Князь Беркутов-Туманный (СИ)
— До тех пор, пока не увидели амурского тигра чудовищных размеров и умопомрачительной магической мощи, чувствовали себя увереннее некуда. А после того, как оценили легкость, с которой этот монстр вырывал огромные куски плоти из туши кабана первого ранга, пришли к выводу, что промышлять в этой местности нам пока рановато, и вернулись в «двойку».
Следующие несколько минут Людмила Евгеньевна терроризировала нас вопросами о столь глубоких областях Пятна, а потом задвинула любопытство куда подальше, решительно отставила в сторону шкатулку с ядром для сына, которую держала в руках, и задала странный вопрос:
— Игнат Данилович, скажите, пожалуйста, какую сумму вы планируете выручить за эту Искру?
Я равнодушно пожал плечами:
— Людмила Евгеньевна, мы зарабатываем на два-три порядка больше, чем тратим. И в рейды ходим не ради Больших Денег или сохранения статуса Поставщиков Двора, а по велению души. Поэтому никогда не торгуемся и не назначаем цены сами. Говоря иными словами, раз вы рассчитывали получить лепку второго ранга, значит, заплатите как за нее.
— Великодушно… но не пойдет! — заявила она, как-то почувствовала, что я вот-вот упрусь, и спихнула всю ответственность за принятие решения на личность, с которой не спорят: — Я в принципе не представляю стоимость этой Искры, поэтому переложу бремя определения справедливой цены на мужа…
Я склонил голову в знак согласия, и венценосная собеседница плавно сменила тему беседы:
— С ним я увижусь только во время обеда. Поэтому предлагаю отложить этот вопрос на потом и обсудить еще два ничуть не менее серьезных. Первый — это будущее Полины Лаптевой: не знаю, в курсе вы или нет, но эту девочку обокрали. Родичи. Наплевав на нас, Воронецких, вас, Беркутовых-Туманных, и полученные предупреждения. Такое не прощается, поэтому одна воровка уже осуждена, приговор второму вору огласят завтра, а со счетов Лаптевых в безакцептном порядке списан серьезный штраф и перечислен на банковский счет, открытый Витей для вашей с ним подопечной. Таким образом, де-юре проблема решена. Увы, де факто Лаптевы люто возненавидели «обидчицу» и так или иначе превратят ее жизнь в ад. А девочка заставила себя зауважать не только куратора от спецотдела, но и инструкторов тренировочной заимки. Поэтому я подготовила три коридора возможностей, но считаю, что выбрать лучший должны вы…
После этих слов государыня выложила на столешницу информационный носитель и толкнула ко мне. А после того, как я убрал его в карман пиджака, как-то странно усмехнулась:
— А теперь пришла пора обсудить вопрос посерьезнее…
…Из кабинета Императрицы мы вышли в легкой прострации, пожелали фрейлине всего хорошего, на автопилоте добрались до «Орлана», попадали в кресла и ушли в свои мысли. Само собой, все, кроме Куклы — она, в гордом одиночестве удалившись в пилотскую кабину, подняла мультикоптер в воздух и повезла нас в Никитино. Дорогу я, каюсь, не запомнил. Зато определился со своим видением нового варианта своего будущего, пришел к выводу, что оно мне нравится, и задвинул куда подальше рефлексии. Поэтому, добравшись до дому, спустился в гостиную, послал андроида за МТ-шкой, завалился на диван и в течение сорока минут анализировал «коридоры возможностей», описанные Императрицей, уминал бутерброды с сыром, запивал их апельсиновым соком и краем уха прислушивался к трепу девчат. А в четверть второго полноценно вернулся «в реальность», спустил всю толпу в гараж, загнал в «Буран», сел за руль, с невероятным наслаждением тронул машину с места и позволил себе как следует расслабиться.
Первую треть дороги до центра отрывался со страшной силой, благо, в столице было морозно, сухой асфальт «держал», а пробки отсутствовали, как класс. И пусть заработал полтора десятка штрафов за превышение скорости, отнесся к этому факту, как к неизбежному злу. Без двадцати два пришлось чуть-чуть скинуть скорость и принять звонок Виктора. Зато я сообщил другу, куда и зачем еду, попросил о ма-а-аленькой помощи, выслушал ожидаемый ответ и обсудил ряд мелких вопросов типа даты встречи с дочкой Цесаревича. В итоге к школе подкатил в благодушном настроении, поморгал «Эскортам», обнаружившимся на парковочных местах для автомобилей особо важных персон, дождался ответных вспышек фар и нагло остановил «Буран» прямо перед парадной лестницей.
Пока раскочегаривал жар, Света отправила Лизе и Полине сообщения с ценными указаниями. Поэтому на оперативный простор девочки вырвались чуть ли не самыми первыми, радостно заулыбались и… вальяжно спустились по ступенькам. Хотя, судя по взглядам, изнывали от желания допрыгать до нас рывками.
Я, конечно же, оценил и искреннюю радость, горевшую в глазах, и этот героизм, поэтому улыбнулся в ответ и весело поздоровался:
— Привет, красотки! Мы вас похищаем. В машину бего-о-ом марш!!!
Эта команда вдребезги разнесла остатки силы воли, и мелочь, забыв о необходимости держать лицо, исчезла в салоне. А я, коротко кивнув водителям, явно получившим все необходимые инструкции от Большого Начальства, но не свалившим «на всякий случай», снова забрался за руль, захлопнул дверь, развернулся вполоборота и поймал взгляд Лаптевой:
— Говорят, вас можно поздравить с прорывом в девятый ранг?
— Можно… — с достоинством ответила девочка.
— Отлично! — кивнул я и уставился на младшенькую: — Све-е-ет?
Она протянула Полине флягу с готовой «болтушкой», и я продолжил монолог:
— Тут — обещанный покров теневика и, в качестве подарка к переходу в Дружинники, Очень Нужное умение воздушные ступени.
Лаптева рассыпалась в благодарностях и потянула фляжку ко рту. И я со спокойным сердцем переключился на вторую подопечную:
— А тебе, Лиз, мы притащили Искру с акустическим ударом. Забойная штука. Даже на низких рангах…
Злобная мелочь, конечно же, поняла, что и этот навык дарится не просто так, но перед подружкой не подставилась. В смысле, отыграла удивление и все положенные чувства на десять баллов из десяти возможных. Увы, в какой-то момент в ее взгляде появилась чертовски неприятная муть, и нам пришлось отвлекать девчонку от мыслей о дурном братце — младшенькая вложила ей в руки вторую фляжку, а я огорошил «сногсшибательной» новостью:
— Двадцать шестого, то есть, в пятницу, нам с вами надо будет появиться на приеме в Императорском дворце. Поэтому в Пятно уйдем в субботу утром. На неделю: я хочу, чтобы вы догнали в ранге Егора Искрицкого…
Максакова аж задохнулась от восторга и, естественно, мгновенно забыла обо всех личных проблемах. А Лаптева ни с того ни с сего нервно сглотнула, вытаращила глаза, чтобы удержать наворачивающиеся слезы, и… решительно тряхнула волосами:
— Игнат Данилович, боюсь, что за неделю я в Ратники не прорвусь, даже если буду медитировать круглые сутки! Более того, по словам целительницы спецотдела, проводившей нам ежедневные медосмотры, мои родственники, сэкономив на всех инициирующих факторах, загубили мою энергетику, из-за чего я с вероятностью процентов в девяносто не смогу пройти даже первую трансформацию…
Тут я невольно подобрался, ибо не слышал этот «диагноз» ни от дочки Цесаревича, ни от Императрицы:
— Как я понимаю, этим выводом она поделилась с вами тет-а-тет?
— Да, сказала по секрету. И дала слово, что не опишет в отчете ни одного обнаруженного изъяна энергетики, дабы не поставить крест на моем будущем уже сейчас. Но от вас у меня секретов нет и не будет, вот я и не промолчала. Кстати, вы бы не могли обращаться ко мне по имени и на «ты»?
Это признание объяснило абсолютно все мелкие непонятки из «доклада» Виктории Леонидовны, рассказа Людмилы Евгеньевны и того, что я видел с помощью прозрения, походя отмело два варианта «коридора возможностей» и помогло сформулировать «тестовый» вопрос:
— Тогда почему ты тренировалась на износ чуть ли не круглые сутки?