Не время для героев. Том 4 (СИ)

— Не понимаю.
— Также я велела притащить его сюда. Идём, думаю, ты обрадуешься.
Айрилен берёт меня под руку и огибает шатёр. Позади него и вправду лежит здоровенный, в два человеческих роста высотой, кусок Этерниума, но... Он уже не светится — это просто полупрозрачный камень, в котором я совсем не чувствую магии — словно её кто-то забрал...
Кто-то, кто владеет перчаткой Ирандера...
Но главное в другом.
Из этой глыбы минерала торчит вплавленная в него фигура человека. В доспехах, с обезображенным от боли и ужаса лицом, труп торчит из кристалла наполовину, по пояс.
Глядя на своего поверженного врага, я испытываю мрачное удовлетворение.
Айтор, мать его, Первый, Светлоликий Император. Безумец и урод, ублюдок, убивший моего отца и старшего брата, много раз пытавшийся убить меня... Скотина, пробудившая дикую магию Этерниума по всему континенту — теперь мёртв.
Его стеклянные глаза смотрят на меня с болью, рот искривлён, кожа пронизана тёмными прожилками, вены чёрные, словно кровь твари чем-то заражена.
И он, без сомнения, мёртв.
— Что ж... — говорю я. — Значит, мы достигли поставленных целей.
— У него остался младший сын, — напоминает Айрилен, разглядывая тело Айтора вместе со мной.
— Не думаю, что он сможет объединить остатки Империи, — я качаю головой. — Слишком молод, отрезан этой тьмой от большей части континента, да и от государства Айтора почти ничего не осталось. Те, кто сражался за Императора — последняя его армия. На западе недостаточно людей, чтобы сформировать новое войско. А земли к востоку от нас устали от войны. Мы не притесняем людей, освободили их от налогов и повинностей, следим за порядком, уничтожаем диких зверей, магических тварей и мародёров. Мы победили, Айрилен. И я больше не хочу воевать.
— Ты не представляешь, как я рада это слышать.
— Неужели и ты захотела спокойствия? — я не могу удержаться от шпильки в её сторону.
Колдунья странно смотрит на меня.
— Всё... Меняется. Я посвятила всю жизнь войне, и получила за это только смерть. А когда ты меня вернул... Не знаю — что-то во мне будто изменилось. Да, я понимала, что ты борешься за правое дело, и сама хотела убить Айтора.
— Так и слышится какое-то «но».
— Оно есть, — серьёзно кивает Айрилен. — После того как ты меня вернул, я всё чаще стала думать о том, что хочу чего-то другого. Спокойствия. Любви, — она стрельнула в мою сторону глазами. — Семьи.
— Ты серьёзно? — удивляюсь я.
За то время, пока мы с Айрилен были вместе, я, признаться честно, никогда не задумывался ни о чём подобном. Нам было хорошо вдвоём, это правда — но война и развитие государства занимали все мои мысли.
А сейчас, услышав такое заявление от моей колдуньи, я слегка... Теряюсь.
— Вполне серьёзно. И я хотела бы, чтобы ты стал частью этой спокойной жизни.
— Я не... Ты... Кхм, Айрилен, я...
Слова застревают у меня в глотке, и я просто не могу выразить всю полноту чувств, которые обрушиваются на меня.
А Айрилен, видя это, решает и вовсе добить меня.
— Что ты думаешь о детях?
Этот вопрос окончательно выбивает меня из колеи.
— Я не... Я не думал об этом, дорогая. Давай вернёмся в Терразор, а там уж...
— Поздно.
Я вижу, как моя колдунья улыбается.
— В каком смысле?
— Я беременна. Ты станешь отцом, Хэл.
Я смотрю на Айрилен, пытаясь найти признаки того, что она шутит, но... Не нахожу их! К таким новостям я совершенно не готов! Магесса предельно серьёзна, и ждёт от меня хоть каких-то слов.
А я даже не знаю, что сказать.
Но нельзя же молчать вечно!
Ялайский пепел! Как можно быть к такому готовым, когда всё... Предусматривал?!
— Я...
Договорить не успеваю. В лагере поднимается какой-то шум, крики — и мы одновременно оборачиваемся на них. Я вижу, как между шатрами и палатками несётся отряд конных.
— Тва-а-а-а-ари! — вопят всадники. — Твари лезут из разлома!!!
  
Глава 22 — Вымирание
 
(Первый зимний месяц 1079 года от Раскола) 
«Я беременна, Хэл».
 
«Твари! Твари лезут из разлома!»
Строящиеся квадраты оставшейся пехоты, всадники, которыми командует Сейран. Тормунд, сражающийся плечом к плечу с чернокнижниками, которых ненавидел всю жизнь. Дум-Дум, ломающий дубиной хитиновые тела прущих на нас тварей. 
Всплески древней и дикой силы, вырывающиеся из земли и уничтожающие моих людей. Жгуты энергии, пронзающие всадников вместе с лошадьми, с лёгкостью пробивающие тяжёлые доспехи и отшвыривающие хррашей. Туман, иссушающий людей до состояния древних трупов, дождь, растворяющий плоть...
«Отступаем! Отступаем!»
Мой крик. Магия, возводящая перед валом мелких порождений Этерниума земляные, каменные и магические преграды... Бушующее вокруг сражение с набросившийся на нас ордой тварей. Остатки малефиков, бьющие по монстрам стихийным колдовством, трупы, встающие по моей команде и безропотно бросающиеся на защиту живых.
Горы, горы трупов...
Дождь, пылающие деревни и городки, растянувшиеся по трактам обозы, молящие о защите простолюдины...
Возникающие по всем землям бывшей Империи провалы, откуда лезут твари, пожирающие всё живое... Заражённые земли, блуждающие магические вихри, заживо сдирающие с людей кожу и мясо до самых костей...
«Я беременна, Хэл». 
Сон обрывается неожиданно. Меня будто выдёргивает из беспокойной серой хмари, в которой копошатся образы случившегося за последние месяцы. Я приподнимаюсь на локте и смотрю на мирно спящую рядом Айрилен.
Хвала Богам, это всё позади…
Я провожу рукой по лицу и, поняв, что сегодня больше не усну, встаю с кровати. Тихонько одеваюсь, нежно целую мою колдунью в лоб, вижу, как она слегка улыбается. 
До сих пор не могу поверить, что стану отцом… Эта новость, как гром посреди неба. Я и рад, но одновременно с тем, нутро холодеет от страха. Что, если я не смогу защитить собственного ребёнка? Что если реальность перемелет его, как каменные жернова…
Я сделаю всё, что от меня зависит… Но что, если этого будет недостаточно?
Мотнув головой, я отгоняю мрачные мысли. Коснувшись на прощание мягких волос спящей Айрилен, я покидаю свои покои, не забыв перед выходом проверить магическую защиту на стенах. 
Всё в порядке…
Мои шаги раздаются в пустых коридорах замка гулким звуком. Настолько ранним утром спят даже слуги — лишь стража, встречающаяся на поворотах, салютует и негромко приветствует меня. Хмуро кивая им, я прохожу в зал Картографии, который восстановился за время моего отсутствия. Усевшись во вращающееся кресло, я поворачиваю его к стеклянной стене, разглядывая Терразор.
Ранним зимним утром город спит. Из низких туч сыплется редкий снег, который подхватывает ветер, на улицах горят фонари, стража патрулирует кварталы, а в порту возвышается целый лес мачт, слегка покачивающихся на беспокойной воде. 
Обманчивое спокойствие... 
Три месяца остатки моей армии шли от разрушенных Рудных гор к Лавенгейскому валу. Мы добрались до него всего три декады назад, и тогда же я начал переброску выживших войск в Терразор и Ай-Шадзул с помощью портальной сетки. 
Три месяца... 
Три месяца бесконечного марша и сражений остались в моей памяти выжженным клеймом, которое теперь тревожило мою душу и мешало спать по ночам... 
Война закончилась — вот только нельзя сказать, что я её выиграл. Да, Айтора и слепо следовавших за ним армий больше не было. Империя пала, и все те, кто когда-то был её подданными, номинально стали жителями расширившего свои земли Ялайского королевства. 
Однако по факту всё было иначе. 
В опустошении, настигнувшем континент, победителей не было. Постоянное воздействие Айтора на залежи Этерниума весь последний год «расшатало» неустойчивое равновесие древней магии, а его финальное колдовство и вызов колоссов стали последней каплей.
Теперь мир, который мы знали, рушился на наших глазах...