут мне начинают объяснять, что хозяина стада нет и если я, понимаете, я хочу наняться в ковбои, то должен идти в имение. Причём, где оно находится, парень толком не знает. «Оттуда жратву привозят». Всё! – Дон сделал паузу, пережидая очередной взрыв хохота. – Я, говорю им, помощник шерифа. Парень смотрит на меня, как… как на говорящего бычка и спрашивает: «А чего ты тогда в ковбои нанимаешься?» – Дон отхлебнул и продолжил. – Тут индеец, он хоть и при стаде, но крутится неподалёку и всё слушает, чего-то сообразил и заорал, что им на двоих жратвы не хватает и третьего, то есть меня, до следующей недели кормить нечем. И они начинают между собой выяснять, кто чего не доложил, когда кашеварил, и чья когда очередь. Причём чисел оба не знают и считать не умеют. Я их покрыл и послал, как умею, и уехал. Пусть сами разбираются.
У Фредди из зажмуренных глаз текли слёзы, Джонатан только крутил головой, не в силах больше смеяться, выли и ржали на все голоса слушатели. Джерри лёг головой на стол и тихо стонал, как от боли.
Дон с видом победителя допил свой стакан и спросил у Джонатана.
– Как они у тебя бычков не растеряли?
Джонатан только отмахнулся, говорить он не мог. Дон удовлетворённо кивнул и сменил тон на участливо-советующий.
– Ты им на Большой Перегон кого третьего дай, или сам поезжай. А то их чёрт-те куда занесёт. Географию они знают ещё хуже.
Концовка старинного анекдота оказалась настолько уместна, что вызвала новый взрыв общего хохота.
– Дам, – наконец с трудом выговорил Джонатан. – Спасибо, Дон.
Десятки рук со стаканами тянулись к Дону, угощая его. Дон скромно принимал поздравления.
Джонатан, наконец, отсмеялся и встал.
– Уходишь? – поднял на него глаза Дон. – А бычки у тебя классные. Это они, видно, умеют, а ничего другого им от Бога не дано. Я одного не пойму, как они их считают? Или так, сколько есть, столько и есть…
Джонатан похлопал его по плечу и пошёл к выходу. Фредди шёл за ним и в дверях опередил, пошёл отвязывать лошадей.
И уже у коновязи их догнал Джерри.
– Пастухи у тебя того! – Он гулко хохотал, распространяя во все стороны запах спиртного. – Дон ещё посидит, я сгоняю кое-куда, – и негромко: – Парни у тебя порезвились, конечно. Это они не на меня нарвались. Я всё понимаю, Бредли, им тоже скучно, но индейцу скажи, чтоб не зарывался. С белым ему такие шутки не положены. Дон при исполнении был. Объясни.
Джонатан кивнул.
– Да, – уже отъезжая, обернулся Джерри. – Ты всё-таки выясни, как они бычков считают, по головам или хвостам? – расхохотался над старинной ковбойской шуткой и ускакал.
Джонатан легко взмыл в седло и, не глядя на Фредди, хлестнул коня. Фредди, по-прежнему молча, последовал за ним.
– К парням? – спросил Джонатан, когда город остался позади.
– Мне всё равно завтра с утра их встречать, – пожал плечами Фредди.
Джонатан кивнул и пришпорил коня. И до самого имения они скакали молча, изредка переглядываясь, да Джонатан время от времени начинал смеяться, и Фредди улыбался в ответ.
Когда они пересекли границу имения, то сразу свернули и проскакали по галечной лощине между двумя котловинами. Переглянулись. Новых следов не было, похоже, с того дня бычков здесь не гоняли. Фредди удивлённо покачал головой и даже что-то буркнул себе под нос.
– Ну, умён парень, – согласился с ним Джонатан.
– Да, похоже, сразу откочевал, – согласился Фредди.
Они двинулись напрямик к выездной дороге, и вскоре Фредди заметил всадника, медленно едущего по гребню длинного холма. Свистнул. Всадник огляделся и, сняв шляпу, взмахнул ею. Донёсся ответный свист.
– Эндрю, – усмехнулся Фредди.
– А что, Эркин так шляпу и не носит?
– Ему её бычки потоптали, ещё в начале. Так обходится. Но, – Фредди ухмыльнулся, – не выбрасывает. Запасливый!
Джонатан, вспомнив рассказ Дона, с хохотом повалился на гриву Лорда.
И когда они подскакали к стаду, с ходу вместо приветствия обрушился с вопросом.
– Как вы бычков считаете?
– Чего? – опешил Андрей.
– Ну, по головам или по хвостам? – Джонатан изо всех сил сохранял серьёзное выражение.
Фредди неодобрительно покачал головой, но промолчал.
  
Андрей растерянно переводил взгляд с одного на другого, потом начал наливаться краской.
– По ногам, сэр, – вежливо ответил вместо него подъехавший Эркин.
– Это как? – удивился Джонатан.
– Считаю все ноги и делю на четыре, сэр, – спокойно объяснил Эркин и озабоченно спросил. – А что, надо по-другому, сэр?
Это было уже слишком. Фредди больше не мог сдерживаться. Он сполз с седла и повалился в корчах на землю. Эркин попытался удержать вежливо-почтительное лицо, но не смог и тоже засмеялся.